Разное

Школьные проблемы: Школьные проблемы — ШколаЖизни.ру

Содержание

Проблемы системы школьного образования — основные проблемы современных российских школ

Проблема 1. Отсутствие профильного обучения

Первая проблема современного образования — большинство образовательных программ предполагает равное изучение гуманитарных, точных и естественных наук. Интересы и склонности конкретного ребёнка не учитываются. Каждый предметник считает свою дисциплину главной и старается загрузить учеников по максимуму.

Возможность выбрать какой-либо профиль обычно есть только у старшеклассников, и то не во всех школах. Дети тратят время на ненавистные и ненужные предметы — это существенный недостаток современного школьного образования.

Семейная форма обучения позволяет сфокусироваться на профильных дисциплинах. Например, ученица «Фоксфорда» Есения Прокопьева занимается академическим вокалом и хочет связать жизнь с искусством, поэтому больше внимания уделяет гуманитарному профилю.

Читать целиком интервью с Есенией Прокопьевой →

«В обычной школе приходилось тратить большую часть дня на предметы, которые мне не пригодятся, — физику, химию, информатику.

Онлайн-школа позволяет заниматься любимым делом. В “Фоксфорде” я могу сосредоточиться на дисциплинах, которые мне необходимы, — это русский язык, литература, история и английский язык. Ненужные предметы изучаю по минимуму, лишь для аттестации».

Проблема 2. Гонка за показателями

У каждой школы свой рейтинг. Чем он выше, тем у образовательной организации больше преференций. Рейтинг складывается из многих показателей, в частности «среднего балла» учащихся и результатов ЕГЭ. Из этого вытекает следующая проблема общеобразовательных школ.

Зачастую оценки не коррелируют с реальными знаниями. Более того, у многих школьников отметки порождают комплексы и становятся причиной для буллинга и других проблем обучения в школе. Вот что говорит о пятибалльной системе ученица 8 класса «Фоксфорда» Софья Голова.

Читать целиком интервью с Софьей Головой →

«В обычной школе о тебе судят по оценкам. С двоечником никто не хочет общаться. В четвёртом классе у нас была отличница. Всякий раз, когда меня вызывали к доске, и я получала “четыре” или “три”, я думала, что опозорилась, потому что училась хуже неё. Я бы отменила оценки — они только настроение портят и нас портят. Без оценок если задание не даётся сразу, думаешь “Ну буду стараться лучше”, а с оценкой — “Всё, я тупой!”».

<<Форма с консультацией>>

Проблема 3. Бюрократия

Формализм пронизывает все сферы школьной жизни — от ведения электронных журналов до пресловутых «четыре клетки вниз две вправо». Ребёнка с первого класса приучают к правилу «Без бумажки ты букашка» и заставляют соблюдать десятки никому не нужных правил, порождая все новые проблемы в области образования.

Наталья Фукс перевела дочь на семейное обучение, чтобы избавить её от давления системы школьного образования. Обучение в онлайн-школе «Фоксфорда» стало для них путешествием на машине времени.

‍Читать целиком интервью с Натальей и Лией Фукс →

«Качество образования гораздо выше по сравнению с обычной школой. Лии сейчас явно не хватает школьных знаний, приходится догугливать. Причём замечу, что училась Лийка всегда хорошо. Это именно разница в глубине материала. Безумно нравятся преподаватели. Молодые (в основном), весёлые, позитивные, увлечённые, а не измотанные люди! КПД семейного обучения отличается от школьного в десятки раз. Ни одной минуты не тратится на ерунду вроде “Куда сел?!”, “Перестань болтать!”, “А голову ты дома не забыл?”, “Где журнал?”. Никаких снижений оценок за почерк, зачёркивания, клеточки и отступы».  

Проблема 4. Разный уровень подготовки учеников

Одни родители сами готовят детей к школе, другие полагают, что это зона ответственности педагогов. Одни дети в три года читают и считают, другие в семь едва складывают слоги и цифры. А потом 30–40 абсолютно разных ребят собираются в одном классе.

Неудивительно, что появляются лидеры и отстающие, и это тоже своего рода проблема современной школы. Классическая школьная система, в отличие от домашней школы, не учитывает интересы ни тех ни других. Быстро схватывающие материал ребята скучают на уроках, а те, кому нужен особый подход, находятся в постоянном стрессе.

Оба ребёнка Ксении Ярыш перешли в «Домашнюю школу Фоксфорда», потому что в государственном лицее не учитывали их индивидуальные особенности — такая проблема обучения есть и в обычных школах, и в гимназиях и лицеях.

Читать целиком интервью с Ксенией Ярыш →

«У сына всё пошло не так с первого дня. Что называется, не вписался. Возник конфликт с преподавателем по математике: Саше было трудно решать задачи в быстром темпе и давящей атмосфере (дома он с ними справлялся легко и быстро). В конце третьей четверти сын вовсе отказался решать математику, так как учительница сказала, что у него всё равно ничего не получится».

Проблема 5. Низкая эффективность занятий

Классический школьный урок длится 45 минут. Из них 10–15 уходит на организационные вопросы (все ли на месте, кто дежурный и так далее), ещё 10–15 на проверку и разъяснение домашнего задания. На подачу нового материала остаётся 15–20 минут, при условии, что класс спокойный и никто из учеников не саботирует.

Такой режим негативно сказывается на качестве школьного образования.

Елена Янышина перешла в «Домашнюю школу Фоксфорда» потому, что каждый урок в её прежней школе походил на зоопарк. Дети стояли на ушах, а учителя вместо того, чтобы объяснять материал, пытались их успокоить. Получать знания в такой обстановке стало проблемой, и Лена решила попробовать онлайн-школу.

Читать целиком интервью с Еленой Янышиной →

«В “Фоксфорде” я чувствую себя более ответственной. Сама встаю утром, сама сажусь за уроки, сама делаю ДЗ или читаю учебник. Никто тебя не заставляет: либо учишься, либо нет — это твой выбор».

Проблема 6. Большие домашние задания

Всё, что не успели пройти на уроке, переходит в работу на дом.

По СанПину на выполнение домашних заданий в младшей школе должно уходить 1,5-2 часа, в 6 классе — 2,5, в 9-м — 3,5 часа. Реальные цифры гораздо больше. Домашняя работа зачастую настолько объёмна, что за уроками приходится засиживаться допоздна. Особенно если ребёнок несамостоятелен и ждёт, когда мама с папой придут с работы и помогут с заданиями.

Эта актуальная проблема современного образования беспокоит многих родителей. 

Семейное образование приучает детей к самостоятельности. Особенно быстро учатся распоряжаться своим временем экстерны. Ученик «Фоксфорда» Василий Полторацкий в этом году заканчивает 11 класс, хотя по возрасту должен быть только в 8-м.

