Разное

Сказкотерапия для родителей: Сказкотерапия для детей и взрослых. Душевные беседы для счастливой жизни

Содержание

Сказкотерапия для детей и взрослых. Душевные беседы для счастливой жизни

Гаджеты, компьютерные игры и интернет детям сейчас интереснее всего — и кто поспорит, это и правда увлекательное времяпровождение. Мы сами проводим время таким образом. А дети берут с нас пример.

В условиях карантина выросла нагрузка на интернет, что напрямую говорит о том, что многие люди проводят время не с книгами и не в общении с семьей, а в сети. Кто-то работает, кто-то смотрит сериалы, кто-то играет, а кто-то сидит в социальных сетях и мессенджерах или сёрфит интернет.

Однако никакое увлечение и даже активное виртуальное общение никогда не заменит ребенку контакт с его родителем. Мы все знаем, что вместе можно строить лего, сражаться в настольных играх, собирать пазлы, рисовать, читать вслух книги. Но если закончились идеи, то есть еще одна очень интересная возможность не только увлекательно провести время с ребенком, но и открыть очень-очень многое для самого себя.

До появления книг информация передавалась из уст в уста. Или как говорят дзен-буддисты, от сердца к сердцу. И несмотря на то, что сегодня в мире выпущено более 130 млн книг (а экземпляров — около 20 млрд), мы до сих пор используем этот метод передачи, когда рассказываем сказки еще не умеющим читать малышам. Получается, как будто в нашем онтогенезе мы сами каждый раз проходим эволюцию человечества: сначала не умеем говорить, потом получаем информацию вербально, а затем переходим к книгам, и как венец — осваиваем уже виртуальный мир. Однако это развитие должно проходить правильно на каждом этапе, чтобы каждый следующий этап реализовывался гармонично, созидательно, с пользой для жизни, а не во вред. Чтобы в итоге не получилось так, что интернет стал не просто местом для получения информации и удобным способом связи с людьми, а основой жизни.

Сказкотерапия — это арт-терапевтический метод передачи информации из уст в уста. С одной стороны, он достаточно молодой: его психологическое направление началось со времен Фрейда и Юнга. С другой, его корни идут из традиционного фольклора человечества — накопленной мудрости, передачи моральных, социальных норм и правил. Сказкотерапия одинаково подходит как малышам, так и взрослым. Она популярна в детских садах, школах и реабилитационных центрах, активно используется педагогами и специалистами наряду с традиционными методиками.

Книга «Мастерская сказок для детей». Издательство «Малыш» (АСТ)

Сказки, повествующие о проблемах и переживаниях, с которыми сталкивается ребенок, называют терапевтическими. И чтение таких сказок называется сказкотерапией. Когда малыш легко представляет себя в роли главного героя и помогает ему преодолевать трудности в сказочном мире, он может перенести полученный опыт и в реальную жизнь. Приемы сказкотерапии вполне могут освоить и родители. Рассказывая сказку, родитель останавливается и фиксируется на определенных моментах, задает вопросы, делится своей точкой зрения, вместе с ребенком придумывает варианты разрешения той или иной ситуации. Более того, такой особый подход к анализу информации откроет для взрослого возможность посмотреть на многое в своей жизни под другим углом. У ребенка во время слушания и обсуждения сказки развивается воображение, формируется творческий подход к жизни. Благодаря пониманию и анализу информации он учится вырабатывать эффективные механизмы поиска решений — один из самых полезных навыков в жизни, к которому обычно приходят лишь через собственные ошибки, однако заложить его можно куда раньше. Таким образом, сказкотерапия становится мостом между слушанием сказки и чтением книг, причем чтением осознанным — не просто с целью развлечения, но и с целью анализа и получения полезной информации.

С этой задачей справится как старая добрая сказка, так и книги от мастеров-сказкотерапевтов. Они создали много готовых сборников со сказками на все случаи жизни: от капризов над манной кашей до затяжных ночных страхов или расстройств от потери любимого друга. Они помогают детям развиваться и гармонично менять свое поведение. Они интересны детям, удобны взрослым и содержат множество подсказок и советов для каждой ситуации.

Отечественные психологи-сказкотерапевты Т. Зинкевич-Евстигнеева и А. Зинкевич создали эффективную методику развития детей. Суть методики заключается в деликатном воздействии на сознание, чувства, мироощущение человека. Через книгу малыш узнаёт ответы на важные вопросы, а также развивается речь и мышление ребенка. Настоящая комплексная терапия! «Мастерская» состоит из большой книги народных сказок и метафорических карт. Занятия и вопросы для ребенка подробно расписаны в книге, а на картах изображены картинки-загадки.

Книги серии «Сказкотерапия» от издательства «Феникс-премьер» помогут ребёнку адаптироваться к стрессовым ситуациям, с которыми он сталкивается почти каждый день. Поход в детский сад или к врачу, боязнь темноты или страх поссориться с лучшим другом — обо всех этих и многих других ситуациях ребёнок узнает со страниц книг серии.

Издательство «Клевер» также предлагает целую серию художественных книг по сказкотерапии.

Иллюстрации из книги «Волшебная сила знаний». Издательство Clever

Одной маленькой девочке все время снились плохие сны. Она даже решила не ложиться спать. Но все равно засыпала, а ночью просыпалась, пытаясь прогнать мрачные сновидения… Почему же детям снятся плохие сны? Оказывается, под каждой подушкой живет сонный гном, который по ночам сочиняет сны. Но ему нужно давать подсказки, какие сны ты хочешь смотреть, ведь всем детям нравятся разные сны. Кто-то любит драконов, а кто-то боится их! Книжка «Сладких снов. Прощайте, ночные кошмары» рассказывает о том, как преодолеть страх ночных кошмаров.

Книга «Волшебная сила знаний» — это не просто добрая сказка, которая сблизит вас с вашим малышом, это настоящая волшебная палочка в руках родителей! Маленький принц из страны Болтливых королевских корон очень хочет получить свою корону и совершенно не хочет учиться! И вот заветное желание исполняется, но корона мгновенно чернеет. Оказывается, чтобы камни на ней засверкали, нужны знания. Что нужно будет сделать принцу, чтобы заставить их засиять? Прочитайте эту книгу и узнайте! Очаровательные персонажи не оставят равнодушными ни детей, ни взрослых. А волшебные иллюстрации от художницы с мировым именем Анастасии Дружининской будут сопровождать вас на протяжении всего повествования.

Как сделать так, чтобы малыш с удовольствием пошел в детский сад? Почитайте ему эту добрую сказку «В детском саду», и ваш ребенок легко справится со своими тревогами и адаптируется в детском саду.

Читайте сказки своим детям — и вы убедитесь в их волшебной целительной силе!

Использование сказкотерапии в работе с родителями Текст научной статьи по специальности «Искусствоведение»

_НАУЧНОЕ ПЕРИОДИЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ «IN SITU» №8/2016 ISSN 2411-7161_

ПЕДАГОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Виневская Анна Вячеславовна,

канд. пед. наук, доцент, доцент кафедры общей педагогики ТИ имени А.П.Чехова (филиала) «РГЭУ (РИНХ)», руководитель научно-исследовательской лаборатории инклюзивного

образования «Особый ребенок», г. Таганрог, РФ Е-mail: [email protected] Буршит Ирина Евгеньевна канд. пед. наук, доцент кафедры общей педагогики ТИ имени А.П.Чехова (филиала) «РГЭУ (РИНХ)», руководитель научно-исследовательской лаборатории «Детство. Одаренность. Развитие»,

г. Таганрог, РФ Е-mail: [email protected]

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СКАЗКОТЕРАПИИ В РАБОТЕ С РОДИТЕЛЯМИ

Аннотация

В предлагаемой статье рассматривается использование сказкотерапии в работе с родителями. Цель исследования: обучить родителей использованию сказки в терапевтических целях. В предлагаемой статье ставится проблема использования родителями сказки в терапевтических целях для коррекции негативного поведения ребенка, в качестве примеров приводятся авторские сказки, которые можно использовать как педагога, ознакомившимся с данной статьей, так и родителям в целях коррекции.

Ключевые слова Сказка, сказкотерапия, работа с родителями

Сказкотерапия переживает настоящий пик популярности. Большинство специалистов системы образования стараются использовать в своей работе метафорический язык сказки. Привлекательность сказкотерапии для педагогов можно объяснить, прежде всего, ее универсальностью, т.к. сказка информативна, безгранична, феерична, эмоциональна, мудра. Через сказку создается возможность передать ребенку, родителям или педагогам новые способы и алгоритмы выхода из проблемной ситуации.

Еще одним большим достоинством сказки является отсутствие возрастных ограничений. Она эффективна не только с дошкольниками или младшими школьниками, для которых является «родным языком», но и в работе с родителями.

Процесс самовыражения через сказку напрямую связан с укреплением психического здоровья человека и может рассматриваться как значимый психопрофилактический фактор. Обучение родителей работе со сказкой создает возможность помочь ребенку справиться со своими проблемами, восстановить его эмоциональное равновесие или устранить имеющиеся у него нарушения поведения, преодолеть дезадаптацию, способствовать интеллектуальному развитию.

Умственное развитие детей 3-6 лет характеризуется формированием образного мышления, которое позволяет ребенку думать о предметах, сравнивать их в уме даже тогда, когда он их не видит. Ребенок начинает создавать модели той действительности, с которой имеет дело, строить ее описание. И делает он это с помощью сказки, которая выступает в роли знаковой системы, позволяющей ребенку интерпретировать окружающую действительность.

_НАУЧНОЕ ПЕРИОДИЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ «IN SITU» №8/2016 ISSN 2411-7161_

Четыре-пять лет — апогей сказочного мышления. Мышлению ребенка этого возраста свойственен анимизм — стремление приписать неодушевленным предметам или животным человеческие черты [2]. Он исчезает в процессе умственного и эмоционального развития детей: к моменту поступления в школу анимистические представления сменяются более реалистическими, хотя и не исчезают совсем.

По мере расширения сферы общения дети испытывают действие разнообразных социальных факторов, значительно активизирующих их эмоциональный мир. Перед ребенком встает необходимость сдерживать ситуативные эмоции, управлять выражением своих чувств. Научиться этому позволяют сказка и игра. Например, для ребенка, который чего-то боится, подбирается готовая или составляется новая коррекционная сказка, в которой метафорически зашифрована информация о его страхе и способах его преодоления. На занятии ребенок не только прослушивает эту сказку, но и проигрывает способы преодоления страха, идентифицируясь с главным сказочным героем. Кроме того, ему можно предложить нарисовать иллюстрации к сказке, переписать сказку на свой лад, придумать новую с этим же главным героем и др. В процессе такой работы ребенок не только «знакомится» со своим страхом, но и научается справляться с ним.

Далее мы приводим примеры авторских коррекционных сказок, которые были написаны родителями под руководством педагога. Эти сказки могут быть использованы в коррекционной работе и в качестве примера для ознакомления со сказкой и сказкотерапией.

Сказка про бабочек (автор: мама Ани Г.)

На цветочном лугу летали бабочки. Они порхали с цветка на цветок и радовались жизни. Но однажды на луг пришёл мальчик. Он поймал сачком бабочек и посадил их в стеклянную банку для своей коллекции. Бабочки очень испугались.

Придя домой, мальчик поставил банку с бабочками на стол и убежал гулять.

А ещё в этом доме жила добрая, хорошая девочка, и ей стало очень жалко бабочек. Девочка взяла банку с бабочками, вышла в сад и выпустила их на волю.

Бабочки порхали над девочкой и благодарили её за спасение.

Мышонок и осень (мама Владислава К.)

В одном лесу жил маленький мышонок с мамой и папой. Пока мышонок был ещё совсем маленьким, он выходил гулять только с родителями. На улице тогда было лето. Все деревья, трава были зелёными. Но вот в один день мама разрешила мышонку погулять одному, потому что он уже немного подрос.

Мышонок вышел из норки и не узнал лес. Листочки на деревьях и трава были жёлтыми. Мышонок побежал по тропинке и встретил зайчика.

— Зайка, спросил он, — почему всё жёлтое?

— Так ведь осень наступила, мышонок. Деревья меняют цвет. Видишь, и у меня шубка становится белой.

Тут мышонок увидел, что у зайчика на боках проступили белые пятнышки.

— К зиме я стану совсем белым! — крикнул зайка и ускакал.

Мышонок пошёл гулять дальше. Вдруг налетел сильный ветер. Мышонок спрятался под грибок. Он увидел, что с деревьев полетели листочки. Мышонок испугался, начал кричать ветру, чтобы тот прекратил срывать листочки. А ветер ответил ему, чтобы он не боялся, потому что осенью так и должно быть: листочки опадают. Зимой деревья будут под снегом, а весной листья опять вырастут. Мышонок всё понял и побежал домой, рассказать маме и папе, как много сегодня он узнал об осени.

Мёд для Оли (автор: мама Кати Д.)

Маленькая Оля простудилась, и ей нужен был мёд. Её знакомая пчёлка Майя решила помочь девочке

_НАУЧНОЕ ПЕРИОДИЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ «IN SITU» №8/2016 ISSN 2411-7161_

и полетела на лужайку собирать с цветов мёд. Майя уже собрала много нектара и села на большой красивый цветок, чтобы наполнить свой бочонок до краёв и отнести его Оле. А под цветком в норе жил большой паук. Он спутал цветок паутиной так, что Майя попала в неё и не могла освободиться. Пчёлка долго билась и громко жужжала, не зная, кого ей позвать на помощь. Ведь Оле так нужен мёд!

И вдруг, о чудо! На её зов прилетел Эльф-волшебник. На его спинке были такие же крылышки, как у майи. Только вместо лапок у Эльфа были ручки, а в них он держал волшебную палочку. Палочкой, словно саблей, он разбил паутину и заколдовал паука. Майя освободилась, и они вместе отнесли Оле мёд. Девочка поправилась, и друзья вместе играли в цветах на лужайке.

Украденная принцесса (автор: мама Кати Д.)

В некотором царстве, в некотором государстве жила принцесса. Платья у неё были прекрасные, и многие ей завидовали. И вот в один прекрасный день принцесса пошла прогуляться на лужок и не вернулась. Все придворные королевского двора искали ей, и вспомнили, что через луг находится чёрный лес, за которым живёт колдун. Колдун недолюбливал принцессу. И пошли придворные к этому колдуну. Долго шли и, наконец, пришли. Зашли они в замок. В углу одной из комнат сидела связанная принцесса, а в другом углу колдун варил зелье.

Они развязали принцессу, а колдуна посадили в темницу. Вот так добро побеждает зло.

Осень в лесу (автор: мама Насти И.)