Читать целиком интервью с Василием Полторацким →

«За год экстерната я полностью освоился в самообразовании и начал получать удовольствие от обучения дома. Долой подъёмы в шесть утра и часовые поездки в метро с двумя пересадками! Главное преимущество экстерната в гибком графике. Если сегодня сделал мало, завтра наверстаешь».

Проблема 7. Плохая подготовка молодых учителей

Слабая заинтересованность в результатах обучения проявляется как у молодых, так и у опытных педагогов. Это общая проблема современной системы школьного образования в России.

Первым чтобы получать достойную зарплату, приходится брать больше часов, классное руководство и репетиторство. Качество обучения при этом оставляет желать лучшего. Учителям некогда готовиться к урокам, большая нагрузка неизбежно приводит к физическому и эмоциональному выгоранию.

Очень точно об этой проблеме в системе образования высказалась мама выпускницы «Домашней школы Фоксфорда» Ирина Фомичёва. К слову, сама в прошлом педагог.

‍Читать целиком интервью с Ириной Фомичёвой →

«В школе много случайных людей. Сначала они случайно оказываются в педагогическом институте (он часто становится запасным аэродромом для не добравших баллы в топ-вузы), потом также случайно начинают преподавать.

Учитель — это призвание. Но его труд должен оплачиваться достойно. Иначе огонь в глазах быстро погаснет. Молодые педагоги тонут в отчётах и методичках. Канцелярщина и рутина убивают интерес к предмету, не оставляют времени для саморазвития. Добавьте к этому отсутствие материальных стимулов, и вы поймёте, почему на типичных школьных уроках скучно так, что зубы сводит».

Проблема 8. Устаревшие методы работы

Педагоги в возрасте зачастую не могут приспособиться к электронному документообороту, а главное — они не понимают ценностей поколения Z.

Поэтому ходят на работу, лишь бы «доработать до пенсии», и порой открыто демонстрируют свою неудовлетворённость жизнью. А ведь таких учителей большинство, и их подход, безусловно, является недостатком современного образования.

В семье ученика «Домашней школы Фоксфорда» Тимофея Кожина решение о переходе на семейное обучение созрело внезапно. Мама опасалась, что сыну отобьют охоту учиться.

Читать целиком интервью Дарьи Горбачевой →

«Несмотря на гордое звание лицея, Тим часто сталкивался с враждебным отношением преподавателей. Сыну не нравился формальный подход к объяснению материала, а учителям — его стремление изучить темы глубоко, забегать вперёд. И мы ушли».

Проблема 9. Отсутствие подготовки к ОГЭ и ЕГЭ

Подготовка к основному и единому государственным экзаменам идёт вразрез с повседневной учебной деятельностью школ. ОГЭ и ЕГЭ — форматные экзамены. Недостаточно разбираться в предмете, от учеников требуются довольно специфические умения: правильно интерпретировать задания, писать ответы в строгом соответствии с критериями оценивания, грамотно заполнять бланки.

Основная проблема обучения в школе состоит в том, что на уроках этому не учат — приходится нанимать репетиторов или посещать подготовительные курсы.

В «Домашней школе Фоксфорда» подготовка к ОГЭ и ЕГЭ является частью индивидуальной программы учеников. Например, девятиклассник Вячеслав Костюшко вносит занятия по подготовке к ОГЭ в свой ежедневный план и постепенно просматривает.

‍Читать целиком интервью с Вячеславом Костюшко →

«Главное — не бояться и быть честным с собой при подготовке. ОГЭ — это не монстр, а обычная контрольная, только в особом формате. Если посещал занятия и не читерил, всё будет хорошо».

Проблема 10. Внеурочная нагрузка

Современная общеобразовательная школа не выполняет воспитательной функции — только образовательную, но в обязательном порядке должна организовывать внеурочную деятельность обучающихся.  

Добровольно-принудительное посещение дополнительных занятий, классных часов, чаепитий и концертов не нравится большинству детей и родителей. Особенно когда у ребёнка есть свои кружки и секции по интересам. И для многих учеников эта проблема в образовании является актуальной.

Дети на семейном обучении отнюдь не страдают от отсутствия социализации. Напротив, свободного времени становится больше. Так, ученик «Домашней школы Фоксфорда» Степан Павловских с трёх лет занимался хореографией, тхэквондо и художкой. А когда пошёл в школу, про кружки пришлось практически забыть — не хватало времени.

‍Читать целиком интервью со Степаном Павловских →

«В “Домашней школе Фоксфорда” действительно хорошее расписание. Занятия начинаются в 10:00 или 11:00, в четверг и воскресенье полностью свободные дни, а в субботу всего один урок. Это позволило мне вернуться в художку, а также записаться на самбо и в бассейн. В планах ещё заняться каллиграфией и скорочтением».                                                                 

                                                                                       _________

Традиционная школьная система имеется массу проблем и недостатков и нуждается в реформировании. Это факт. Недаром разработан новый национальный проект «Образование», который планируется реализовать к 2024 году.

Избавиться от недостатков массовой школы можно уже сейчас. Закажите обратный звонок или заполните форму бесплатной консультации — специалист «Фоксфорда» свяжется с вами и проконсультирует по вопросам семейного и дистанционного обучения.

9 типичных проблем детей в старшей школе

Взрослые люди за партой: поиск профессии, обесценивание родительских достижений, любовь и наркотики. «Правмир» продолжает разговор с психологом Екатериной Бурмистровой о проблемах детей разного школьного возраста. Разбираем проблемы старших – тех, кому 15-17 лет.

– В чем основная проблема старших школьников?

– Хочу, начиная заключительную часть нашего разговора, подчеркнуть, что речь в наших статьях идет, конечно, о детях, которые учатся в крупных городах, и об их проблемах, потому что в сельских школах другая специфика. И если в младшей школе все более или менее одинаково, то дальше накапливаются расхождения, и они уже видны в средней школе, и особенно заметны в старшей.

Первая и самая большая беда учащихся старших классов – это фактическое отсутствие профориентации. Системы профориентации, которая худо-бедно была в Советском Союзе, больше не существует, но даже если бы она существовала, то никуда бы не годилась, потому что все очень сильно изменилось.

Сегодня человек, оканчивающий школу, абсолютно не представляет, как выглядит хотя бы какая-нибудь профессия.

В последние пару-тройку лет в частном психологическом и в коучинговом секторе в больших городах это поняли и пытаются удовлетворить существующий запрос, но это психологическое профориентирование, конечно, очень относительное.

Я не поддерживаю идею профориентирования по опросникам, хотя она самая популярная в этих секторах, но, возможно, для некоторых это лучше, чем ничего. Мы ждем, что этим будет заниматься семья, но многие семьи либо заменяют выбор ребенка собственным выбором, либо предлагают помощь, но не помогают, не проясняют ребенку его собственные профессиональные предпочтения.

Из-за того, что, как мы говорили в прошлый раз, очень большая инфантилизация, ребенок сейчас несамостоятельный, он до старшей школы сам не перемещается, не принимает решения по своей программе дополнительных занятий, если они есть.

Кроме того, есть проблема виртуализации.

У старшеклассников нет простроенной внешней профориентации, и дети теперь ориентируются в основном на блогеров. Это, конечно, ужасно, это такая новая штука, появившаяся 5-6 лет назад, но главные профориентаторы сегодня – это уже не медийные звезды, а блогеры.

Взрослые, как правило, это не смотрят, потому что это сложно смотреть, видеоблоги рассчитаны на подростков. И решение о профориентации у ребенка складывается стихийно, под влиянием таких блогов.

И поскольку у нас нет ориентации на выбор профессии, на ее смысл, на то, чтобы профессия была полезна стране, у старшеклассников при выборе часто возникает ориентация на заработок: «Не важно, кем я буду работать, важно то, сколько я буду зарабатывать». А это поколение не готово зарабатывать мало – они в принципе не рассматривают профессии, где заработок сразу не миллион.

– Что семье делать в этой ситуации?

– Нужно знакомить с максимально возможным количеством разных профессий через людей, любящих свое дело, включенных в него, чтобы дети знали не только о существовании дизайнеров, менеджеров и финансистов. Сейчас на рынок труда мощно выходят профессии, подкармливаемые государством, и все больше людей выбирают государственное управление – это сейчас одна из самых востребованных специальностей, многие идут в школу ФСБ, я это прямо вижу. Это такой социальный лифт, который настраивается все лучше и который реально работает, и дети на него клюют, особенно те, кто хочет перебраться в Москву и кому очень интересны стипендии и гарантированные общежития, и впоследствии – возможность ипотеки на льготных условиях.

В больших городах как-то стараются решить проблему профориентации – устраивают фестивали профессий, дни открытых дверей в вузах, прочие мероприятия перед поступлением, но это очень узкий слой занятий, и гигантский круг профессий просто выпадает из поля зрения ребенка, поэтому его выбор очень сужен. Очень часто дети совершают незрелый выбор и идут в вуз вместе с другом, идут в институт, потому что он расположен близко к дому, потому что это престижно…

Екатерина Бурмистрова. Фото: Facebook

– Что с этими детьми происходит дальше?

– Кризис профориентации в старших классах закладывает институтский кризис, потому что на 1-2-м курсе у вчерашних школьников происходит приземление. Тут еще сыграл свою роль ЕГЭ: когда мы поступали, мы готовились в конкретный институт, шли именно в него, и у нас не было большого выбора, а они сдают ЕГЭ и расслабленно выбирают институт.

И когда дети поступили, начинаются проблемы с выбором. Часто студент на середине первого курса, на втором курсе понимает, что он не там, что ему это вообще не интересно, что нет никаких перспектив с работой по этой специальности, и начинает думать, куда идти дальше. Поэтому очень важно, чтобы в старших классах ребенок видел мир не через экран компьютера, смартфона и телевизора, чтобы он путешествовал, видел профессии, людей, не был замкнут, чтобы он максимально познакомился со страной, с регионом, культурой, со спортом, потому что у многих школа и интернет создают ограниченный ареал обитания.

 

– Есть ли еще сложности, связанные с отсутствием профориентации?

– Отсутствие у детей опыта ответственной работы. В Советском Союзе в 9-10-м классе нужно было сколько-то отработать на учебно-производственном комбинате. Для многих это было очень важным шагом. Отсутствие опыта заработка не позволяет ценить деньги, а материальное расслоение создает эффект перевернутого бинокля, и заработки в семье кажутся маленькими.

От этого есть хорошее лекарство: организовать ребенку возможность заработать первые деньги, чтобы этот заработок был совместим с учебой. Это здорово ставит мозги на место – и в плане отношения к родителям, и отношения к профессии, и ценности того, что ребенок имеет в семье.

Естественно, это должно подстраховываться родителями, естественно, это должно быть не абы куда, не на полную рабочую неделю, но это избавит ребенка от многих вещей, связанных с отсутствием профориентации и возрастным неуважением родителей.

 

Проблема, характерная не для всех, но для тех, кто ориентирован на лучшее из возможного образования и пытается поступать в гимназии, колледжи и лицеи: раннее профилирование. Это когда ребенок выбирает профиль в 7-8-м классе, если есть возможность выбора, или уходит в специализированный колледж.

Часто этот выбор тоже делают родители на основе представлений о престижности. И, соответственно, в такой школе профильные предметы сильные, а все непрофильные оказываются слабыми. И поэтому если к 11-му классу человек понимает, что он хочет поменять профиль, то ему очень сложно нормально сдать те предметы, которые он не изучал углубленно, но если даже этого не происходит, то страдает широта образования.

Почти все более или менее сильные школы предлагают профилирование, за редчайшим исключением – кроме, может, одной-двух-трех школ России. Поэтому ребенку предлагается либо более высокий уровень профилирования, либо средний, либо профильное заведение, типа техникума или колледжа, где обучают конкретной специальности.

– То есть лучше отказаться от идеи идти специализироваться по определенному профилю?

– Мне кажется, что выбирать это нужно тогда, когда у человека уже сформировались предпочтения, либо выбирать такой профиль, который не помешает всему остальному, типа математического, чтобы он не загрузил человека настолько, что на все остальное у него не останется ни времени, ни сил, и бороться с тем, что человек делает то, что по профилю.

Подростки ведь черно-белые, они говорят: «Если я математик, то я не буду смотреть спектакли», «Если я филолог, то мне не нужно уметь считать и логически думать», «Зачем мне знать основы физики, мне это вообще не надо». И задача родителей – спасти ребенка от такого сужения выбора.

 

Еще одна проблема старшей школы – когда человеку вообще ничего не интересно. У него может все хорошо получаться, по всем предметам 4-5, но при этом нет выраженного поля интереса ни к чему.

– Почему это происходит?

– Это может быть следствием разных причин – как несамостоятельности, так и перегруженности на предыдущих ступенях. Другой вариант – ребенок от всего отказывается, либо прогуливает школу, либо присутствует, но ничего не делает, он протестует против требований родителей – например, говорит, что не пойдет учиться дальше, а пойдет работать.