Жила-была в лесу семья зайчиков. Весной у них родился зайчонок. Все лето малыш бегал, прыгал, играл и не заметил, как пришла осень. Листья на деревьях и кустах стали жёлтыми и красными, а с некоторых листва уже даже облетела на землю. Зайка испугался, что деревья теряют листочки, и стал листья обратно к веточкам привязывать, но они всё падали и падали.

Расстроился зайчонок и громко заплакал. Мимо летела добрая волшебница, спросила почему. Зайка рассказал о причине своих слёз. Тогда волшебница объяснила, что осенью все деревья и кустарники сбрасывают листья, так они готовятся к зиме. А когда придёт весна, на деревьях появятся новые листочки и они снова будут красивые и зелёные. Зайчик всё понял и больше не пытался спасать деревья. Он решил дождаться весны и посмотреть на новые листья.

В заключении отметим следующее: несомненно, что сказка, как история, написанная специально для конкретного ребенка и конкретной ситуации несет в себе коррекционный эффект. Обучение родителей приемам сказкотерапии будет способствовать более эффективной коррекции имеющейся проблемы. Формы работы со сказкой многообразны, т.к. языком сказки могут быть описаны разные ситуации. Если родители смогут правильно использовать все возможности сказкотерапии, то окажут своим детям неоценимую помощь.

Список использованной литературы:

1. Зинкевич-Евстигнеева Т. Д. Путь к волшебству. Теория и практика сказкотерапии. СПб., 1998.

2. Крюкова С. В., Слободяник Н. П. Удивляюсь, злюсь, боюсь, хвалюсь и радуюсь. М.: Генезис, 2000.

3. Кряжева Н. Л. Развитие эмоционального мира детей. Ярославль: Академия развития, 1997.

4. Погосова Н. Погружение в сказку. СПб.: Речь, 2000.

5. Практикум по арт-терапии / Под ред. А. И. Копытина. СПб., 2000.

6. Савкова 3. В. Техника звучащего слова. М., 1984.

7. Тамберг Ю. Г. Развитие творческого мышления ребенка. СПб., 2002.

8. Фесюкова Л. Б. Воспитание сказкой. М.: ACT, 2000.

© Виневская А.В., Буршит И.Е., 2016

Консультация родителям «Сказкотерапия для детей»

Воспитание сказкой просто!

Консультация для родителей Воспитание сказкой просто! Почему воспитывать детей через сказку просто? Сказки неизменно популярны у детей всех времен. Это именно тот способ общения, который без труда понимают

Подробнее

МДОУ «Новомичуринский детский сад 1»

Консультация для педагогов октябрь 2016 Воспитатель I кв. категории Дорофеева Ольга Александровна. МДОУ «Новомичуринский детский сад 1» Сказкотерапия для детей и взрослых, для дошкольников и школьников

Подробнее

Сказки «по размеру». Сказки до 2,5 лет.

Сказки «по размеру». Необходимо помнить, что сказка сказке рознь и начинать рассказывать сказки нужно соответственно возрасту. В противном случае пользы от сказки не будет психика ребенка просто откажется

Подробнее

Проект: «Я сам сочиняю сказку»

Проект: «Я сам сочиняю сказку» Актуальность проекта: Общий успех коррекционного обучения в условиях логопедического пункта определяет совместная работа логопеда и родителей. Ребенок получает индивидуальную

Подробнее

Десять причин читать сказки для детей

Десять причин читать сказки для детей В последе время чтение книг становится все менее распространенным явлением. О традиции читать сказки для детей вслух не нужно забывать. Каковы причины того, что нужно

Подробнее

СКАЗКИ, КОТОРЫЕ МЫ ЧИТАЕМ ДЕТЯМ

СКАЗКИ, КОТОРЫЕ МЫ ЧИТАЕМ ДЕТЯМ Взрослые иногда недооценивают роль сказки в формировании личности, в развитии ребенка. В современном обществе русские народные сказки отходят на второй план, они заменяются

Подробнее

Практикум для педагогов

МУНИЦИПАЛЬНОЕ ДОШКОЛЬНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ «ДЕТСКИЙ САД 7» 152150 Ярославская область, г. Ростов, Микрорайон 1, д.10. Практикум для педагогов Тема: «Электронная книга» — современная техника активизации

Подробнее

«Ребенок и книга» Книга

«Ребенок и книга» Книга это неотъемлемая часть воспитания ребенка. С ее помощью он сможет найти ответы на интересующие его вопросы, познавать мир и самого себя, переживать истории героев, фантазировать

Подробнее

ЗАДАЧИ ПЕДАГОГА-ПСИХОЛОГА В ДОУ

ЗАДАЧИ ПЕДАГОГА-ПСИХОЛОГА В ДОУ СОДЕЙСТВИЕ ЛИЧНОСТНОМУ И ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОМУ РАЗВИТИЮ ВОСПИТАННИКОВ НА КАЖДОМ ВОЗРАСТНОМ ЭТАПЕ РАЗВИТИЯ ЛИЧНОСТИ. ПРОФИЛАКТИКА И ПРЕОДОЛЕНИЕ ТРУДНОСТЕЙ В СОЦИАЛЬНОМ И ПСИХИЧЕСКОМ

Подробнее

«Волшебный мир оживших кукол»

Проектная работа «Волшебный мир оживших кукол» Муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение «Детский сад общеразвивающего вида 32» Музыкальный руководитель Брязгалова Евгения Ивановна

Подробнее

Консультация для воспитателей

МБУ «Школа 26» с/п детский сад «Тополек» Консультация для воспитателей Тема: «Развитие творческих способностей у дошкольников в изобразительной деятельности Составил: воспитатель О.А. Затынайко «Красота

Подробнее

Азбука образовательного пространства

СКАЗКОТЕРАПИЯ КАК УСЛОВИЕ ПОЗИТИВНОЙ СОЦИАЛИЗАЦИИ РЕБЕНКА РАННЕГО ВОЗРАСТА В ДОУ Гребенникова Ирина Анатольевна, к.п.н., учитель — логопед, Дивеева Наталья Алексеевна, педагог — психолог, Парамонова Любовь

Подробнее

город Дедовск 2015год

Муниципальное дошкольное образовательное учреждение детский сад 5 общеразвивающего вида Истринского муниципального района Совместная партнёрская образовательная деятельность по образовательной области

Подробнее

«В мире сказок и чудес»

МУНИЦИПАЛЬНОЕ АВТОНОМНОЕ ДОШКОЛЬНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ГОРОДА НЕФТЕЮГАНСКА «ДЕТСКИЙ САД 6 «ЛУКОМОРЬЕ» Проект «В мире сказок и чудес» Подготовили воспитатели старшей группы 2 «Улыбка»: Голенкова

Подробнее

Педагогический проект

Муниципальное автономное дошкольное образовательное учреждение города Нижневартовска детский сад 21 «Звёздочка» Педагогический проект Проект подготовила : Земскова Евгения Николаевна Воспитатель МАДОУ

Подробнее

ЧИТАЕМ, УЧИМСЯ, ТВОРИМ!

Серебрякова Ирина Александровна Государственное бюджетное специальное (коррекционное) образовательное учреждение для обучающихся, воспитанников с ограниченными возможностями здоровья специальная (коррекционная)

Подробнее

Сказкотерапия для детей

Кто из нас не любил в детстве, когда мама своим приятным голосом начинала читать сказку или рассказывать невероятную историю? Сказки окружают нас везде и с самого рождения, но вряд ли кто-то придает большое значение сказкам. И никто не задумывается о том, что сказка может быть мощным инструментом в коррекции психологических проблем у детей.

Большой плюс сказок заключается в том, что они просты для восприятия. Особенно, если это касается малыша. Еще с давних времен было принято передавать свой опыт и знания в форме сказки, ведь так легче было уловить главное и запомнить важное.

Что такое сказкотерапия?

И со временем в такой науке как психология специалисты выделили целую отрасль – сказкотерапию.

Сказкотерапия для детей – отличный помощник, который справляется с задачей улучшения состояния ребенка, который подвержен стрессам, страхам и фобиям.

Самое главное достоинства такого способа – это то, что сами родители могут заниматься с малышом по такой методике, не прибегая к помощи детского психолога.

Специалист может помочь на начальной стадии, когда расскажет принцип метода и направит родителей в нужное русло. Либо же, если у малыша имеются серьезные патологии.

Как создаются сказки?

Для того чтобы создать сказку, которая поможет ребенку, необходимо соблюдать примерный алгоритм действий.

Первый этап заключается в том, что вы должны подобрать главного героя сказки. Это может быть как человек, так и необычное существо. Только основной смысл заключается в том, что герой должен быть похож на ребенка характером.

Второй этап вы должны продумать очень хорошо. Главное – это описать жизнь героя так, чтобы малыш мог уловить сходства со своей жизнью и характером.

Третий этап должен полностью описывать такую проблемную ситуацию, в которой часто оказывается кроха. И что немаловажно, герой должен испытывать такие же эмоции, как и ребенок в реальной жизни.

Четвертый этап очень важный, так как герой должен найти правильный выход из трудной ситуации. Необходимо показать малышу, что выходов может быть несколько и к чему они приведут. Обязательно присутствие в сказке человека, который сможет показать правильный выход.

Заключительный этап сказки показывает то, что герой понимает, что был не прав и выбирает осознанно тот вариант развития событий, который поможет ему изменить свою жизнь.

Вариантов применения сказкотерапии очень много. Например, Вы можете предложить малышу самому найти способы решения проблемы для сказочного героя и вместе написать ему письмо с советами ребенка.

Польза сказкотерапии

Благодаря сказкотерапии вы сможете узнать, о чем переживает и думает ваш малыш, чтобы вовремя помочь ему скорректировать его эмоциональное и психическое состояние.

Например, благодаря сказкам можно избавить малыша от агрессии. И это без дорогих лекарств, врачей и посещения больниц.

Считается, что сказкотерапия полезна для всех, и даже для взрослых. Но не стоит думать, что она поможет за один раз, и вы избавитесь от всех бед. Это довольно длительный процесс, который обязательно принесет положительные моменты.

Одно из главных условий, которое говорит о том, что малыш готов к лечению сказками, это отличие сказочных событий от реальности. Обычно у детей это возраст от трех лет до четырех. Конечно, нужно обязательно учитывать особенности развития конкретного ребенка.

Если родители, видя проблемы в психологичном плане у своего ребенка, начнут применять сказкотерапию, то малыш обязательно скажет «спасибо» в будущем. Существует очень много различных методов работы со сказками. Мало того, что это простой и действенный метод, но он еще и очень приятный не только малышу, но и родителям. А наблюдая со временем за изменением поведения ребенка, вы сможете смело сказать, что приложили все усилия, чтобы ваш малыш вырос здоровым и счастливым.

Евгения Хоновец специально для сайта Ребенок 3 лет

Как сказкотерапия может повлиять на состояние и поведение ребенка | e1.ru


В гнездышке на дереве спят птички: папа, мама и маленький птенец. Вдруг налетел сильный ветер, ветка сломалась, и гнездышко упало вниз. Все оказались на земле. Папа летит и садится на одну ветку, мама садится на другую. Что делать птенцу?

Внимательно выслушайте ответы ребенка. Чаще всего дети говорят так: «Птенец тоже летит и садится на какую-нибудь ветку», «Полетит к маме, потому что он испугался», «Полетит к папе, потому что он сильней», «Останется на земле, потому что он не умеет летать, но будет звать на помощь, и папа (или мама) прилетит и заберет его».
Признаками скрытой тревожности ребенка являются ответы, подобные следующим: «Птенец не умеет летать, поэтому останется на земле», «Попытается лететь, но не сумеет», «Умрет от голода (или от дождя, холода и т. д.», «О нем все забудут, и кто-нибудь наступит».


В том случае, когда диагностируется потенциальное развитие событий, можно говорить о прогностической функции диагностической сказки. В этих сказках, будто матрешка в матрешке, раскрываются суть и особенности будущего жизненного сценария человека.

Терапевтическая сказка – сказка, благодаря которой собственно происходят позитивные изменения в состоянии и поведении ребенка.

Сказкотерапевтическая работа с ребенком может быть проведена различными способами:

1. Для работы может использоваться существующая авторская или народная сказка.
2. Терапевт и ребенок могут сочинять сказку вместе, одновременно драматизируя ее всю либо отдельные элементы.
3. Ребенок может сочинять сказку самостоятельно.
Рассмотрим, каким образом проводится работа со сказками в практической консультативной работе детского психолога.

В приведенном ниже примере сеанс сказкотерапии предлагается провести маме девочки самостоятельно, опираясь на известную народную сказку. Психолог рекомендует сказку и предлагает примерный перечень вопросов, которые необходимо обсудить с девочкой для достижения терапевтического эффекта. Работа со сказкой представляет собой только часть терапевтического взаимодействия.


Вопрос:

Ситуация такая. В гости пришла подруга с сыном (ему 4 года). Мы с подругой были на кухне, потом я зашла в детскую – смотрю — дочка лежит на кровати (ей 3,7). Я спрашиваю: «Что лежишь?», она долго молчит, потом говорит: «Он мне неприятно делает». Выясняется, что этот Мальчик толкает ее на кровать и пытается укусить.
Я не стала заострять внимание – спросила: «А почему не оттолкнула, если неприятно? Меня не позвала, да и сказала бы ему, что не надо». Она: «Я сказала, только очень тихо».

Даже не знаю, что меня больше волнует — такое поведение мальчика или неумение дочери уйти от неприятной ситуации… Подскажите, что в таком случае можно сделать…


Ответ:

События могут развиваться в двух наиболее вероятных направлениях. Во-первых, девочка может постараться вытеснить случившееся, поскольку оно будит неприятные чувства и ощущения, и вести себя так, как будто бы ничего не случилось. Во-вторых, девочка может испытывать необходимость «выговорить» все, что с ней произошло.

Итак, если девочка сама не вспоминает об инциденте, но Ваша тревога не проходит, то можно провести профилактическую работу следующим образом. Возьмите для чтения русскую народную сказку «Кот, Петух и Лиса», где Лиса похищает Петуха, он кричит, Кот прибегает и спасает его. После прочтения обсудите эту сказку с дочерью, затронув такие вопросы:

1. Как Петуху удается спастись от Лисы? (оказавшись в беде, Петух громко кричит, и Кот приходит ему на помощь) Важно не проводить параллелей с беспокоящей Вас возможно травматической ситуацией, пусть вся терапевтическая работа пройдет на уровне бессознательного девочки…

2. Почему Кот спасает Петуха? (потому что они живут, как одна семья, а родственники обычно заботятся друг о друге и помогают в сложных и неприятных ситуациях). Здесь можно привести какой-нибудь пример из жизни Вашей семьи, о котором девочка имеет представление, например, кто-то оказался в больнице – все члены семьи: бабушки, дедушки, тети, дяди – навещают его, заботятся, потому что любят.