Такое бывает, когда родители потеряли управление, а у ребенка яркое взросление. Конечно, надо следить, чтобы не было каких-то совсем экстремальных вариантов, бывает, что все это происходит резко, а потом к 11-му классу они успевают очнуться и чего-то захотеть. И чем больше вы вступаете в конфронтацию, тем больше удлиняется период конфликта, так что этого делать не надо.

– Как быть – оставаться в стороне?

– Настолько, насколько это не опасно для жизни и здоровья ребенка и других членов семьи.

 

– Есть ли проблемы, которые продолжаются со средней школы?

– Мы уже говорили в прошлый раз о зависимостях, и к старшей школе они могут либо развиться, и ребенок продолжает быть очень-очень зависимым, либо он уже это увидел и начал с этим бороться.

Вопрос в том, как все повернется с виртуальностью – начнет ли ребенок понимать, что это действительно штука, которая отнимает у него все время, и выходить к реальным людям, в реальные события, в реальные отношения, или он будет погружаться в это все больше, это вопрос индивидуальный.

Это может стать пройденной точкой, ребенок скажет: «Мама, положи телефон и поговори со мной, я знаю, у тебя зависимость, у меня у самого зависимость», либо, наоборот, он туда углубился и будет проводить все время в Инстаграме, ВКонтакте или в какой-то онлайн-игре. Это тот возраст, когда уже никто не сможет контролировать его интернет, это битва, которую родители проиграли.

Ребенок должен к старшей школе уже начать контролировать время, которое он проводит в интернете, самостоятельно, начать отвечать за время, когда он ложится и встает, за то, что он ест.

Повышается риск наркотиков и психоактивных веществ. Этот риск в разы выше, чем в нашей юности. Мы часто просто недооцениваем доступность и легкость доставания наркотических веществ даже за небольшие деньги.

Так или иначе соприкоснется с этим каждый: кто-то с прямым предложением, кто-то с тем, что это употребляют друзья. И тут вопрос: сможет ли ребенок сказать «нет» или он пойдет на поводу у компании и попробует это вещество.

Если попробует, он не обязательно станет наркоманом, это вопрос иммунитета, который должен выращиваться со средней, может, даже с начальной школы, и мне кажется, что формирование позиции по отношению к наркотикам и СПИДу – это так же важно, как и профессиональная ориентация.

 

Мы в прошлый раз говорили о том, что у детей происходит гормональный скачок, часто это очень бурное, резкое изменение: в мае это были еще деточки, а в сентябре уже пришли юноши и девушки.

Этот скачок происходит в 5-7-м классе. В 8-9-м и тем более 11-м классе это уже взрослые люди с бородами и усами. И это тот возраст, когда у людей в силу биологических особенностей не учеба на первом месте.

Многие дети в старших классах уже ведут взрослую интимную жизнь, и это, к сожалению, не редкость, и у них часто возникает конфликт между не по мере взрослой физической жизнью и статусом ученика. Взрослые не любят это слышать и понимать, но можно поднять статистику и обнаружить, что процент таких старшеклассников немалый.

– Но вряд ли родители могут на это повлиять?

– Это дело случая, темперамента, среды, но запреты здесь уже, конечно, не работают. Когда школа стала длиннее на год и появился 11-й класс, у детей, с одной стороны, появился лишний год, чтобы развиться, а с другой – получается, что в последнем классе за партой сидят взрослые люди, которые не мотивированы на учебу, у которых довольно взрослые мысли, не находящие никакого воплощения, и эти мысли про отношения и влюбленности сильно оттягивают внимание от учебы.

А если это школа, где не модно учиться, куда люди ходят, только чтобы общаться, то межличностные разборки занимают все мышление и воображение детей, и учеба у них по остаточному принципу.

С этим ничего не сделаешь, надо только, чтобы у человека, помимо такой школы, были летние лагеря, театры, студии, танцы, а еще лучше – что-то социально полезное, какое-то волонтерство, чтобы эта взрослость находила воплощение в чем-то реальном.

Человек находится в роли ученика 10-12 лет, не считая подготовку к школе, и даже если он мотивирован на учебу, ему в конце уже довольно скучно. И при этом учеба может быть такого размера, что она занимает абсолютно все его время, но от этого ее эффективность не растет.

Мне кажется, что у старших классов должны быть какие-то реальные дела, и они делают учебу эффективней. Это организуется не во всех школах, это то, что раньше называлось внешкольной, внеклассной жизнью. Если ученики старшей школы делают что-то социально полезное, то это вообще замечательно – они настроены не на получение удовольствия. Это очень важно, и мы переходим к следующей проблеме.

 

Современный старшеклассник – совершенно взрослый человек, который уже выше и сильней родителей, – абсолютный получатель, и у него в результате его школьной жизни и гиперопекающего, подталкивающего родительского настроя часто отсутствует потребность выгрызать знания у учителя, искать большего, чем дают.

Обычно, если с этим ничего не попытались сделать в средней школе, то он уже не видит, что что-то не так, он привык. И это очень ему мешает, потому что программа старшей школы, если она усваивается хорошо, предполагает активность, инициативу в решении не совсем линейных задач. Это, конечно, можно освоить пассивно, но тогда это будет скорее имитация учебы, когда человек сдал и забыл или сдал по минимуму, списал.

У детей в этом возрасте есть очень мощный, огромный источник энергии, и как только появляется либо яркий педагог, либо какой-то интерес, они включаются, и это выглядит очень здорово и очень ярко, а в остальное время они как будто с отключенным двигателем: они приползают в школу, перебираются с урока на урок, они переписываются, они делают уроки не по всем предметам, а по одному-двум, и иногда родители ничего с этим сделать не могут.

 

– Что еще изменилось у детей старшего возраста естественным образом, в силу взросления?

– Время, когда родители могли что-то всерьез менять в детях, прошло. У детей еще есть авторитет наставника, группы сверстников, они еще очень ориентированы на семью, включены в нее, любят родителей, однако ребенок часто изолируется от близких, уходит в свою раковину, потихоньку формируя какую-то свою систему ценностей.

– Почему это произошло?

– Это естественная потребность возраста. Конечно, причиной может быть травматичный разрыв с семьей из-за конфликта или несходства ценностей, но часто это просто возраст, когда человеку действительно нужно уже стать самостоятельным. Это происходит, если у него нет никаких увлечений, которые он сам изобрел, какой-нибудь, с точки зрения взрослых, ерунды – моделирования, возни с мотоциклами, конструирования одежды, литературного кружка – а есть довольно скучная школа, более-менее развернутая среда общения и родители, которые давят и хотят от него больше, чем он хочет делать, хотят, чтобы он учился на 5, а он хочет на 4, имеет другое представление о том, что ему надо.

– Что с этой изоляцией делать?

– Чем больше вы долбитесь в эту раковину, тем больше она закрывается. Нужно создать условия для совместных дел, придумывать, чем вы можете заниматься вместе, нужно понимать, что это возраст, это должно пройти, и если вы будете не давить, а предлагать ему что-то, что его может впечатлить, то это сработает.

У него должны быть самостоятельные поездки, разрешения на что-то, что он считает признаком взрослости – покрасить волосы в синий цвет, проколоть еще одну дырку в ухе. Надо идти навстречу и налаживать диалог, понимая, что эта изоляция отчасти нормальная.

 

К старшей школе ребенок уже хорошо видит социальное расслоение, и это как раз универсальная вещь и для деревень, и для городов, она является мощнейшим фактором взросления. Если ребенок не ездит все время в машине и не живет в инкубаторе, то он видит, насколько по-разному живут люди – некоторые ездят, условно говоря, на «порше» и живут в пентхаусе с зимним садом, а другие ездят на работу на метро и на автобусе и считают деньги до зарплаты.

Как правило, ребенок понимает, какое место занимают его родители в этой иерархии. И это тянет за собой следующее важное для ребенка открытие: социальный статус и оценка родителей. Какими бы богатыми, востребованными и успешными родители ни были, старшая школа – это возраст, когда успехи родителей ставятся под очень большое сомнение. Ребенок может быть радикально настроен по отношению к родителям еще в средней школе, а в 10-11-м классе уже, наоборот, смягчиться. И это может сильно влиять на отношения.

Чего бы вы ни достигли, вы можете услышать: «Ну и о чем была вся ваша жизнь?» – а если вы, наоборот, чего-то достигли, то он может сказать: «До меня тебе дела не было, ты занимался своей работой, карьерой, призванием, а на меня плевал».

Это тоже часть взросления, это пересмотр договора с родителями. Чтобы найти себя, чаще всего нужно отвергнуть родительские достижения.

С родителями может быть также сильная конфронтация и отторжение тех ценностей, которые у них есть, в частности по отношению к учебе. Например, «вы всю жизнь занимались наукой, а у вас даже нет дачи», или «вы всю жизнь зарабатывали деньги и не знаете, кто такой Бродский».

– Что делать родителям, если они это слышат в свой адрес?

– Бесполезно доказывать, что вы на самом деле чего-то достигли. Конечно, это очень больно слышать, это вызывает непрогнозируемую, чуть не до драки, реакцию, но надо это пережить.

Не пытаться доказать в конфликтные моменты, что вы чего-то достигли, потому что это только увеличивает боль. Помогает, когда о ваших успехах говорят третьи люди: друзья, коллеги, когда вы берете ребенка на работу и он видит то уважение, с которым к вам относятся.

Особенно, конечно, сложно неработающим женщинам – у них это вообще больное место, и это для них не первое, а еще одно обесценивание того, что они делают, и нужно вести себя очень аккуратно, чтобы не ранить себя об эту возрастную особенность. Через десять лет ребенок будет относиться к вашим успехам очень внимательно, просто должно пройти время. Ему кажется, что он взрослый и все понял, а на самом деле он пока еще ничего не понял.

Школьные проблемы: как решать конфликты ребенка с классом и учителем | Здоровье ребенка | Здоровье

Иногда школу приходится менять по объективным обстоятельствам: например, ребенок собирается более углубленно изучать какие-то предметы. Или вы переехали в другой район.

Но бывает, что сменить школу вы вынуждены не по своей воле, а из-за конфликтов с учителями или одноклассниками. И здесь очень важно понять: действительно ли смена школы – единственный выход? Или проблему можно решить другим путем?

Конфликт с учителем

В седьмом классе у сына сменилась учительница математики, и неожиданно из хорошиста он по этому предмету превратился в двоечника. Учитывая, что мальчик мечтал об инженерных специальностях, такое превращение казалось катастрофой. Учительница была твердо уверена, что, невзирая на успехи в физике, у него отсутствуют математические способности. Хотя репетиторы, протестировав семиклассника, не нашли у него пробелов ни в алгебре, ни в геометрии. А один из них прямо сказал: у вас проблема не с математикой, а с математичкой.

Промучившись года два, мы приняли решение – сменить школу. Многие меня осуждали, считая, что надо учиться преодолевать конфликты, а не бежать от них. Но положа руку на сердце: всегда ли мы готовы развязать войну? Бывают ситуации, когда проще и правильнее просто выйти из конфликта. Так мы поступили и со школой.

Этот переход оправдал себя полностью. И не только потому, что у сына сегодня твердая четверка по математике, иногда «грозящая» перейти даже в пятерку (и это в лицее с математическим уклоном!). Главное – что сын снова верит в себя, хотя эту уверенность предыдущая учительница сильно поколебала.

Если вы видите, что учитель явно недооценивает вашего ребенка, для начала лучше поговорить с ним и прояснить спорные моменты. Конечно, может оказаться, что это вы переоцениваете способности своего чада. Но если ваши мнения с учителем расходятся, попросите проэкзаменовать ребенка сторонних преподавателей. Как раз из этих соображений мы и обращались к репетиторам.

А если все говорит о том, что вашего ребенка притесняют и ему это тяжело и неприятно – не стоит мучиться и надеяться, что конфликт рассосется. Все же в школу ходят за знаниями, и если учитель не может их дать, тем более по важным для вас предметам, – лучше найти другого учителя.

Но самый большой урон такая ситуация наносит психике школьника. Если ему постоянно говорить: ты ничего не знаешь и не понимаешь, он сам в это поверит и перестанет понимать даже то, что раньше знал и умел. И задача родителей – не допустить этого.

Конечно, важно уметь решать конфликты и находить общий язык с другими, но еще важнее – не тратить свои силы и нервы на бесполезную борьбу.

Объект для насмешек

Гораздо сложнее понять, кто виноват, если у ребенка проблемы с одноклассниками. Да, возможно, они жестокие и насмешливые, но родителям важно понять, почему мишенью для насмешек дети избрали именно вашего сына или дочь. Вы можете поменять школу, но ваш ребенок останется таким же, и нет гарантии, что в новом коллективе не возникнут старые проблемы.

По мнению психологов, каждый ребенок выстраивает вокруг себя тот тип межличностных отношений, который ему привычен. И если роль жертвы для него наиболее естественна, то и в другой школе он невольно окажется именно в этой роли. Так же, как если он привык быть лидером, то неизбежно будет главенствовать и в новом классе.

В проблемах ребенка могут быть невольно виноваты и сами родители. Первое, над чем с охотой издеваются школьники всех возрастов, это чрезмерная родительская опека. Подумайте, может, вы заставляете сына носить шапку чуть не до мая, из лучших побуждений, конечно? Может, бабушка до сих пор встречает взрослого внука у ворот школы?