Если девочке важно выговориться, то ваша задача – внимательно выслушать ее, ни в коем случае не отмахиваться от ее желания поговорить. Также важно дать ей ощутить вашу поддержку и отклик чувствами, например, «…да, мне тоже бывает неприятно, когда кто-то пытается заставить меня делать без моего желания. Знаешь, иногда меня это расстраивает, иногда злит». Таким образом, вы поможете дочери освободиться от неприятных воспоминаний, а также установить с ней более близкие и доверительные отношения. Для девочки очень важно видеть в маме единомышленника – человека, который мыслит и чувствует схожим образом.

Приведенный пример иллюстрирует возможность самостоятельной сказкотерапевтической работы мамы с собственной дочерью. Такая работа, проведенная своевременно, тонко и с большим чувством такта, возможно, в будущем позволит девочке безбоязненно обращаться за помощью к маме в случае необходимости, следовательно, будет способствовать развитию близких доверительных отношений мамы и девочки.
Рассмотрим следующий пример консультации, где в терапевтических целях происходит совместное терапевта и ребенка творчество сказки…


Вопрос:

Денис (4.5 года) в последние несколько месяцев стал совершенно неуправляемым: не слушает ничего из того, что ему говорят взрослые, грубит, недавно стал всех передразнивать. Младшего брата (6 месяцев) он очень любит, но иногда делает очень странные вещи: может отобрать у него пустышку или выпить приготовленный для него сок.


Ответ:
Непродолжительная беседа с мамой мальчика показала, что запрос на консультацию сделан для разрешения ситуации детской ревности. Было принято решение работать с проблемой в рамках сказкотерапии.
Затем был приглашен Денис. В результате краткого интервью с ним стала известна следующая информация: любимая сказка мальчика — «Колобок», причем не классический текст, а мультипликационная версия, где Колобок совершает прогулку по лесу, спасается от лисы и благополучно возвращается к старику со старухой.

-Денис, как ты думаешь, что было дальше с Колобком? Какие приключения и события? Как он дальше жил у старика со старухой?
-Жил он хорошо и весело… (Денис серьезно задумался) А потом дед с бабкой себе еще одного колобка слепили…
-Первому колобку понравился второй колобок?
-Да, сначала понравился…
-Чем он понравился?
-Он был новый и интересный, и совсем маленький… Я хотел с ним играть… ОЙ! Колобок!
-Конечно, сказка ведь про колобка. А что было потом?
-Бабка сказала, что с ним нельзя играть, что он еще маленький и выгнала первого колобка в другую комнату…
-Да, первый колобок, наверное, расстроился и даже обиделся…
-Да…
-Первый колобок большой и сильный, он много знает и умеет. Как ты думаешь, что умеет первый колобок, чему бы он мог научить второго маленького колобка?
-Первый колобок умеет рисовать, строить гараж, катать машины, бросать мяч, дразниться…
-Да, это важные и нужные вещи. Тем более, что второй колобок ничего из этого не умеет, кто его будет этому учить? Бабке с дедом, наверное, некогда. Ты бы хотел, чтобы колобки подружились?
-Да…
-А что бы колобки стали делать, когда подружились? Ты мог бы досочинить эту сказку?
-Ну… Старший колобок бы возил маленького на коляске, срывал бы ему красивые листики и цветочки, камушки бы необычные показывал… еще качал бы на качели… потом… когда подрастет…
-А чем колобки могли бы дома заниматься?
-Дома бы… дома я бы строил ему замки, пусть бы он ползал и ломал, я еще построю, мне не жалко… сказки бы еще читал колобок, чтобы маленький засыпал быстрее… Много еще чего…
-Как мы назовем сказку, которую ты сочинил?
-Два колобка.
-Смотри, Денис, мама улыбается. Как ты думаешь, ей сказка понравилась?

Денис улыбается маме и бежит к ней обниматься. Для Дениса терапевтическая сессия окончена.
Для мамы обязательно должно быть продолжение в виде беседе о детской ревности, способах ее профилактики и действиях в критических ситуациях; результатом такой работы, как правило, становится осознание того, что только от родителей, их чувства такта, терпения и выдержки, зависит, какими будут взаимоотношения младших и старших детей.

В приведенном выше примере сказка использовалась в качестве метафорической призмы, сквозь которую рассматривалась сложившаяся конфликтная ситуация. Чувствуя себя защищенным сказочной реальностью, ребенок смог сформулировать собственные чувства и осознать желания, а также сказать о том, что есть определенная доля вины мамы, которая не смогла организовать, в силу нехватки опыта и соответствующих знаний, гармоничное общение своих детей.

Еще одним приемом работы в рамках сказкотерапии становится сочинение сказки для конкретного ребенка по поводу случившейся с ним травматической ситуации. Иногда дети, сталкиваясь какиминибудь проблемами, приходят к нам, взрослым, но чаще всего способы разрешения, которые мы предлагаем им, для них не подходят. Тогда они приходят к выводу, что мы им помочь не можем. А куда же девать накопившуюся печаль, раздражение, гнев или радость, которые уже переполняют ребенка? Здесь на помощь может прийти сказкотерапия… Вот, например, такая сказка была придумана для девочки, проигравшей в конкурсе «Мисс детский сад».

Сказка «Роза и ромашка»

В маленьком садике росли по соседству яркая алая роза и скромная нежная ромашка. Ромашка только что распустилась, ее еще не окрепшие лепестки были белыми, обычными. Ромашку окружало множество разнообразных полевых цветов. Но ее ничего не радовало. Она очень-очень хотела стать прекрасным, необычным цветком. Ромашка с восхищением смотрела на гордую заносчивую розу. «Как было бы здорово стать точно такой же, как она!» думала застенчивая ромашка.

Но вот однажды шла по дорожке красивая маленькая девочка. Увидев ромашку, она остановилась и с восхищением сказала: «Какой красивый необычный цветок! Какие снежнобелые нежные лепестки! Сердцевинка похожа на маленькое солнышко!». Ромашка сначала не могла понять этих слов, до этого момента она считала себя самым уродливым растением. Девочка объяснила ромашке, что каждый цветок хорош по-своему. А роза, например, колючая…
Сказку обязательно необходимо обсудить. Вопросы для обсуждения: почему Ромашка с восхищением смотрела на розу? Что значит «каждый цветок хорош по-своему»? Можно ли эту фразу сказать про людей?

Таким образом, сказкотерапия наиболее детский метод психотерапии метод, потому что она обращена к чистому детскому началу каждого человека. Через восприятие сказок мы воспитываем ребенка, развиваем его внутренний мир, лечим душу, даем знания о законах жизни и способах проявления творческой силы и смекалки, а также помогаем ему лучше узнать и понять самого себя.

Однако прежде, чем самостоятельно заниматься сказкотерапией, родителям необходимо почитать книги по данной методике, где даны рекомендации специалистов и даже советы, как правильно самим сочинять сказки. Кратко они могут быть сформулированы следующим образом:

1. Сеанс сказкотерпии необходимо проводить некоторое время спустя после предположительно травмирующей ситуации, когда ребенок успокоился и способен взглянуть на происшедшее со стороны, в нашем случае через призму сказочной реальности. Наиболее подходит для такого общения время перед дневным или ночным сном.

2. «В некотором царстве, в некотором государстве»…Эти слова как будто дают понять, что такая история могла произойти где угодно: может быть, за тридевять земель, а может быть, и рядом. Это будет зависеть от того, насколько близко к себе захочется принять сказочную историю. Определенное место действия психологически отделяет ребенка от событий, происходящих в сказке. Ребенку сложно перенести себя в конкретное место, особенно если он там никогда не был.

3. Для того чтобы ребенок лучше воспринимал то, что с ним происходит в сказке, можно придумать ритуал перехода в Волшебную страну. Одним из элементов такого ритуала может стать «превращение» ребенка в любого сказочного героя (по его выбору). Для этого можно организовать Место превращения, например, коврик перед кроватью или специально огороженная кубиками конструктора площадка.

4. Способ подачи сказочного материала и привлечения ребенка к творческому процессу родитель также может выбрать сам. Он может рассказывать сказку, задавая включающие вопросы ребенку в пиковых ситуациях: например, как ты думаешь, почему герой поступил так, тебе понравился его поступок, как бы ты поступил на его месте? Родитель может предложить ребенку сочинять сказку вместе, рассказывая ее небольшие фрагменты по очереди. Также возможен вариант, когда взрослый предлагает ребенку сочинить сказку на заданную тему. Еще одним вариантом сказкотерапевтической работы может стать рассказывание известной сказки от лица различных персонажей.

Таким образом, комбинируя различные приемы сказкотерапии, можно помочь каждому ребенку прожить многие ситуации, с аналогами которых он столкнется во взрослой жизни. И значительно расширить его мировосприятие и способы взаимодействия с миром и другими людьми.

Использование сказки в психотерапии

Серхио Романо

Фиаба

Вы выбираете использовать сказку о возможности привнесения внутреннего мира детей, которую она предлагает. Его можно рассматривать как представление внутренней динамики субъекта, который его производит

.

Происхождение сказок старо как мир; только подумайте, что до изобретения письменности передача мифических сказок происходила устно, и многие из историй, дошедших до нас сегодня, представляют собой многочисленные версии, ни одна из которых, вероятно, не является существенной, кроме официальной, поскольку их происхождение не всегда может быть установлено.

Отличительной чертой этой истории является то, что она пронизана архетипическим содержанием, поэтому является общим для всех людей, независимо от культуры, хотя эти версии будут отвергнуты. Хотя авторы часто неизвестны, чтобы показать, что отцовство ошибочных историй не имеет большого значения, с того момента, как содержание вытекает из глубин бессознательного, а потому выходит за пределы соггеттуальности. Темы в сказках, те истории, которые можно назвать полными, отражают общие темы, а также страхи предков, которые выходят за пределы культур.

Юнг утверждал:

Более глубокие состояния психики теряют свою индивидуальную уникальность, погружаясь во тьму. Чем ниже вы спускаетесь вниз, т.е. чем ближе вы подходите к функциональным системам вегетативным, тем они становятся более коллективными, вплоть до универсализации и угасания в материальности тела, т.е. в химических веществах. Углеродное тело — это просто углерод. Поэтому на дне психики находится просто мир.

Э. Мари-Луиза фон Франц: « Сказки — это простейшее и чистейшее выражение психических процессов коллективного бессознательного».

Здесь я хотел бы поразмыслить.

Хотя полностью согласен с «затянутостью» сказки культур, считаю важным не забывать, что культуры и историко-культурные моменты, способны производить искажения в исходном повествовании, приписывая в основном моралистически-религиозный характер , где это возможно, история, использование и потребление одной части компании, а не другой. При этом я подчеркиваю необходимость учитывать, что ни одна история, по моему мнению, не может быть полностью свободна от культурных отголосков.

Так что не только иначе будет отклонено, если это рассказ об африканце или европейце, например, если разные представления о кризисах, существующих в двух реальностях( в первом реальный кризис выживания, во втором может быть желание, цитирует Лафорг , но отражает sia sia la мировоззрение, может быть, особенно, нравы того времени и места.

Вспомните сказку «Красная шапочка»; в версии Перро легко обнаруживаются ссылки на сексуальность и стигматизацию. На самом деле в этой версии волк ложится спать, съев бабку, не раздеваясь и ожидая КП.Когда ребенок приходит, он раздевается и ложится в постель рядом с волчицей, которую «наивно» считают бабушкой. Здесь CP относится к большим ногам и большим рукам, необычным для бабушки. В версии Братьев Гримм этих двух отсылок нет, а СР отмечают уши, Ла Бокка и зубы.

В версии Перро сказка также заканчивается коротким стихотворением, которое на практике является моралью сказки: красивые девушки не должны слушать незнакомцев, иначе потом…….

Это так очевидно, как культура времени или, ограничиваясь культурой личности, может изменить ход истории, лишив ее первоначального смысла и насытив ее набором предубеждений.

Тем не менее, реальные инварианты истории остаются такими, и никакая культура не может их изменить, но лично я предлагаю разумное использование сказок в терапевтических целях.

Что будет иметь значение, так это способ описания, индивидуальный стиль, способность адаптировать историю к контексту; не искажая содержания, слепо следуя своим тревогам или своим амбициям, а опираясь на свое бессознательное, делайте именно рассказ, переживая и разделяя вызываемые им эмоции.

Во время рассказа голос, просодия меняются, и причина этих изменений не приписывается исключительно нашим переживаниям, а является результатом взаимодействия рассказчика и слушателя. Еще раз, это отношения, которые имеют влияние на ход истории. Непрерывная обратная связь, которую рассказчик получает во время повествования в виде комментариев, мимики, утечек или неподвижности, является ключевым элементом, позволяющим настроиться и установить то, что мы называем « нарративным соглашением». Сказка, рассказанная таким образом, захватывает слушателя до такой степени, что его эмоции могут быть неразрывно связаны с эмоциями персонажей, населяющих историю. Я помню, что люди развивают теорию разума, а именно способность приписывать психические состояния и намерения другому существу, начиная с четырех-пятилетнего возраста.

Другим важным аспектом истории является то, что персонажи, которые она предлагает и описывает , уникальны , поэтому не являются амбивалентными. Добро и зло сосуществуют в повести, но не в одном человеке, как это бывает в действительности, а воплощаются в разных персонажах.В отличие от других детских сказок, здесь мы видим не равведение или раскаяние со стороны злодея, который затем становится хорошим или наоборот; Волк и ведьма сказок такие, какие они есть, и это их свойство позволять ребенку четко проецировать свои части этих фигур. Иными словами, сказка упрощает деление мира на добро и зло и именно это делает ее понятной для глаз ребенка.

Как говорит Бруно Беттельхейм о сказочных персонажах:

« Все персонажи скорее типичны, чем уникальны».

В сказках экзистенциальные проблемы поставлены ясно и просто, позволяя ребенку уловить их. Злодей не перестает делать плохо, потому что его кто-то наказывает, Но он всегда проигрывает, предполагая, что ребенок не должен быть плохим не потому, что ты наказан, а потому, что у главного героя (l’Forever) судьба намного лучше.

Повторяющиеся сюжетные темы раскрывают наши общие желания и потребности.

Патрик Колм Хоган, профессор английского языка и сравнительной литературы в Университете Коннектикута, говорит о нарративе: « включает в себя агентов, которые преследуют цель, и наиболее обычные цели отчасти являются результатом того, как они сделаны из наших эмоциональных систем».

Это подтверждает, что истории раскрывают кое-что о человеческих эмоциях и их месте в сознании.

Хоган утверждает, что кажутся три модели повествования: одна романтическая обстановка , в которой основное внимание уделяется испытаниям и невзгодам любви; один декорации героический , сиконцентр, что борьба за власть; Наконец, один сценарий , который определяет «Жертвенный », который фокусируется на изобилии, противопоставляемом голоду, и искуплении компании. Эти три основные темы, кажется, всегда присутствуют независимо от культур и эпох.