Это не значит, что надо идти на поводу у детей и позволить своему чаду одеваться и вести себя как угодно, но слегка отпустить поводья стоит. А параллельно приучайте ребенка к независимости от чужого мнения.

Делаем выбор

Прежде чем окончательно решить вопрос со сменой школы, еще раз взвесьте все плюсы и минусы. Потеря старых друзей или приобретение новых…

Необходимость привыкать к требованиям новых учителей. Иной школьный уклад, иное время на дорогу…

Все эти моменты следует хорошенько проговорить с ребенком. Порой после таких разговоров вдруг выясняется, что переход в другую школу – это смена одних проблем на другие. А иногда ребенок вообще может понять, что все эти конфликты были некоторым фоном, который ему не так уж и мешал. Если переход неизбежен, то конец учебного года – лучшее время, чтобы решить этот вопрос. Также вместе со школьником нужно выбирать новую школу, тщательно проанализировав, что вас не устраивало в прежней и что вы хотите найти теперь.

Это почти как выбор нового места работы. Не поддавайтесь на привлекательные, но несущественные для вас моменты. Если вы твердо решили перейти в школу, где математика – только в базовом объеме, не идите в математическую лишь потому, что она рядом с домом и о ней прекрасно отзываются соседи. Иначе вы получите те же проблемы, от которых пытались сбежать.

Мои родители хотели, чтобы я училась непременно в московской школе. И я им благодарна за это. Однако, если ребенок сам хочет сменить школу, стоит прислушаться к его мнению. Ведь причины могут быть разными. Например, я считаю, что именно из-за неправильной педагогической тактики учителя я невзлюбила химию.

Смотрите также:

Школьные проблемы | Блог практикующего психолога

На ближайшие 11 лет это будет самой главной вашей заботой: школа. Как помочь ребенку, чтобы он хорошо учился, как избежать конфликтов, на что обращать внимание, чтобы не упустить проблему…

Разложим по полочкам и постараемся разобраться. Вот самые частые темы, с которыми родители обращаются к детскому психологу.

Начальная школа

Как понять, что ребенок готов/не готов к школе?

Самый главный параметр, на который я обращаю внимание – физическое развитие малыша. Сильная/слабая конституция, насколько развита координация и мелкая моторика, состояние нервной системы, количество постоянных зубов. Попросту говоря, насколько ребенок созрел для школы физически. Вы, наверное, не помните, но всего 100 лет назад дети шли учиться только в 9 лет, до этого они считались «малышами». Вспомните литературу 19 века: «В комнату вошла маленькая девочка лет восьми». «Она осталась одна с младенцем семи лет на руках». Нормы изменились, а физиология – не очень. Сделайте так называемый «филиппинский тест»: ребенок, у которого уже прошел полуростовой скачок, должен накрывать ладошкой руки ухо с противоположной стороны ЧЕРЕЗ голову. Это подтверждает, что пропорции тела у него уже не младенческие, а ближе у подростковым. Зубы тоже должны начать меняться, хотя бы две дырки должны светиться в улыбке первоклассника.

Хотя родители мальчиков зачастую не хотят прислушиваться к рекомендациям «оставьте его еще на год в детском саду», но я все равно призываю вас не торопиться. Этот последний подготовительный год может оказаться решающим. Разница очень видна, поверьте мне,

когда ребенок готов к школе, он учится с удовольствием и без напряжения, сам делает домашнюю работу, практически не болеет.

А малышок-Филлипок, который вроде бы и читать уже умеет, и считать, но психологически мал и слаб для целого дня в стрессовой обстановке, быстро сойдет с трассы, начинаются бесконечные ОРЗ и слезы по утрам (особенно зимой). Это не учеба, а мучение одно.

Второе, что у всех на слуху, но никто не понимает, что эти слова обозначают: «учебная мотивация преобладает над игровой». На практике это означает, что ребенок предпочитает читать, слушать, разглядывать, а не возить машинки по ковру, играть в куклы, строить башни из конструктора. И в 6 лет учебная мотивация встречается очень редко, а к полным 7 годам должна (в идеале) быть почти у всех.

На деле, с подготовительной группе детского сада мы видим очень усидчивых, спокойных, внимательных девочек, которые играют «в школу», и крайне подвижных, разболтанных, энергичных мальчиков, для которых проблема посидеть смирно хотя бы 15 минут. И никакие занятия по подготовке к школе не могут эту ситуацию изменить, поскольку речь идет о состоянии нервной системы, а вовсе не о поведении и «правильных привычках».

Отсюда мы переходим к третьему пункту: гиперактивность и дефицит внимания.

Даже если у вашего подготовишки нет диагноза СДВГ (который, скажу сразу, имеет право ставить только детский психоневролог или нейропсихолог с большим опытом работы, и желательно после обследования, а ни в коем случае не садовский психолог или учитель), детей с гиперактивностью, с незрелостью центральной нервной системы в последние лет 15 стало значительно больше. И чтобы ребенку было комфортно в школе, чтобы он мог полностью реализовать свой потенциал, родителям придется приложить дополнительные усилия.

Из области неврологических проблем – дислексия, дисграфия и дискалькулия, т.е. невозможность читать, считать и писать. Именно невозможность, крайняя затрудненность распознавания символов, а не лень, капризы и нежелание учиться. Отличить одно от другого можно, но лучше, если это сделает специалист. Все вышеперечисленные дисфункции исправляются занятиями с нейропсихологом.

Смотрите, что получается.

Чрезвычайно редко учебные проблемы в начальной школе связаны с неправильным поведением, воспитанием или чем-то еще. Чаще всего причина неудач – неврологический статус ребенка, незрелость или повреждение нервной системы, т.е. органические неполадки, которые необходимо обнаружить и исправить (если возможно).

Ну, а если доктора ничего не находят? Тогда стоит подумать, а достаточно ли безопасно психологически ребенку в школе, в семье, нет ли каких-то постоянно действующих источников напряжения: кто-то угрожает малышу, родители ссорятся или проходят через развод, кто-то в семье серьезно болен, родился новый ребенок. Дети сами не могут связать, например, недосып из-за младенца и плохое запоминание на уроках. Не скажу ничего нового, но режим сна и питания оказывает гораздо более сильное влияние на работу мозга, чем мы обычно полагаем.

Средняя школа

К 11-12 годам дети переходят в предподростковый возраст, когда на первое место в их внутреннем мире выходят отношения со сверстниками (а не внутрисемейные, как было раньше). Теперь важно учиться, чтобы быть не хуже других. Или НЕ учиться – чтобы не сочли ботаником. На самом деле, так было раньше. В списке приоритетов современных детей учеба стоит на сто пятнадцатом, примерно, месте. Сразу после «слушаться старших».

Сейчас дети учатся только в каких-то совсем уж экстремальных случаях, мотивировать обычным «учись, а то в ПТУ пойдешь» никого не удается. И этому есть (опять) внятные биологические объяснения.

С точки зрения биологии, подростковый возраст – самое неудачное во всей жизни время для учебы.

Префронтальная кора головного мозга залита густым сиропом из половых гормонов, что делает крайне затруднительным любое целенаправленное действие, запоминание, концентрацию на абстрактных предметах. Единственное, чем занят организм в этот период – поиск подходящего полового партнера. Все. По уму, так следовало бы подростков срочно женить/выдавать замуж в хорошую семью, пристраивать к любой физической работе, учить вести дом и ходить на охоту. Ну, как это было принято во всем мире вплоть до Второй Мировой войны. А кое-где и до сих пор практикуется.

Я понятно объясняю? То, что учителя называют «ленью» или «совсем распустился» — всего лишь сложная и чрезвычайно энергозатратная операция по перестройки всего организма из детского во взрослый. Это требует колоссальных усилий, калорий, строительных материалов. А все вот эти ваши физики-математики, обществоведение и великая русская литература, с точки зрения Матери Природы, не более чем нарисованные ромашки на танке. Не нужно это эволюции.

Поэтому самое главная моя рекомендация родителям подростков: снизьте требования. Вы сэкономите себе кучу нервов, если на время перестанете ЖДАТЬ от своего внезапно выросшего чада прежнего усердия и сметливости. Нет, требовать, чтобы домашнее задание было сделано, и вовремя, и в надлежащем объеме – это святое, это просто обязательно, иначе все полетит под откос. Но вот ожидать, что мальчик будет это все выполнять добровольно и с песнями я бы не стала. Ваше дело – контролировать, заставлять, проверять, а его дело – отлынивать, морочить вам голову, увиливать и валяться на диване.

(Я довольно подробно описала весь процесс в статье «Как выжить с подростком», а скоро будет вебинар на эту же тему. Подробности на сайте.)

Если же ваш ребенок со всей очевидностью не вступил еще в фазу преображения, т.е. не прибавил внезапно в росте и весе, не появились вторичные половые признаки, нет резких колебаний настроения, а учеба все равно съехала?

Или пропустил что-то важное и установочное по болезни, или конфликтует с кем-то в школе, с преподавателем или классом.

Как выяснить?

Самое простое, но неприятное действие: берем учебник, открываем параграф и просим ответить на вопросы в конце. Все сразу становится понятно. Если на вопрос «Чем кислота отличается от соли» ребенок отвечает бодро «Кислота кислая, а соль соленая» (как я в свое время), ясно же, чем он занимался на уроках химии последние полгода? Дальше можете или сами нагонять, или кого-нибудь пригласить в помощь. Не обязательно профессионального репетитора, соседка, старшеклассник, дедушка – инженер со стажем вполне справятся с программой примерно до 8 класса.

Если вы обнаружили, что ребенок в предмете разбирается, но в дневнике одни двойки, а объяснить он ничего толком не может, стоит сходить к детскому психологу. Не знаю, остались ли еще где былинные бабушки-дедушки, которым было можно спровадить страдающее чудовище на выходные, а получить совершенно расколдованного добра молодца. Раньше были. Теперь их место заняли арт- и сказко-терапевты, по сути выполняющие ту же самую работу: выслушать, не перебивая, не оценивая, погладить по спинке, попарить в баньке, уложить на печку и сказать «Утро вечера мудренее».

Может обнаружиться весьма запутанная история болезненных отношений с одноклассниками, тягостная травля, преследование учителем, да хоть бы по национальному признаку. И все это сказывается на учебе.

Если вы абсолютно уверены, что со стороны психологии все в порядке – сходите к врачу, сдайте анализы, просто так, ни с того ни с сего успеваемость не падает. Даже простой гемоглобин может влиять на память, а что уж говорить о зрении или слухе?

Старшие классы

Ко всему вышеперечисленному хочу добавить вот что: завышенные ожидания. Как ни печально, но не всем детям необходимо высшее образование, не всем оно по зубам. Да, кажется – чего там сложного! Но, благодаря все тем же половым гормонам, а также исходным данным, которые заложены генетически, многим детям было бы полезнее и здоровее уйти из школы в профессию после 9 класса. Я видела много таких примеров, когда родители бились до последнего, буквально за шкирку втаскивая ребенка в вуз. Который потом все равно бросался, ибо – «не тяну!». И наоборот, очень и очень благополучные истории, когда в 18 лет человек уже начинал работать, и делал это С УДОВОЛЬСТВИЕМ, потому что «получается!».

Иногда мы (учителя) видим, что по своим интеллектуальным данным ребенок мог бы учиться на отлично, но что-то мешает. Обычно это или депрессия (очень частая в старших классах), или поиски себя. Старшеклассник мечется, не понимая еще как следует, чего от него ожидают, чего он хочет сам. Тут поможет консультация по профориентации, с тестами, с разговорами, с посещением вузов по разным специальностям.

Есть исследования, которые показывают, что наиболее успешными становятся люди, воплощающие мечту раннего детства.

Так что вспоминайте, о чем грезил ваш малыш в возрасте между 3 и 6 годами, и пытайтесь приложить это к сегодняшней реальности.

В общем и целом можно сказать следующее: если у вашего ребенка серьезно снизилась успеваемость

  • Во-первых, сверяемся с возрастными границами
  • Во-вторых, проверяем состояние физического здоровья
  • И только в-третьих начинаем подозревать психологические проблемы.

Школьные проблемы: взгляд изнутри — ЮНПРЕСС

Анастасия Дробышева | 17 мая 2016

Юношеская газета

Школьная жизнь – это один из главных и незабываемых периодов в жизни каждого человека. И как это бывает, на этом жизненном этапе каждый сталкивается с некоторыми проблемами. И это вполне естественно.

 

 

Сегодня не будем рассуждать о проблемах реформы в системе образования, финансирования и переполненности школы. Оставим решение этих вопросов для взрослых. А поразмышляем о том, комфортно ли нам учиться и жить в стенах нашей школы.

 

 
Первая проблема: неумение находить общий язык с одноклассниками. Часто дети не имеют школьных друзей, предпринятые ими попытки завести товарищей терпят неудачу. Таким школьникам очень тяжело – ведь они не могут обсудить школьную жизнь с другими детьми, чувствуют себя лишними в социальной группе. Помимо личностных причин учеников одним из факторов этой проблемы является недостаточность организации внеклассной жизни. Нет, у нас огромное количество кружков и секций на любой вкус и наши педагоги дополнительного образования, вожатые — просто молодцы! В них столько энтузиазма, энергии, творчества! Но, загруженность нашей школы, масса элективных курсов не оставляют возможности найти свободный кабинет, чтобы посидеть всем классом, отрепетировать номер художественной самодеятельности, да и просто пообщаться.