Использование чар — The New York Times

Ни Беттельхейм, ни сказки не сомневаются, что знают, что такое счастье. Достигается независимость, как Гензелем, и Гретель, и Джеком; это пережитое несчастье, как у Красной Шапочки; это побежденный злой родитель, как у Белоснежки и Золушки; это примирение любовника и отца, как в «Красавице и чудовище»; правит царством себя, как, по словам румынской сказки, «правят только короли, которые много пострадали.

Находясь под чарами этого самого милостивого ученого наших сердец, мы забываем, что его собственное очаровательное представление о жизни как о потенциально успешном приключении может быть само по себе чем-то вроде сказки, хотя он и должен быть ученым, чтобы установить своих текстов и их вариантов, он не исследует происхождение западных сказок: не являются ли они, несмотря на все содержащиеся в них фрагменты языческих знаний, средневековыми по духу и обстановке и пропитанными христианской космологией? Темы мнимой смерти и возрождения, Внутренней целостности, покаяния и покаянного испытания, явления как иллюзии, антропоморфной Природы — разве они не религиозны по своей сути? Разве воскресший Христос не есть верховная Спящая Красавица, а Его искупление падшего мира не является грандиозным действием, которое магические действия волшебных сказок отражают в миниатюре? Короче говоря, могут ли сказочные заверения пережить сверхъестественные?

Беттельхейм ворчливым тоном обсуждает одну сказочную историю, которая не соответствует его образцу: «в конце ее нет ни выздоровления, ни утешения; нет разрешения конфликта и, следовательно, нет счастливого конца.Тем не менее популярность этой истории, которая росла в 19 веке, заставляет его обратить на нее внимание. Рассказ «Златовласка и три медведя». Героиня по непонятным нам причинам тайком проникает в домик. Голодная и нуждающаяся в отдыхе, она пробует кашу, стулья и кровати трех отсутствующих обитателей. Ничто не работает правильно; один стул слишком жесткий, другой слишком мягкий, а третий ломается, когда она на него садится. Три медведя, чья это собственность, возвращаются, и она убегает в окно.«Для Златовласки нет счастливого конца — из-за того, что ей не удалось найти то, что ей подходит, она просыпается, как от дурного сна, и убегает». «наоборот, они ужасаются и критикуют, что маленькая девочка пытается приспособиться к папиной постели и пытается занять место мамы». В отличие от карликов из «Белоснежки», они не принимают постороннего; и они не убивают ее, как в более ранних версиях сказки. Короче говоря, ничего особенного не происходит, что показывает, по мнению Беттельгейма, «относительные недостатки сравнительно недавно придуманной сказки.Тем не менее, история об эдипальном треугольнике, мимоходом захваченном златовласым неудачником, очень популярна, и Беттельгейм заключает, исчерпав все возможные менниоги, «двусмысленность этой истории, которая так соответствует духу времени, может также объяснить ее популярность, в то время как четкие решения традиционной сказки, кажется, указывают на более счастливую эпоху, когда вещи, как считалось, допускали определенные действия. очень похожи на управляемую тревогу, которую Беттельхейм ощущает как результат сказок — может быть в фазе «златовласки», экзистенциального инцидента без разрешения.Версия «Белоснежки» Дональда Бартельма и пересказы Энн Секстон в «Трансформациях» обладают энергией гневных граффити; мы были введены в заблуждение, является следствием. «Использование чар» не может навязать использование сказок без матрицы семейной безопасности и общественного согласия; но, по крайней мере, это показывает нам, как хитро, с какой любовью анонимные поколения «более счастливого века» готовили своих детей к вызовам жизни и вели их к сексуальному, нравственному здоровью, времени. ■

Однажды в речи {Использование сказок для развития речи и языковых навыков у маленьких детей}

Как многие из вас знают, моя семья и я ожидаем третьего ребенка всего через несколько недель.Поскольку я немного отвлекся от работы и ведения блога, чтобы провести время со своей семьей как до, так и после рождения моего нового сына, я очень рад поделиться с вами некоторыми замечательными постами, написанными очень талантливыми блоггерами. Поэтому, пожалуйста, откиньтесь на спинку кресла, расслабьтесь и наслаждайтесь этим гостевым постом и оставьте комментарий, дайте нам знать, что вы думаете! Сегодня коллега-блогер SLP Морин из The Speech Bubble поделится некоторыми забавными идеями, используя сказки!

Сказки. Этим историям уже много лет, но если вы спросите 5-летнего ребенка, он скажет вам, что Рапунцель была создана всего 2 года назад и что у нее есть домашняя ящерица.Хотя фильмы помогли этим классическим сказкам дойти до масс, большинство детей знают, что это книги! Сказки могут предложить детям гораздо больше, чем просто развлечение. Они могут помочь детям развить свои языковые навыки и навыки понимания, а решать и изучать социальные навыки. Поскольку сказки приносят много пользы, я хотел поделиться тем, как их можно использовать в условиях логопеда и дома.

В речевой комнате

Удивительная вещь в сказках — их многогранность.Поскольку они, как правило, написаны для более молодой аудитории, используемый язык понятен, что делает их идеальными не только для младших школьников, но и для учащихся с языковыми задержками/нарушениями. Кроме того, изображения, используемые в сказках, как правило, относятся к ключевым моментам истории с большим количеством деталей, создавая идеальные возможности для ответов на WH-вопросы или для предсказаний и выводов, используя подсказки-картинки для поддержки. Практика понимания, которую предлагают сказки, заключается в следующем. еще одна причина, по которой я обожаю их использовать.Поскольку истории обычно содержат повторяющиеся элементы, это помогает учащимся усвоить принципы использования деталей для прогнозирования. Возьмем, к примеру, «Трех поросят». Волк сносит дом первой свиньи, а затем сносит дом второй свиньи. После этого дети, как правило, видят, как возникает закономерность, и, поскольку это ключевые моменты истории, у них обычно есть картинки, которые можно использовать для справки. Затем дети могут определить по образцу, что волк попытается снести дом третьей свиньи.  Дети будут использовать схему событий в рассказе, чтобы делать прогнозы, но есть много обучающих моментов для вывода. Давайте на секунду вернемся к «Трем поросятам». Дети могут предсказать, что волк разрушит дом третьего поросенка, потому что это образец событий, которые они слышали. Но эта хитрая третья свинья построила свой дом из кирпичей. Отличным моментом для вывода было бы предложить учащимся подумать о том, насколько труднее будет сдуть несколько кирпичей по сравнению с соломой.Затем учащиеся могут сделать вывод на основе своих базовых знаний об этих предметах и ​​их весе, чтобы определить, что волк не сможет разрушить кирпичный дом.

Словарь

Как я уже говорил, словарный запас, используемый в этих рассказах, довольно прост, что делает их отличным инструментом для учащихся с различными трудностями или для тех малышей, которые развивают свою грамотность и навыки декодирования. Опять же, обычно есть графические подсказки, которые можно использовать для поддержки языка, если это необходимо.Давайте посмотрим на «Красную курочку», чтобы помочь с этим примером. В книге рассказывается о том, каким «вкусным» будет хлеб после того, как его испечет Красная Курочка. Это прекрасные моменты для изучения синонимов и антонимов. Спросите детей, что, по их мнению, может означать слово «вкусно», и используйте изображение животных, пускающих слюни или улыбающихся, когда они думают о хлебе, — это отличная поддержка. Пряничный человечек», повторение животных и пожилой пары, преследующих Пряничного человечка, — отличный шанс научить временам глаголов, поскольку они постоянно повторяют события, изменяя время глагола, чтобы соответствовать временным рамкам.

Прагматика

И последнее, но не менее важное: прагматика. Социальные элементы сказок служат прекрасными иллюстрациями использования соответствующих социальных навыков в 90–105 различных условиях. В «Красной курочке» основное внимание уделяется совместной работе и обмену опытом, а также тому, почему полезно помогать другим. В «Белоснежке» подчеркивается тема «не разговаривай и не бери вещи у незнакомцев». «Мальчик, который кричал о волках» иллюстрирует важность честности.  Использование этих историй — отличный способ сделать эмоциональные выводы и решить социальные проблемы.

Дома

Теперь родители не беспокоятся. Вот несколько способов, которыми вы можете использовать эти замечательные сказки, чтобы помочь вашему ребенку развить языковые навыки и навыки грамотности
. Если вы выбираете сказку, с которой вы не знакомы, я рекомендую предварительно прочитать или просмотреть историю, прежде чем вы ее прочтете. с вашим ребенком. Это позволит вам определить отличные места для остановки, чтобы задать вопросы. Когда вы читаете своим детям, останавливайтесь и задавайте вопросы. Не забывайте, что эти замечательные иллюстрации также помогут вам.

Примеры вопросов:

– Как вы думаете, что чувствует этот персонаж? ,
– Как вы думаете, что означает это слово? ,
– Был ли это хороший выбор персонажа?
– «Как вы думаете, что будет дальше?» (это один из моих любимых вопросов)

Установите связь между событиями сказки и реальной жизнью.

Вы с малышом печете, как Красная Курочка?  Может быть, ваш ребенок умеет собирать лего, как тот умный поросенок, который построил свой дом из кирпичей.Поощряйте вашего ребенка устанавливать связи с событиями истории. Читать всей семьей всегда веселее! Я знаю, что с сумасшедшим графиком работы это не всегда возможно, но чем больше вовлечена семья (и да, это может включать Фидо), тем лучше.

После прочтения сказки попробуйте выполнить задание, связанное с сказкой. Если вы читали «Пряничного человечка», возможно, вы сможете
испечь печенье или устроить гонку во дворе. Выполняя эти задания, говорите о том, как они связаны с книгой.
Есть много историй, которые немного отличаются в зависимости от культуры; Золушка, как правило, является самой популярной. Прочитайте разные версии истории и поговорите со своими детьми о том, чем они похожи и чем отличаются. Это может быть так же просто, как указать на сходства и различия в иллюстрациях.

И помните, для сказки никогда не бывает слишком много лет!

Морин Уилсон — сертифицированный логопед ASHA со степенью магистра патологии речи и сертификатом
Инклюзивное обучение.В настоящее время она является SLP в начальной школе K-5. В ее блоге The Speech Bubble предлагаются ресурсы, идеи и материалы для логопедии. Вы можете подписаться на нее в Pinterest и заглянуть в ее магазин TpT, чтобы купить материалы для своей комнаты для выступлений.

Наводящие на размышления аспекты использования сказок и анекдотов в качестве нарративов в терапии

Ордог, Чилла — психолог и перинатальный консультант, а также ассистент лектора в Университете Этвёша Лоранда в Будапеште, факультет аффективной психологии, где она в настоящее время является аспирантом. .Ее исследования связаны с синхронностью матери и ребенка и ее взаимозависимостью с качеством родового опыта. Доктор Каталин Варга является ее научным руководителем в аспирантуре.

Фаркаш, Иштван — студент бакалавриата психологии Университета Этвеша Лоранда в Будапеште, Венгрия. Ишван Фаркаш — студент бакалавриата по психологии в Университете Этвеша Лоранда в Будапеште, Венгрия. Его интересы весьма разнообразны, он начал свое обучение с изучения физики и в настоящее время работает над своей бакалаврской диссертацией об анализе спектров галактик с помощью искусственных нейронных сетей.В прошлом году он опубликовал статью по социологии здоровья и в настоящее время интересуется гипнотерапией и экзистенциальной терапией, а также многими другими областями психологии.

Тонкё, Мартон , студент бакалавриата психологии Университета Этвёша Лоранда в Будапеште, Венгрия. Сфера его интересов — просоциальное поведение и межличностные отношения. В планах на будущее – работать клиническим психологом в отделениях интенсивной терапии.

Введение

В терапии слова обретают смысл.История, будь то история клиента (клиентов) или история, которую терапевты используют во время терапевтической работы, можно рассматривать как так называемый нарратив. Существуют терапии, основанные на уже существующих историях, такие как терапия сказками, или терапии, использующие соответствующие анекдоты в качестве терапевтического инструмента для исцеления. Нарративная психология дает нам основу для понимания скрытой силы слов, превращающихся в истории, и историй, которые становятся мощными инструментами в терапевтической работе. В этой статье сторителлинг в терапии будет рассматриваться через изучение терапии сказками и анекдотов, используемых в терапии.Благодаря наблюдению за суггестивными качествами сказок и анекдотов по отношению к формальному гипнозу раскрывается скрытая сила использования историй в качестве инструментов в терапии.

Почему истории так важны

Нарративы глубоко укоренены в нашем образе мышления, в нашем способе построения и понимания мира и самих себя. Нарративы «… формируют психологические и философские точки зрения, нарратив рассматривается как человеческий метод осмысления мира, включая себя, идентичность, личность, других, опыт и время» (Акимото, 2018, с.107). Во-первых, мы должны знать обстоятельства, при которых сказки или анекдоты могут быть использованы в терапии. Чтобы приблизиться к пониманию различных способов действия, мы должны изучить нарративную психологию, поскольку ее подход связан с тем, как люди обрабатывают свой опыт посредством создания историй. Пионером в этой области исследований является Дэн П. МакАдамс (2001), который создал модель идентичности с историей жизни, «которая утверждает, что люди, живущие в современных обществах, обеспечивают свою жизнь единством и целью, создавая интернализированные и развивающиеся нарративы о себе. ‘ (п.100). Ласло Янош в своей статье 2008 года также объясняет, что научная нарративная психология основана на том факте, что люди в своих жизненных повествованиях рисуют свои собственные значимые жизненные события, подобно группам в своих групповых повествованиях. Эти истории описывают отношения человека с социальным миром и объясняют, как каждый конструирует свою идентичность. В статье (László, 2008) утверждается, что композиционные свойства и качество этих нарративов отражают границы поведенческой адаптации и копинг-механизмов рассказчика.В нарративной терапии терапевты не только сознательно слушают повествование клиентов, но также могут использовать истории. Сказки и их главные герои помогают клиенту символизировать свой опыт, тем самым обеспечивая моральный компас и расширенное понимание (Ruini & Ottolini, 2013). Сказки всегда служили (кроме развлекательных целей) проводниками. Эти истории рассказывались детям старшими, уважаемыми людьми, чтобы подготовить молодежь к жизненным трудностям, таким образом, они служили психолого-педагогическими ориентирами.Анекдоты действуют более прямым образом, преподнося уроки в конкретных ситуациях, тем самым предлагая более эффективный и содержательный вариант нарративной терапии. Сказки и анекдоты могут использоваться в терапии из-за нашей универсальной традиции рассказывать и создавать свои собственные истории. Вот как возможно включение сказок и анекдотов в нарративную психологию. Даллос (2005) объясняет сюжетно-композиционное описание, придуманное Владимиром Плоппом, в котором используется комплексный метод выделения функций участников русских волшебных сказок.Этот метод — посредством нарративного психологического контент-анализа — может быть переведен на смыслообразующий психологический язык, то есть в нарративе вместо сюжетных функций он ищет психологически значимые роли и функции (Ласло, 2008). Обнаруженные расстановки позволяют выявить психологическое состояние и характеристики рассказчика (клиента в терапевтической ситуации) (László, 2008).

Структура, используемая в гипнозе и рассказывании историй

Терапевтическая работа обычно происходит во времени и пространстве, отличных от повседневной жизни.Клиент входит в терапевтическую комнату, и сеанс начинается. Если это не его/ее первый раз там, он/она знает, что ожидает чего-то отличного от повседневного опыта. Терапевты, работающие с измененными состояниями ума, уделяют особое внимание планированию сеансов, следя за тем, чтобы по окончании сеанса у клиента была ясная голова и бдительность, он был готов снова встретиться с внешним миром. Это важно, потому что в гипнозе клиент входит в свой внутренний мир, где время и пространство могут ощущаться иначе.Доверие между клиентом и терапевтом может помочь клиенту глубже погрузиться в свой внутренний мир. Формальный гипноз обычно начинается с установления взаимопонимания, которое не ведет напрямую к гипнотическому трансу, но создает хороший коммуникативный мост и укрепляет связь, необходимую между клиентом/пациентом и гипнотизером. После этого шага начинается гипнотическая индукция. Через гипнотическую индукцию клиент входит в измененное состояние ума. В измененном состоянии клиент обычно расслаблен, его/ее внимание избирательно, его/ее воображение более живое и более восприимчивое к внушениям (Loftus, Nolen-Hoeksema & Fredrickson, 2009).В конце гипнотизер завершает гипнотический транс, постепенно возвращая клиента в его/ее нормальное состояние. В основу повествования входят специальные общеизвестные словосочетания, обозначающие начало и конец: сказки обычно начинаются с «Жили-были…» и заканчиваются «Концом». Эти фразы являются неотъемлемой частью сказки, придающей прочный, характерный каркас, отличающий ее от повседневного мира. Точное время, когда в истории человечества впервые появилось рассказывание сказок взрослым и детям, неизвестно, но, несомненно, это одна из древнейших традиций.Сказки всегда имеют типовую структуру, общеизвестную человечеству. Мало того, что содержание типично, событие повествования также имеет свои уникальные элементы. Традиционное и наиболее точное изображение взрослых, рассказывающих сказки другим взрослым, состоит в том, что они собираются ночью, когда все спокойно и безмятежно, вероятно, сидят у костра, и включают режим прослушивания. С детьми типичная сцена включает в себя взрослого (обычно родителя), сидящего рядом с ребенком, который спокойно слушает историю перед сном.Опыт показывает, что истории — это нечто большее, чем общий успокаивающий эффект от прослушивания. В историях всегда есть сообщение, которое останется со слушателем, найдет способ резонировать с его/ее текущим состоянием и, таким образом, оказать долгосрочное влияние на мысли и поведение. Положительные аспекты можно использовать в повседневной жизни, а также на сеансах терапии, в работе с детьми или взрослыми. Что касается анекдотов, то это короткие, наводящие на размышления или часто даже юмористические рассказы, обычно описывающие отдельного человека или случай.Несмотря на их подчас комический характер, основная цель этих рассказов — дать так называемый моральный компас, или сообщить общую истину, по которой читатель может понять человека (главными героями обычно являются известные или даже популярные исторические личности), группу или даже абстрактная идея (Эпштейн, 1995). Истории обычно оперируют неявными сообщениями, имеющими наводящий характер. Таким образом, читателю (или слушателю) легче усвоить значения, поскольку неявные сообщения, как правило, требуют более активной обработки.Учитывая природу анекдотов, они кажутся полезными в терапевтических ситуациях, помогая терапевту создать структуру, структуру всей терапии, а также помогая клиенту исцелиться.

Установление взаимопонимания и регрессия

Важно установить взаимопонимание до гипноза или рассказывания историй, но также хорошо знать, что оба процесса углубляют доверие между клиентом/терапевтом и слушателем/рассказчиком. Родители обычно уже имеют глубокую связь со своими детьми, а сказки создают еще более тесную связь.На протяжении всей истории рассказчик использует символическое мышление и язык сказки, которые намного ближе детям, облегчая их понимание (Беттлхейм, 1988). Поскольку сказки подходят для косвенной передачи сложного смысла через лежащую в их основе символическую структуру, их можно эффективно использовать в терапии не только для детей, но и для взрослых (Dieckmann, 1997). Чтобы понять, почему сказки — 28 — 2018, том 42, № 3 — такое эффективное средство коммуникации, нам необходимо рассмотреть модели долговременной эксплицитной памяти: сознательного припоминания данных (Graf & Sachter, 1985).Среди сознательных воспоминаний мы можем различать заученные факты, вырванные из контекста (семантические), и воспоминания о реальных событиях (эпизодические) (Zager, Medin & Smith, 1984). При изучении эпизодической памяти оказывается, что людям необходимо создавать истории, то есть строить нарративы: контексты, в которые они могут помещать свои воспоминания о прошлом, своей текущей ситуации и будущем, связывая отдельные события. Помимо эпизодической памяти, мы также сильно полагаемся на нашу семантическую память. Одной из ее широко используемых моделей является так называемая теория прототипов.Согласно этой теории, люди классифицируют вещи вокруг прототипов, основываясь на том, насколько они близки к общепринятому центральному члену данной концепции (Eysenc & Keane, 1990). Такой подход к семантической памяти имеет сходство с символическим мышлением. Символы обычно несут некоторые из наиболее важных характеристик символизируемого, часто архетипы, однако символ и символизируемый объект — не одно и то же. Символизм, появляющийся в сказках и снах, имеет сильное сходство, вероятно, потому, что символы обоих из них исходят от природы.Структурное сходство между структурами наших воспоминаний и сказок, связь с детским мышлением и сновидениями позволяют предположить, что сказки могут иметь тесную связь с подсознанием, что делает их привлекательными для использования и во взрослой терапии (Dieckmann, 1997). Регрессия — важный элемент сказок и снов, которые могут быть в повседневной жизни или в терапевтической работе, а также существенный элемент гипноза.

Сходство с гипнозом: вход в измененный мир

Как упоминалось выше, сказки, как правило, имеют типичную основу и носят ярко выраженный символический характер.Обе эти характеристики несут в себе диссоциативную черту. Кроме того, они имеют тенденцию быть преувеличенными, что побуждает нас еще больше различать сказки и реальность. Исследования показали, что когда родители убирают из сказки жестокие эпизоды, это на самом деле делает сказку более правдоподобной, более похожей на то, что она вырвана из повседневной жизни, тем самым сбивая с толку и пугая детей еще больше, чем первоначальная версия (Danilewitz, 1991). ). Учитывая то, как эти черты, символическая структура сказок допускает диссоциативный, объективный анализ, отделенный от повседневной жизни, и очень личное, подсознательное понимание лежащего в основе смысла, кажется, что хороший способ наблюдать суггестивные аспекты сказок — это сравнивать сказки. и гипноз.В традиционном (формальном или классическом) гипнозе клиент находится в основном в пассивном, расслабленном состоянии, фокусируя свое внимание на гипнотизере, в то время как гипнотизер передает внушения клиенту. Это очень похоже на случай рассказывания сказок. Рассказчик рассказывает историю, а слушатель слушает ее спокойно, в расслабленном состоянии. Эксперименты показывают, что дети слушают сказки гораздо тише, а затем какое-то время ведут себя менее активно, кажутся более поглощенными своими мыслями по сравнению с детьми, которые предварительно смотрят фильм или слушают банальную сказку. Крэйн, 1983).Одной из кажущихся проблематичными черт сказок в отношении гипнотического внушения является то, что, хотя внушения имеют тенденцию очень сильно зависеть от реальных используемых слов, сказки поддерживаются в основном устной традицией, что делает почти невозможным сохранение слов в их первоначальном виде. форма. Однако Дж. А. Барг и его коллеги показали (Bargh, Chen & Burrows, 1996), что слова, связанные с определенным понятием, при многократном появлении в окружении клиента могут вызывать поведение, обычно ассоциируемое с данным понятием.В одном из своих экспериментов (Bargh, Chen & Burrows, 1996) испытуемые должны были заполнить тест, в котором им было предложено упорядочить перепутанные слова в предложениях. Некоторые из этих тестов содержали слова, связанные со старостью (например, «беспокойный», «Флорида», «старый», «одинокий», «серый», «эгоистичный», «осторожный», «сентиментальный», «мудрый», «упрямый», «вежливый», «бинго», «отстраненный», «забывчивый», «на пенсии», «морщинистый», «жесткий», «традиционный», «горький»). , послушный, консервативный, вяжет, зависимый, древний, беспомощный, доверчивый, осторожный, одинокий). В нейтральной версии слова, относящиеся к пожилым людям, были заменены словами, не имеющими к ним отношения (например,, жаждущий, чистый, частный). Испытуемые, которые должны были заполнить тесты, содержащие слова, связанные со старостью, выходили из комнаты после окончания эксперимента значительно медленнее — 29 — 2018, том 42, № 3, по сравнению с теми, у кого таких слов не было в их тест, хотя в этих тестах напрямую не упоминается медлительность (Bargh, Chen & Burrows, 1996). Это, в сочетании с символическим характером сказок и их отношением к подсознанию, показывает, как сказки могут сохранять свои суггестивные черты, несмотря на то, что они сохранялись в устной традиции.

Внушающая сила историй в терапии

Нарративная терапия включает вышеупомянутые элементы таким образом, что терапевты помогают клиентам реконструировать их собственные жизненные истории, удаляя и переписывая ошибочные элементы, тем самым реконструируя их идентичность. МакАдамс (2010) утверждает, что клиенты часто рассказывают запутанные, даже неорганизованные истории из жизни, которые усугубляют их симптомы и ухудшают психическое здоровье. Прояснение этих историй с использованием эмоционального фокуса при названии и связывании эмоций с определенными переживаниями может служить базовой методологической основой (Beaudoin and Zimmerman, 2011, цитируется в Mezőfi, 2015).Кроме того, мы должны знать, с каким механизмом работает нарративная терапия. С точки зрения нарративной терапии проблемы клиента вытекают из сюжетной линии его нарративов. Основная цель — отделить идентичность клиентов от повторного переживания их проблем (экстернализация) и дать возможность получить доступ к желаемому самоощущению (Mezőfi, 2015). Повторяя и называя эмоции, а также связывая их с определенными элементами сюжета, жизненные истории можно реструктурировать так, чтобы они были приятными и самоутверждающими.Неудивительно, что интерес к историям трансформации в различных областях как медиа, так и науки высок, поскольку эти истории исцеления вдохновляют нас и одновременно становятся инструментом исцеления (Mezőfi, 2015). Следовательно, они могут служить ранее упомянутыми анекдотами реконструкции личной истории о себе. Помимо исцеляющих историй, различные формы искусства могут служить несаморассказами, историями, которые не проживают, а переживают клиент, например, пьесы, книги, фильмы, поскольку они дают нам возможность участвовать в истории. .Во-первых, может быть, расстраивая нас, а затем переживая момент катарсиса, который может создать определенное состояние личности, оказывая влияние на наш образ мышления (Джон, 2010). На мой взгляд, в терапии очень важно говорить об этих переживаниях. Их эмоциональное воздействие может быть полезным для интеграции личных ситуаций, когда они — сознательно или бессознательно — служат ориентиром в эгоцентричных нарративах. Также важно, чтобы клиент осознал вспомогательные фоновые механизмы нерассказов о себе, чтобы он/она могли отделить вредные и исцеляющие переживания внешнего источника.Еще одним интересным нарративным терапевтическим методом является именование диффузного психологического содержания. Бойти Иштван (2015) подробно объясняет, как называние этих эмоций помогает клиенту справляться с ними в повседневной жизни. По мнению Бойти (2015), оно становится сущностью, отделенной от личности; он может стать так называемым козлом отпущения, неся ответственность, чтобы человек освободился от нее. Таким образом становится возможной экстернализация проблемы, что позволяет человеку взять под контроль и изменить ее важные аспекты.В конце концов ответственность возвращается к клиенту, козел отпущения работает как временное решение, чтобы помочь клиенту пройти более раннюю, более сложную часть терапии, осознать свои эмоции и лучше осознать проясненные жизненные истории и связанные с ними эмоции. . Это может работать за счет создания опыта, подобного анекдоту, когда клиент может относиться к этим размытым эмоциям как к некоторым ранее услышанным или увиденным персонажам сказки, используя методы преодоления в истории, тем самым объединяя те, которые приводят к успешному терапевтическому результату.

Примеры сказочной терапии

Мы установили, что сказки являются средством передачи более сложных мыслей. Существует несколько различных подходов к использованию сказок в терапии. Одной из основных отличительных особенностей может быть то, используем ли мы сказки в их первоначальном виде, или конструируем собственные нарративы, используя символические и структурные инструменты сказок (Вачков, 2016). При использовании оригинальных историй терапевт может проанализировать любимую сказку пациента или предложить историю, связанную с текущей ситуацией пациента (Dieckmann, 1997).Анализ того, какую — 30 — 2018, том 42, № 3 — 30 — 2018, том 42, № 3 историю просит ребенок, также может быть полезен в терапии, однако, согласно Беттлхейму (1988), в случае с ребенком, возможно, лучше не создавать подсознательных мыслей. сознательный, поделившись предполагаемой причиной, по которой была выбрана данная история. В создании сказок есть разные подходы. Один вариант заключается в том, что терапевт, учитывая потребности пациента, создает историю (Levine, 1980), в то время как другой подход заключается в том, чтобы позволить пациенту создать историю как повествование, которое может помочь ему справиться с текущей ситуацией (Ruini, Масони, Оттолини и Феррари, 2014 г.).Примером того, как сказки в их первоначальном виде можно использовать в терапии, является случай, упомянутый в статье Дикмана 1997 года: у женщины, воспитанной очень строгими родителями, развился тяжелый невроз из-за ее ограниченного импульса к индивидуации. У нее также была отчетливая фобия животных. Однажды ей приснилась белая змея, которая сначала напугала ее, но потом заговорила с ней и успокоила. На следующий день она смогла пойти на работу с меньшим беспокойством. Рассказав свой сон Дикману, терапевт предложил ей прочитать «Белую змею» братьев Гримм.Эта история о доверенном слуге короля, который должен каждую ночь тайно приносить королю чашу, но ему запрещено заглядывать в чашу. Однажды, несмотря на приказ короля, он заглядывает в чашу и находит в ней белую змею. Он не может устоять перед приятным запахом змей, тайком ест из миски и таким образом начинает понимать речь животных. Затем он уходит из замка и во время своего путешествия помогает некоторым животным, которые возвращают услугу и помогают ему в случае необходимости, чтобы получить руку принцессы.Эта история помогла пациенту начать думать о животных по-другому, понять, насколько полезными могут быть животные. Более того, Дикманн (1997) предполагает в своей статье, что этическая проблема в начале истории — это как раз то, что помогло клиенту. Вначале доверенный слуга короля действует вопреки приказу и ест змею и, таким образом, получает способность говорить с животными. Этот аспект истории, согласно Дикманну (1997), помог клиенту перестать подавлять нежесткие, вневременные животные аспекты своей личности.Сказки могут быть терапевтическими и для детей. Дети обычно имеют сильно поляризованное мышление, поэтому им может быть трудно справляться с амбивалентными чувствами. Данилевиц (1991) также пишет в своей статье о том, как справляться с амбивалентными чувствами. Она наблюдает за ним по известной сказке «Красная шапочка»:

«В «Красной шапочке» добрую бабушку внезапно заменяет волк, угрожающий уничтожить ребенка. Если на самом деле бабушка унижает ребенка за то, что тот обмочил штаны, то она уже не та, что была раньше, она стала ведьмой.Неспособность увидеть какое-либо соответствие между различными проявлениями, которые действительно переживает ребенок, — бабушка рассматривается как отдельная сущность, любящая и угрожающая. Она действительно бабушка и волк. Разделив ее, расщепив, ребенок может сохранить свой образ доброй бабушки, если она превратится в волка, это страшно, но он не поступится своим видением ее доброты». (Данилевиц, 1991, с.88)

В другом примере Левин (1980) создает историю вместо того, чтобы использовать сказку в ее первоначальном виде, чтобы вылечить 8-летнюю девочку, страдающую бессонницей.Эта девушка подверглась сексуальному насилию со стороны своего дяди, и поэтому она носила в себе ненависть к нему. Однако она любила своего отца. Родителям была передана запись персонализированной истории с указанием проиграть ее для нее перед сном. История включала вещи, которые ей нравились, чтобы сделать ее более открытой для истории. Это было о хороших и плохих медведях, это послужило инструментом, который помог ей растворить ее двойственные чувства к мужчинам.

Современные проблемы создания и работы с нарративом

Базисная теория проста, но применить ее к нашей нынешней социальной ситуации гораздо сложнее, чем кажется (Beaudoin and Zimmerman, 2011, цитируется по Mezőfi, 2015).Информационное общество принесло ряд новых препятствий, на которые следует обратить внимание; жизнь людей сложнее, чем несколько десятков лет назад — 31 — 2018, том 42, № 3 назад. Мы должны приспосабливаться к различным новым ситуациям, учитывать нашу онлайн-идентичность, нашу карьеру и т. д. Раньше было проще использовать анекдоты в жизненных историях, потому что у людей был более общий образ жизни, тот факт, что чья-то жизнь была привязана к определенному компания, определенная профессия, определенные идеологии предоставили более простое решение для терапевтического подхода (Kondor et al., 2018). В наше время людям приходится чаще приспосабливаться к новым условиям, новым ситуациям. Поэтому труднее найти «анекдоты» их личной жизни (изложенные в книгах, фильмах и т. д. или в устной традиции), которые несут в себе надлежащий массаж, имеют персонализированные моральные ориентиры и через свои жизненные истории помогают интегрировать их в их личность.

Заключение

Рассказывание историй использовалось с самых ранних времен человеческой истории для успокоения и просвещения.Структура и использование символов в сказках и анекдотах во многом схожи с моделями человеческой памяти, что делает ее очень эффективным инструментом для передачи более сложных мыслей детям и взрослым как в повседневной жизни, так и в терапевтической работе. Использование сказок, рассказов и анекдотов в различных методах нарративной терапии может оказать положительное суггестивное влияние на реконструкцию истории жизни и личности клиента. Хотя он все еще нуждается в дальнейших исследованиях относительно его прямого воздействия и преимуществ, он уже используется многими терапевтами, и эта область продолжает расширяться.

Библиография
  • Акимото, Т. (2018). Истории как мысленные представления субъективного мира агента: структурный обзор. Биологически вдохновленные когнитивные архитектуры, 25, 107-112. DOI: 10.1016/j.bica.2018.07.003
  • Барг, Дж. А., Чен, М., и Берроуз, Л. (1996). Автоматизм социального поведения: прямое влияние конструкции черты и активации стереотипа на действие. Журнал личности и социальной психологии, 71 (2), 230-244. DOI: 10.1037/0022-3514.71.2.230
  • Беттельхейм, Бруно (1988). Использование чар. Смысл и значение сказок. Лондон: Книги пингвинов. ISBN 9780307739636
  • Бойти, И. (2015). Narratív szemlélet a segítő kapcsolatban (пер.: Нарративный подход в терапевтических отношениях) Különleges bánásmód, 1(2.), 59-70.
  • Крейн, Уильям С., Д’Алессио, Эстерина, Макинтайр, Бренда и Смоук, Лесли (1983). Влияние прослушивания сказки на непосредственное поведение детей, Журнал генетической психологии: исследования и теория человеческого развития, 143 (1), 9-17, DOI: 10.1080/00221325.1983.10533528
  • Даллос, Э. (2005). Funkciók, intenciók és attributumok (Посвящение Проппу). (пер.: Функции, интенсионалы, атрибуты) Palimpszeszt, 24. Получено с http://magyarirodalom.elte.hu/palimpszeszt/24_szam/02.html
  • .
  • Данилевиц, Дебра (1991). Жили-были….. Значение и важность сказок, Раннее развитие и уход за детьми, 75(1), 87-98, DOI: 10.1080/0300443910750104
  • Дикманн, Х. (1997). Сказки в психотерапии. Журнал аналитической психологии, 42, 253-268.DOI: 10.1111/j.1465-5922.1997.00253.
  • Эпштейн, Л. (1995). Сокровищница еврейских анекдотов. Нортвейл: Джейсон Аронсон.
  • Айзенк, Майкл В. и Кин (1990). Когнитивная психология: пособие для студентов Hove: Taylor & Francis Ltd ISBN: 9780863771545
  • Граф, П., и Шактер, Д.Л. (1985). Имплицитная и эксплицитная память на новые ассоциации у нормальных и страдающих амнезией субъектов. Журнал экспериментальной психологии: обучение, память и познание, 11, 501-518. ДОИ: 10.1037/0278-7393.11.3.501
  • Джон, Б. (2010, 5 февраля). Megbomlott повествование: Egy skizofrén naplója. (пер.: Фрагментированные повествования: Дневник шизофреника) – 32 – 2018, Том 42, № 3 Mindennapi Pszichológia. Получено с http://mipszi.hu/cikk/090925-megbomlott-narrativak
  • .
  • Кондор, А., Папп-Циперновски, О., и Пёрци, З. (2018). Я, СЕБЯ И Я…. Magyar Coachszemle, 1, 47-62.
  • Ласло, Дж. (2008). Нарративная психология. (пер.: Нарративная психология) Pszichológia, 28(4), 301-317.
  • Левин, Элейн С. (1980). Косвенные внушения через персонализированные сказки для лечения детской бессонницы. Американский журнал клинического гипноза. 23, 57-63. DOI: 10.1080/00029157.1980.10404020.
  • Лофтус, Джеффри Р., Нолен-Хоксема, С., и Фредриксон, Б. (2009). Введение Аткинсона и Хилгарда в психологию (15-е издание) Лондон: Cengage Learning EMEA ISBN: 9781844807284
  • МакАдамс, Д. П. (2001). Психология жизненных историй. Обзор общей психологии, 5 (2), 100.дои: 10.1037//1089-2680.5.2.100
  • МакАдамс, Д. П. (2010). Личные рассказы и история жизни, В: Справочник личности. Теория и исследования. Гилфорд Пресс, 3, 248.
  • Мезёфи, В. (2015). Felépüléstörténetek narrativ elemzése: A gyógyulás elményének megjelenése szerhasználók és krónikus betegek élettörténeteiben (магистерская диссертация). (пер.: Нарративный анализ историй выздоровления: опыт исцеления, появляющийся в жизненных историях наркоманов и хронически больных) Этвёш Лоранд Тудоманьегьетем.
  • Руини, К., Масони, Л., Оттолини, Ф., и Феррари, С. (2014). Групповая психотерапия с позитивным повествованием: использование традиционных сказок для улучшения психологического благополучия и роста. Психология благополучия, 4(1), 13. DOI: 10.1186/s13612-013-0013-0
  • Руини, К., и Оттолини, Ф. (2013). Использование повествовательных стратегий, основанных на сказках, в качестве нового интегративного компонента в КПТ: отчет о клиническом случае. ИССЛЕДУЙТЕ: Журнал науки и исцеления, 10 (2), 121-124. doi: 10.1016/j.исследовать.2013.12.003
  • Вачков, И. В. (2016). Сказкотерапия сегодня: определение ее границ и содержания. Procedia — Социальные и поведенческие науки, 233, 382-386. DOI: 10.1016/j.sbspro.2016.10.163
  • Загер, Д. Медин, Д. Смит, Э. (1984) Категории и понятия. Язык 60(1), 176-180 DOI: 10.2307/414206

Взросление с матерью-психопатом — это не сказка

Источник: ratpack223/iStock

Жили-были Маленькая Белоснежка и ее мачеха, королева, которая в более ранней версии сказки на самом деле была биологической матерью Белоснежки.Как же мы были очарованы, когда читали эту захватывающую историю. Мы были поглощены бессердечной, жестокой королевой, которая наполняла нас страхом. На нас никогда полностью не повлияло предательство королевы, потому что мы верили, что будет счастливый конец. Если бы вместо этого мы сосредоточились на ее личности и поведении, мы могли бы мельком увидеть женщину-психопатку.

«Зеркальное отражение» и женщина-психопат

История излагает простые факты. «Она не могла вынести того, что кто-то ее превзошел…» 1 Ей требовалось постоянное подтверждение, и поэтому она все время спрашивала свое зеркало: «Кто на свете всех прекрасней?» 2 Женщины-психопаты часто проецируют подобным образом и ищут «зеркальные» подтверждения от других. 3 Когда зеркало сказало ей: «Госпожа Королева, вы здесь самая прекрасная, а Белоснежка в тысячу раз прекраснее», «королева ужаснулась и пожелтела от злости».* 4

Психопаты — разрушители добра

Королева так завидовала Белоснежке, что пришла в ярость и приказала охотнику убить ребенка и принести ее легкие и печень в доказательство того, что ребенок мертв. Эта крайняя зависть типична для женщин-психопатов. «За завистью стоит ярость по отношению к тому, что идеализировано, но чем нельзя обладать. 5 Ведь королева не могла вернуться в молодость – молодость и красота теперь принадлежали Белоснежке. Чтобы сохранить гордость королевы, Белоснежке пришлось так или иначе исчезнуть. Подобно психопату, королева становится «разрушителем добра, другими словами… зла». 6

Когда охотник нашел Белоснежку, он сжалился, позволив ей сбежать, и принес легкие и печень кабана. Королева приказала дворцовому повару приготовить похлебку из легких и печени с большим количеством соли и перца, чтобы она могла их съесть.Что может быть лучше для кровожадного психопата, чтобы отомстить! Когда зеркало королевы говорит ей, что Белоснежка по-прежнему самая прекрасная, она лично преследует и трижды пытается убить Белоснежку удушением или ядом, и в конечном итоге в каждом случае ей мешают.

Воздействие женщины-психопатки на ее супруга

Где в этой сказке находится отец Белоснежки? В конце концов, он был королем земли, и было достаточно людей, которые знали, что происходит.Как все это ускользнуло от внимания короля? Покинул ли он свою землю, чтобы уйти от властной королевы? Или он был настолько запуган ею, что был доведен до состояния забвения, чтобы сосуществовать с ней? Мы не знаем.

В реальной жизни твоя мать может и не быть королевой, но если у тебя такая ситуация, твой отец может быть как у Белоснежки. В доме, которым управляет женщина-психопат, она должна доминировать и контролировать. Если он хочет остаться с ней в доме, у него нет другого выбора, кроме как смотреть в другую сторону.В результате мать подвергает детей жестокому обращению, в то время как отец остается в стороне, говоря мало или совсем ничего, чтобы пощадить своих детей. Хотя отец Белоснежки — король, власть должна принадлежать его жене. Дети в ее власти, пока он выбирает молчание или отсутствие.

Может ли быть счастливый конец?

Как хорошо я знаю чувства жестокой матери и коварной, хитрой сестры, у которых преобладают психопатические черты. Их поведение не имело границ – каждый был добычей.Глаза моего отца расширились от радости, когда он увидел меня. Но когда моя мать и сестра были рядом, он держался отстраненно и мало говорил. Я знал, что у меня нет союзника с моим отцом, когда они были рядом. Те из нас, кто оказался в ситуации Белоснежки, могут продолжать жить счастливо. Но в случае с Белоснежкой, как же она могла быть счастлива, зная, что ее мачеха настойчиво пытается убить ее, в то время как ее отца нигде не было видно.

Игра с песком/Песочная терапия | Страница моей игровой терапии

Эта замечательная исследовательская работа о тревоге разлуки написана Мартой Нодар.Марта получила подарочный сертификат на номер childtherapytoys.com за свое представление. ( И вы тоже можете! )

Некоторые маленькие дети проявляют признаки беспокойства, когда их разлучают с родителями на любой период времени. Mohacsy (1976) утверждает, что дети проходят через процесс медленного отделения от своей матери или основного опекуна и начинают формировать свое собственное индивидуальное «я», начиная приблизительно с «пяти месяцев» и заканчивая этот процесс «к третьему году жизни» (стр. .501). Perez-Olivas, Stevenson и Hadwin (2008) утверждают, что тревожное расстройство разлуки является одним из наиболее распространенных детских расстройств, особенно у детей младше 12 лет. Как описано в Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам ( DSM-IV-TR , 2000), тревожное расстройство разлуки (SAD) (309.21) относится к всепроникающему и интенсивному чувству тревоги, которое возникает в результате нахождения вдали от дома. знакомый и основной опекун, особенно после третьего дня рождения.

В большинстве случаев привязанным опекуном является мать (Allen, Blatter-Meunier, Ursprung, & Schneider, 2010). Для того чтобы уровень тревожности — в результате разлучения с матерью — можно было отнести к категории расстройств, проявляющиеся симптомы должны соответствовать определенным критериям: чувство тревоги должно быть выше ожидаемого для возраста развития ребенка, и должно привести к значительным академическим, социальным и профессиональным нарушениям ( DSM-IV-TR , 2000).Врачи часто диагностируют у детей, страдающих СТР, когда их поведение начинает мешать их когнитивным, социальным и академическим навыкам. Стоит отметить, что, как правило, дети, у которых диагностировано САР как основное расстройство, попадают в диапазон нормативных когнитивных способностей. Некоторые дети с особыми потребностями могут иметь симптомы, сходные с симптомами СТР, в результате сопутствующей патологии с их основным диагнозом, но САР не является их основным диагнозом. Многочисленные эмпирические исследования выявили высокую корреляцию между развитием САР у ребенка и материнской тревожностью.

Как проявляется САР

Проявления СТР у детей в возрасте до 16 лет могут включать чрезмерную настойчивость в том, чтобы знать, где может находиться лицо, осуществляющее уход; постоянные телефонные звонки, пытаясь связаться с привязанной важной фигурой, и озабоченность мыслями о смерти, несчастных случаях или болезни опекуна и мыслью о том, что они могут никогда больше не увидеть этого человека (Dallaire & Weinraub, 2005). Дети, страдающие САР, также могут беспокоиться о том, какой возможный вред может быть нанесен им в отсутствие их матерей.В зависимости от возраста и развития симптомы САР могут проявляться в виде неспособности детей играть в комнате самостоятельно, избегать посещения друзей, изо всех сил пытаться сосредоточиться на чем-либо еще, видеть кошмары, трудности с засыпанием или сном, проблемы с желудком, такие как тошнота. рвота и учащенное сердцебиение при мысли о том, что они находятся вдали от матерей (Allen et al., 2010). Хотя у многих детей это чувство сильного беспокойства может начать ослабевать после того, как им исполнится три года, у других интенсивность разлуки может сохраняться или даже усиливаться с годами (Dallaire & Weinraub, 2005).Эти чувства могут проявляться по-разному в зависимости от возраста, личности и обстоятельств, заставляющих ученых исследовать, что может быть этиологией СТР.

Этиология САР

Недавние исследования указывают на то, что SAD может быть вызван последовательностью событий, которые могут начаться во время внутриутробного развития. Развитие относится к тем изменениям, которые происходят в сотрудничестве как с наследственностью (природа), так и с окружающей средой (воспитание) (Santrock, 2011). Развитие плода включает в себя изменения, которые могут произойти с плодом в утробе матери, которая считается частью окружающей среды.Материнский стресс во время беременности, такой как беспокойство по поводу ухода за ребенком или сомнения в отношении того, чтобы стать родителем, переживание чувства неадекватности в воспитании детей или опасения по поводу отношений матерей с отцом их детей, — все это факторы окружающей среды. которые могут играть роль в развитии плода (Santrock, 2011). По согласованию с Santrock (2011), Lavallee et al. (2011) подчеркивает, что «по-видимому, материнский стресс влияет на . . . гормональные реакции и приток крови к матке, влияющие на развитие гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси у плода» (с.355).

Ось гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая (ГГН), считающаяся основной частью нейроэндокринной системы, отвечает за выработку гормонов, которые попадают в кровоток (Carlson, 2004). Ось HPA способствует потоку связи и обратной связи между гипоталамусом (структурой в мозге, отвечающей за стимулирующие гормоны) и гипофизом (отвечающим за высвобождение гормонов). Гипоталамус вырабатывает кортикотропин-рилизинг-гормон (CRH) и доставляет его в надпочечники, где он метаболизируется и секретируется в кровоток в виде кортизола, который помогает организму адаптироваться к стрессу (Carlson, 2004).Эти действия происходят согласованно, поскольку преобладающей функцией мозга является самобалансирование.

Избыточное производство кортизола (надпочечниками) из-за стресса препятствует выработке гормонов как гипоталамусом, так и гипофизом. Это означает, что естественные ресурсы организма (гомеостаз) будут сильно нарушены. Другими словами, экстенсивное воздействие стресса может сделать нервную систему человека неадекватно подготовленной к тому, чтобы справляться со стрессом в долгосрочной перспективе (Lavalle et al., 2011). Плод, постоянно подвергающийся чрезмерной секреции гормонов стресса, как описано выше, с большей вероятностью родится с восприимчивой нервной системой. Это то, что называется генетической предрасположенностью, которая начинается еще в утробе матери и на нее влияет собственный уровень беспокойства матери во время беременности (D’Amato et al., 2011; Lavallee et al., 2011). На основании этих данных D’Amato et al. (2011) утверждают, что собственная тревога матери, вероятно, играет важную роль в развитии у ее детей симптомов тревоги разлуки.

Исходя из аналогичной парадигмы, Perez-Olivas et al. (2008) утверждают, что невротизм (личностная черта) может быть опосредующей переменной, лежащей в основе бессознательной (вне сознательной) мотивации матерей усиливать склонность своих детей к тревоге разлуки. Нейротизм проявляется как эмоциональная нестабильность в межличностных отношениях (Perez-Olivas et al., 2008). Чувства стыда, беспокойства, вины, заниженной самооценки обычно сопровождают невротизм. Стремясь найти доказательства своих теорий, Perez-Olivas et al.провела эмпирическое количественное исследование в Великобритании со 129 детьми в возрасте от 6 до 14 лет и их матерями. В то время как Revised Child Anxiety and Depression Scales-Child Version (2000) были инструментом, который эти исследователи использовали с детьми для оценки симптомов депрессии в соответствии с DSM-IV-TR , Образец пятиминутной речи был инструмент, применяемый к матерям для оценки материнской чрезмерной вовлеченности и «самоотверженного/чрезмерно защищающего поведения» (Perez-Olivas, et al., 2008, с. 512). Основываясь на своих выводах, Перес-Оливас пришел к выводу, что матери со склонностью к невротизму также имеют склонность к тревоге — основному компоненту невротизма. Матери с такой склонностью, мотивированные искать облегчение своего беспокойства, склонны чрезмерно опекать своих детей. Чрезмерная защита «была связана с повышенным уровнем детской тревоги разлуки» (Perez-Olivas et al., 2008, стр. 510).

В дополнение к аргументам Perez-Olivas et al. (2008), Mills et al.(2007) предполагают, что чрезмерная родительская защита не является признаком воспитания, а скорее демонстрирует тенденцию к психологическому контролю над детьми, которая, по-видимому, вызвана собственной психологической нестабильностью родителей. Важно различать родительскую озабоченность, находящуюся в пределах нормы, и компенсаторно-дисфункциональное поведение, ориентированное на родителей и пытающееся смягчить родительскую тревожность. Родительская чрезмерная защита заключается в защите родителей от чувства неполноценности, а не в защите детей (Mills et al., 2007). Чрезмерно беспокоясь о безопасности своих детей (выходя за рамки нормы), родители могут пытаться справиться со своим собственным чувством стыда, переключая внимание на своих детей (Mills et al., 2007).

Брэдшоу (1988) определяет этот тип стыда как «токсический стыд» и предполагает, что токсичный стыд может быть основной чертой патологического поведения (стр. 10). Родители, работающие в рамках токсического стыда, скорее всего, будут рассматривать несовершенства своих детей как отражение их самих и в результате могут бессознательно обижаться на них (Mills et al., 2007). Хотя некоторые отцы также могут чрезмерно опекать своих детей, наиболее вероятными родителями с такой тенденцией являются матери. Фрейд (1965), основоположник детского психоанализа, подчеркивает, что «некоторые матери отводят ребенку роль в собственной патологии и относятся к ребенку на этой основе, а не на основе реальных потребностей ребенка» (с. 47). .

Гиперзащита матери

По согласованию с Фрейдом (1965) и Миллсом и соавт. (2007), Леви (1943) утверждают, что чрезмерная родительская защита, скорее всего, является тщетной попыткой защитить родителя от чувства стыда и вины.Рабочее определение материнской чрезмерной защиты, данное Леви, включает в себя чрезмерное взаимодействие матери со своим ребенком до такой степени, что ребенок не может развиваться как независимая личность, при этом пытаясь удержать ребенка в инфантильном состоянии как можно дольше. Леви классифицирует склонность матери к чрезмерной защите своего ребенка как относящуюся к области невроза навязчивых состояний. Термин «невроз навязчивых состояний» впервые использовал Фрейд (1926) в начале своей карьеры. Признавая, что он несколько озадачен этим, Фрейд предполагает, что цель невроза навязчивых состояний состоит в том, чтобы в конечном итоге предотвратить сознательное осознание неприемлемых мыслей, связанных с прошлым, в тщетной попытке избежать или смягчить чувство тревоги.

Совместно с Фрейдом (1926) и изучая собственные истории матерей и семей происхождения, Леви (1943) обнаружил небрежность, отсутствие эмоциональной поддержки и дефицит воспитания в том, как эти матери сами воспитывались. Эти результаты привели Леви к предположению о вероятности воздействия ненадежной привязанности на несколько поколений в семейной системе чрезмерно опекающих матерей. Другими словами, склонность матери к чрезмерной защите своего ребенка могла начаться задолго до того, как мать забеременела своим ребенком.Некоторые исследователи, такие как Даллер и Вайнрауб (2005), утверждают, что «теория привязанности Боулби обеспечивает теоретическую основу для понимания этиологии тревоги разлуки» (стр. 394).

Теория привязанности Боулби (Bowlby, 1969) может пролить свет на влияние нарушенной привязанности на несколько поколений, предложенное Леви (1943) и Даллером и Вайнраубом (2005). Даллер и Вайнрауб утверждают, что тип привязанности (надежная или ненадежная) в паре родитель-ребенок является хорошим показателем того, наблюдается ли присутствие САР в поведении детей.Привязанность относится к эмоциональной связи младенцев с их основными опекунами, которая может иметь тенденцию быть надежной или ненадежной, причем обе динамики существуют в континууме (Bowlby, 1969). Ненадежная привязанность может по большей части включать тревожную, избегающую и амбивалентную привязанность. Ненадежная привязанность проявляется либо в отсутствии, либо в непостоянной эмоциональной доступности для значимых других в жизни большую часть времени (Bowlby, 1969).

Стремясь изучить вероятность того, что у ребенка может развиться САР в результате ненадежно привязанной пары родитель-ребенок, Даллер и Вайнрауб (2005) провели лонгитюдное количественное эмпирическое исследование, пытаясь выделить предикторы САР по Когда ребенку исполнится шесть лет и он будет готов пойти в школу.Деллэр и Вайнрауб набрали 95 участниц разного этнического происхождения и образования, включая только что родивших матерей кавказской, афроамериканской, латиноамериканской и азиатской национальности. Их исследование началось, когда детям исполнился один месяц, а затем продолжалось по обычному графику, пока детям не исполнилось шесть лет. Как следствие, в дополнение к наблюдениям в естественной среде детей и матерей, исследователи использовали процедуру Strange Situation (Ainsworth & Bell, 1970) с матерями.Матери грудных детей заполнили Опросник детского темперамента .   Интервью с детской марионеткой использовалось с детьми, когда им исполнилось шесть лет.

Основываясь на результатах, Dallaire and Weinraub (2005) пришли к выводу, что «ненадежная привязанность младенца к матери в младенчестве предсказывала повышенный уровень тревоги разлуки в возрасте 6 лет» (стр. 403). Кроме того, эти исследователи утверждают, что их выводы «согласуются с литературными данными, связывающими СТР у детей с невосприимчивым уходом за ребенком со стороны основного опекуна (Dallaire & Weinraub, 2005, стр.404). Неотзывчивый уход за детьми означает, что опекуны не в состоянии должным образом и постоянно удовлетворять потребности детей большую часть времени (Bowlby, 1969). Эти данные важны, поскольку большинство детей начинают ходить в школу в возрасте шести лет. Отказ ходить в школу может стать проблемой и, таким образом, может побудить родителей привести ребенка к практикующему врачу для оценки, не зная о своей роли в тревожном расстройстве разлуки у своего ребенка.

Оценка/диагностика СТР

Существует ряд инструментов, используемых для оценки САР, таких как Многомерная шкала тревожности для детей ; скрининг для выявления тревожных расстройств у детей , диагностическое интервью Национального института психического здоровья для детей и молодежи и пересмотренные шкалы детской тревожности и депрессии — детская версия .Эти инструменты представляют собой самоотчеты, данные детям в попытке оценить наличие, степень и интенсивность уровня тревожности несовершеннолетних в результате разлуки с их главным образом привязанными опекунами. Когда дети слишком малы, чтобы отвечать на вопросы анкеты, родителям затем выдают пересмотренных шкал детского беспокойства и депрессии — версия для родителей, чтобы они могли отвечать на вопросы от имени своих детей.

Стремясь лучше понять феноменологическую реакцию детей на разлуку с матерями, Allen et al.(2010) разработали ежедневный дневник беспокойства для детей старше восьми лет под названием Ежедневный дневник тревоги разлуки — детская версия , в котором оценивается, может ли СТР у детей быть вызвана разлукой между родителями и детьми. Чтобы проверить эффективность этого инструмента, Allen et al. (2010) провели эмпирическое количественное исследование с использованием описательных данных 58 европейских детей в возрасте от семи до 14 лет. Аллен и др. стремились внедрить этот инструмент, чтобы компенсировать то, что, по их мнению, является низким уровнем совпадения между самоотчетами детей старшего возраста о разлуке и тревоге и самоотчетами их матерей об их восприятии разлуки своих детей.Фрейд (1965) подчеркивает важность оценки как матери, так и ее ребенка, чтобы распознать «патогенное влияние матери на ребенка» (стр. 46). Аллен и др. на основании своих выводов пришли к выводу, что по большей части соблюдение детьми своих ежедневных дневников было достаточно высоким, чтобы данные были полезны для их гипотезы, которая показывает корреляцию между тревожностью матерей и склонностью их детей к СТР. Как только оценка завершена, следующим шагом обычно является вмешательство.

Лечение

Чтобы лечение СТР было успешным, оно должно включать лечение как основного опекуна, которым чаще всего является мать, так и ее детей. Фрейд (1926) утверждает, что первая линия лечения изменения черт взрослой личности, таких как невротизм, должна включать вмешательство, основанное на психоанализе. Психоанализ — это тип терапии, ориентированной на понимание, основанный на интеллектуальном понимании и эмоциональном принятии. Кроме того, преобладающая повестка дня психоанализа состоит в том, чтобы довести бессознательный материал до сознания, что, как ожидается, вызовет сопротивление у клиентов.Сопротивление особенно ожидается от тех, кто занимается ядовитым стыдом.

Фрейд (1926) утверждает, что «сопротивление предполагает. . . антикатексис» (стр. 83). Это означает, что сопротивление коренится в том, что человек вкладывает свою психическую энергию в корыстные предубеждения, такие как самообман. Самообман является основой защитной системы клиента, которая может быть активирована, чтобы не дать ранним переживаниям достичь сознания (Фрейд, 1926). Родители могут быть заинтересованы в том, чтобы не учить себя той роли, которую они могут играть в САР своих детей.Лечение САР ребенка и склонности родителей к тревоге и самообману также может включать песочную терапию в качестве дополнения к психоаналитическому лечению.

Песочная терапия

Вынужденный найти способ справиться с человеческой склонностью к самообману, Юнг (1954) ввел в свою практику творческие искусства, пытаясь обойти склонность клиентов к саморедактированию своих историй. Форма творчества, которая набирает обороты как у детей, так и у взрослых, — игра с песком.Придуманный юнгианским аналитиком Калфом (1980), игра с песком представляет собой форму игровой терапии с использованием подноса с песком и анализом игры в соответствии с теориями Юнга (1954). Играть с песком можно со взрослыми и детьми от шести лет и старше. Игра с песком носит недирективный, интуитивный, метафорический характер и фокусируется на внутренних процессах игрока в песке, которые, как считается, происходят в песке (Bradway & McCoard, 1997).

Песочная терапия включает в себя песочницу, создающую сцену на песке и имеющую возможность выразить свои чувства по поводу этой сцены.В зависимости от используемых миниатюр, расположения фигурок и невербальной коммуникации песочника консультант может начать строить предположения относительно того, что может происходить во внутреннем мире песочника. Брэдвей и МакКоард (1997) утверждают, что весь поднос представляет собой бессознательное игрока в песке. Сам песок представляет собой убежище и облегчает процесс (Bradway & McCoard, 1997). Bradway и McCoard (1997) утверждают, что дети, особенно мальчики в возрасте от шести до восьми лет, склонны использовать животных, особенно доисторических животных, таких как динозавры, в своих лотках.Клепка метафорами, например, крокодил, помещенный в непосредственной близости от другой, более нежной миниатюры, изображающей ребенка, может символизировать восприятие ребенком пожирающей матери (Chevalier & Gheerbrant, 1969). Любые изображенные башни на песке могут символизировать гнев (Bradway & McCoard, 1997). Стоит отметить, что хотя Sandplay и Sandtray могут использоваться взаимозаменяемо, между ними есть важные различия. Sandplay был разработан Калффом (1971), а Sandtray — Ловенфельдом (1939).Игра с песком основана на теориях Юнгиана. Sandtray можно использовать с подходом Юнга, а также гуманистическим, когнитивно-поведенческим подходами или эклектической интеграцией.

Обсуждение

Эмпирические данные, представленные здесь, указывают на представление о том, что матери, которые проявляют чрезмерную опеку, могут чувствовать себя неадекватными по своим собственным причинам, восходящим к их собственному детству в семье их происхождения. Вмешательство дает родителям возможность сознательно признать свои ранние раны и начать залечивать их.Выводы, представленные в этой статье, имеют значение для консультантов по вопросам брака и семьи. На этих консультантов возложена обязанность копнуть глубже в диаду родитель-ребенок, а не просто принять то, что они могут найти на поверхности — присутствующая проблема может быть маскировкой реальной проблемы в семье.

Каталожные номера:

Эйнсворт, М., и Белл, С. (1970). Привязанность, исследование и разделение: проиллюстрировано поведением годовалых детей в странной ситуации. Развитие ребенка , 41 , 49-67.

Аллен, Дж., Блаттер-Менье, Дж., Урспрунг, А., Шнайдер, С. (2010). Ежедневный дневник тревоги разлуки: Детская версия: Осуществимость и психометрические свойства. Детская психиатрия и развитие человека , 41 (6), 649-662.

Американская психиатрическая ассоциация (2000). Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам, 4 -е издание , редакция текста. Вашингтон, округ Колумбия: American Psychiatric Press, 121–124.

Боулби, Дж.(1969). Привязанность и потеря . Том. 1: Приложение (2 -е изд. ). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Основные книги.

Брэдшоу, Дж. (1988). Исцеление сковывающего вас стыда . Дирфилд-Бич, Флорида: Медицинские коммуникации.

Брэдуэй, К., и МакКоард, Б. (1997). Игра с песком – безмолвная мастерская психики . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Ратледж.

Карлсон, Н. (2004). Физиология поведения (8 -е изд.). Бостон, Массачусетс: Pearson Education.

Шевалье, Дж., и Геербрант, А. (1969). Словарь символов . Бьюкенен-Браун, Дж. (пер.) (1994). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Penguin Books.

Д’Амато Ф., Зенеттини К., Лампис В., Коккурелло Р., Паскусси Т., Вентура Р., Пульизи-Аллегра С., Спатола К., Пезенти-Гритти П. ., Одди, Д., Молес, А., и Батталья, М. (2011). Нестабильная материнская среда, тревога разлуки и повышенная чувствительность к СО2. Вызваны взаимодействием генов и окружающей среды. PLoS One , 6 (4), 1-11.

Даллер, Д. Х., и Вайнрауб, М. (2005). Прогнозирование тревоги разлуки у детей в возрасте 6 лет: вклад безопасности привязанности младенца к матери, материнской чувствительности и материнской тревоги разлуки. Привязанность и развитие человека , 7 (4), 393-408.

Фрейд, А. (1965). Нормальность и патология в детском возрасте: оценка развития . Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Издательство международных университетов.

Фрейд, С. (1926). Торможение, симптомы и тревога . Стрейчи, Дж. (Ред.) (1959). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: В.В. Нортон и Ко

Хомейер, Л., и Суини, Д. (2011). Песочная терапия: Практическое руководство (2 и изд.). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Rutledge

.

Юнг, К. (1954). Архетипы и коллективное бессознательное . Халл, Р.Ф. (пер.) (1976). Нью-Йорк, штат Нью-Йорк: Penguin Books.

Сказкотерапия как метод психологической коррекции детей и взрослых

Сказки — детство каждого из нас прошло в их сладком плену.Удивительно простые, но в то же время поучительные истории захватывали дух, погружая в мир драконов, дятлов, домовых, прекрасных принцесс и злых ведьм. Так ли просты эти простые истории, как кажется на первый взгляд? Это просто средство развлечения или универсальная образовательная программа, помогающая детям освоиться в этом непростом мире?

Сказки в старину

Раньше, когда еще не были придуманы умные слова вроде психиатрии и психотерапии, сказки передавались из уст в уста, погружая слушателя в мир удивительных историй, интересных и взрослым, и детям.Через сказки новое поколение постигало нравственные нормы того времени, знакомилось с различными ситуациями, которые могли встретиться с ними в дальнейшей жизни. Это был своего рода обмен жизненным опытом, повышающий шансы детей выжить, столкнувшихся с трудностями взрослой жизни.

Сегодня принято считать, что сказки — чисто детское увлечение, но многие старые сказки, дошедшие до наших дней, не имеют абсолютно никакого детского содержания. Даже такой мастер написания сказок, как Ганс Христиан Андерсен, некоторые свои шедевры создавал для взрослой аудитории.Это говорит о том, что издавна люди использовали сказки не только для детского развлечения, но и в каких-то других целях.

Сказкотерапия

Сказкотерапия как метод психологической коррекции — одно из новшеств современной психологии. Этот метод получил широкое распространение в последнее время, но корни его уходят к основоположникам этой науки. Среди ученых, занимавшихся толкованием и анализом сказок, были такие знатоки человеческой души, как Юнг и Фрейд.Сказки интересовали корифеев науки не просто так. Считалось, что в них заключены все основные психотипы, а события, рассмотренные в этих поучительных рассказах, могли помочь найти выход из подобной жизненной ситуации.

Но сознательно использовать сказки для решения внутренних конфликтов стали только в наши дни. Сказкотерапия как метод психологической коррекции детей показала свою невероятную эффективность. Оказывается, это делали наши предки, просто не придумали для этого процесса отдельного термина.Сказкотерапия позволяет погрузить человека в сказочный мир, где он сможет на примере героев истории осознать собственные проблемы, увидеть себя под другим углом.

Сказкотерапия для детей

Если ребенок ведет себя плохо: капризничает, не слушается родителей или даже проявляет агрессию, то общепринятые методы воспитания могут быть бессильны. Можно принудить ребенка к послушанию, но это наложит негативный отпечаток на его психику.Простые просьбы и попытки объяснить, почему надо делать так, а не иначе, дети часто игнорируют. Но сказка может заинтересовать ребенка. Интересная история способна полностью захватить внимание непослушного ребенка, окунув его в сказочный мир, в котором он испытает все то, что переживают герои, прочувствует их эмоции и даже отождествится с ними. Тогда становится понятно, насколько сильна сказкотерапия как метод психологической коррекции.

Эффекты сказкотерапии

Банальное рассказывание историй может сильно повлиять на формирование личности человека.Вы можете выбрать одну из множества готовых историй, подходящих для той или иной ситуации, а можете придумать свою, чтобы она наиболее полно подходила под задачу. Например, если ваш ребенок обижает других детей, можно придумать сказку, главный герой которой поступает так же. Это приведет его к сложным ситуациям, создаст массу проблем, которые решатся после того, как герой изменится в лучшую сторону.

Также сказкотерапия как метод психологической коррекции для детей может избавить вашего ребенка от навязчивых страхов, помочь пережить сложный жизненный период.Еще один плюс этого метода – развитие творческих способностей ребенка, формирование более широкого взгляда на жизнь. Сказка поможет принять несправедливость и жестокость мира, подготовит к взрослой жизни. Чем больше сказок узнает малыш, тем богаче будет его «банк» жизненных историй, к которым он бессознательно будет обращаться в дальнейшей жизни.

Учим ребенка

Психотерапия с помощью сказки не только учит малыша различать добро и зло, но и позволяет родителям лучше понять его внутренний мир.Поэтому сказкотерапия как метод психологической коррекции дошкольников получила такое широкое распространение. Те предметы, которые больше всего нравятся ребенку, являются отражением его собственных фантазий и целей. Изучив любимые рассказы вашего ребенка, вы сможете понять, что его беспокоит, к чему он стремится.

Кроме того, необходимо обязательно обсудить сюжет сказки, вместе искать решения описанных в ней проблем. Это сделает знания, полученные ребенком, более практичными.В противном случае они будут находиться в пассивной форме, от чего их будет гораздо сложнее использовать в нужный момент. Также, обсуждая детские сказки, можно подтолкнуть в нужном направлении, сформировать положительные черты характера и избавиться от отрицательных.

Сказкотерапия как метод психологической коррекции взрослых

Взрослые, как и дети, могут извлечь огромную пользу из сказок. К сожалению, сегодня это занятие признано чисто детским, что является совершенно неправильным подходом, так как многие проблемы, возникающие у взрослых членов нашего общества, замечательно решаются с помощью сказкотерапии.Истории, которые рассказывают старшей аудитории, отличаются от тех, что читают детям. Сказки для взрослых содержат более глубокий смысл, в них используется больше метафор, они более размыты. Чтобы докопаться до их сути, нужно провести тщательный анализ ситуации, после чего отдельные элементы сложатся в целостную картину.

Взрослые люди часто действуют по одним и тем же жизненно важным алгоритмам, даже если они не работают. С помощью сказкотерапии вы сможете расширить свой взгляд на мир, помочь найти новые пути решения проблем.На примере главного героя сказки человек может осознать, что всю жизнь играл чужую роль, действовал по деструктивной схеме. Только осознав этот факт, он сможет изменить свои установки, найти выход из, казалось бы, безвыходной ситуации.

Как применять сказкотерапию

Сегодня лечение сказкой применяется повсеместно — проводится множество групповых и индивидуальных занятий для всех возрастных категорий. Обычно они стоят недорого, но такой вариант подойдет не всем.Некоторые люди хотят использовать свою собственную сказкотерапию, чтобы помочь своему ребенку или себе. Есть несколько вариантов использования этой техники. Вы можете взять готовую сказку, которая подходит под необходимую жизненную ситуацию. Главное не забыть, что после прочтения нужно разобрать и обсудить.

Не случайно сказкотерапия как метод психологической работы с детьми и взрослыми приобрела такую ​​популярность. Одним из наиболее эффективных его проявлений является написание авторской истории для конкретного человека.В этом случае по мере развития истории люди начинают реализовывать себя в главном герое, что помогает им принять свои слабости и измениться. Главное, чтобы сказка не осуждала действия героя, а рассматривала его проблемы, не давая отрицательной оценки его поступкам.

Самодиагностика

Еще один способ использования сказкотерапии – написать человеку собственную сказку. Главное, перед тем, как приступить к этому процессу, нужно успокоиться, осознать и принять проблему.Благотворный эффект от лечения сказкой начнет ощущаться еще во время написания рассказа. Так как это выявит скрытые недостатки автора, позволит взглянуть на себя с другой стороны. Но чтобы сказкотерапия как метод психологической коррекции раскрыла весь свой потенциал, необходимо, чтобы сказку прочитал кто-то другой.

Читая волшебный рассказ, можно понять внутренний мир автора, узнать, что его беспокоит и каков его склад ума.Обычно то, что волнует человека, будет основной идеей сказки. А кульминация, которую он придумал, позволит нам оценить его жизненный опыт, понять, был он положительным или отрицательным. Многим людям близка сказкотерапия как лучший метод психологической коррекции, ведь все это можно делать без труда, не пуская посторонних в свой внутренний мир.

Польза лечения сказкой

Сказкотерапия выглядит ненаучным и ненадежным методом.Как глупая сказка может помочь нам в век технического прогресса? Оказывается, этот метод намного эффективнее большинства научных исследований современности. Погрузившись в дебри строгого рационализма, мы потеряли связь с тем огромным пластом знаний, который человечество накопило за свою историю. Рационализм и научный подход были возведены в абсолют, а все старое стало считаться заблуждением невежественных людей. Сейчас старые методы обретают новый смысл, они научно подтверждаются и подхватываются учеными всего мира.Сказкотерапия как метод психологической коррекции оказалась наследием древности, превосходя по эффективности многие современные средства.

Учитывая, что лечение сказкой начали практиковать относительно недавно, его результаты просто ошеломляют. Даже самые непослушные дети могут легко понять и принять то, что хотят донести до них родители, если эту информацию облечь в «волшебную» обертку. Для некоторых взрослых сказкотерапия была средством, которое помогало там, где традиционные методы были бессильны.

Сказкотерапия как метод психологической коррекции. Примеры

На практике обработка сказки обычно выглядит так. Например, ваш ребенок часто без спроса берет чужие вещи, лишает игрушек сверстников. Никакие уговоры и объяснения не помогают — он по-прежнему продолжает свою негативную работу. В таком случае можно рассказать ему сказку, главный герой которой постоянно без спроса брал чужие вещи, и это приводило к его серьезным неприятностям.Выход из сложной ситуации был найден только после того, как он изменился. Важно, чтобы малыш понял, что счастливый конец наступил только после того, как герой сказки избавился от своей вредной привычки.