 

 
Проблема вторая: сегодня в школе процветает такое явление, как свобода мата. Ругаются школьники всех возрастов, ругаются просто так и со злостью, в присутствии преподавателей, которые часто делают вид, что не слышат, либо, действительно, уже не слышат.

 

 
Помимо устного «словотворчества» развивается и «наскальная живопись» на стенах и стендах школы. Используя матерные слова и рисуя пошлые картинки, тем самым демонстрируя свою «взрослость» , «реализовывая свои права на свободу поведения», многие не задумываются, что не всем это приятно видеть и слышать. Что такое поведение всегда осуждаемо обществом и самого человека это не красит! Вместо того, чтобы обрисовывать стены неумелым граффити да писать нецензурные слова на стенах, оформите стенд, нарисуйте нечто красивое, вымойте стены, дарите людям радость и удивление!

 

 
Проблема третья: возможно, надуманная, но она волнует, в первую очередь, родителей. Это вендинговые автоматы с быстрой едой: сладости, соки. Многим из нас родители запрещают кушать подобные вещи! На переменах, как только прозвенит звонок, толпа ошалевших детей вываливается из кабинетов и с криком «займи мне очередь!» несется к автоматам. Конечно, кто-то скажет, не нравится – не ешь, тебя никто не заставляет. Но, глядя на других, любой соблазнится! А как же постулат «Школьное питание – залог здоровья подрастающего поколения»?!

 

 
Проблема четвертая, глобальная: мобильные телефоны у каждого ученика. Постоянный трезвон мобильников отвлекает учителя от урока, бесконечный поток смс-сообщений, на которые вечно переключают свое внимание школьники. И все это несет с собой такая обыденная вещь, как средство связи. А ведь что может быть проще?! Немного уважения к учителям и одноклассникам, элементарная культура обращения с телефоном: выключи свой мобильный перед уроком!

 

 

 

Вот на такие четыре основные проблемы мы решили обратить Ваше внимание. Уважаемые читатели, если у Вас есть идеи по разрешению этих вопросов или хотите обозначить волнующую Вас проблему, давайте вместе думать, как сделать нашу школьную жизнь чище, ярче, лучше, интереснее!

Фотогалерея

10 ПРОБЛЕМ СОВРЕМЕННОГО ШКОЛЬНИКА — Рыбинская Неделя

1. Общее эмоциональное неблагополучие

Современные школьники имеют практически все, что захотят, однако в большинстве своем гораздо менее счастливы, чем мы в их возрасте. Виной тому — кризис современной семьи. Огромное количество разводов, поиски родителями новых партнеров, замена живого общения с родителями современными игрушками, отсутствие должного внимания к личности ребенка. Как результат — неврозы, чувство одиночества, негативная самооценка.

2. Информационная перегруженность

Современные дети плавают в огромном количестве информации, льющейся на них с экранов телевизоров, мониторов компьютеров, учебников, книг, журналов. Дети рано усваивают, что хранить в голове какую-либо информацию практически бесполезно, ведь ее в любой момент можно «нагуглить» в Интернете. Как результат – снижение памяти, невозможность сосредоточиться на каком-то одном объекте. Ведь вокруг столько всего интересного!

3. Несамостоятельность, избалованность

Детоцентризм давно уже стал реальностью современного общества, серьезно влияя на отношения в семье. Наблюдается интенсивное соучастие родителей во взрослении ребенка. Родители стремятся «привязать» его к себе, делая его центром своего маленького мира, удовлетворяя малейшие его прихоти, решая за него все проблемы. Итог: позднее взросление, неумение контролировать свои прихоти, нежелание делать самостоятельный выбор.

4. Погоня за успехом

Современное общество и родители чрезмерно настроены на успех. С первого класса ребенок зациклен на достижении результатов. Современные школьники вынуждены расти в условиях, где их постоянно с кем-то сравнивают. Под влиянием общества, СМИ родители давят на детей, требуя от них высоких результатов, забывая о других общечеловеческих ценностях и о том, что находиться в условиях непрекращающейся гонки постоянно невозможно.

5. Высокая конкуренция

Причем конкуренция эта относится не только, и не столько к учебной стороне школьной жизни, сколько к межличностным отношениям в кругу сверстников. Какое место я занимаю в своей группе? Как я могу повысить свой статус? Как мне завоевать популярность среди одноклассников? На эти вопросы каждый школьник мучительно ищет ответ в зависимости от шкалы ценностей группы, к которой он себя относит.

6. Проблема разрешения конфликтов

Конфликты в школе были всегда. У современных школьников появилась проблема их разрешения, которая связана с развитием виртуального общения. Ведь в Интернет-пространстве ты как бы есть, а как бы и нет. В любой момент ты можешь прекратить общение, просто выйдя из сети. В итоге современный школьник не умеет ни мириться, ни идти на компромиссы, ни сотрудничать, ни объясняться.

7. Социальное расслоение

Школа — невероятно достоверная иллюстрация нашего общества. Дети несут в школу не только учебники, но и стереотипы, сформированные в родительской среде. А стереотипы зачастую просты — ты то, что ты можешь себе купить. И, доставая из портфеля дорогой планшет, ребенок достает вместе с ним часть своего статуса в школьной группе. Количество детей, отказывающихся ходить в школу из-за отсутствия дорогих гаджетов, неуклонно растет.

8. Дефицит времени

С первого класса у детей в расписании бывает 5 уроков в день. Старшеклассники не удивятся, увидев 8 занятий. По всем школьным предметам существует домашнее задание. Плюс спортивные секции, музыкальные, художественные школы, — ведь ребенок должен быть всесторонне развит в нашем конкурентном обществе. И не забываем про заманчивый мир социальных сетей, ежедневно съедающий от двух до пяти часов. Стоит ли удивляться, когда школьники порой признаются в том, что просто мечтают выспаться?

9. Рост ответственности за свой выбор

В современной школе широко распространено профильное обучение. Школьнику после 9 класса, а то и раньше, предлагают определиться с предметами для более глубокого изучения, полагая, что в этом возрасте ребенок вполне способен сделать самостоятельный выбор. Вынужденно школьники его делают, но зачастую не представляя, какие мотивы должны ими двигать. А уж при упоминании аббревиатуры ЕГЭ только совсем уж «пофигистически» настроенный школьник не расширит от страха глаза. И родители, и педагоги, начиная с первого класса, постоянно задают своим детям сакраментальный вопрос: « А ЕГЭ как сдавать будешь?»

10. Слабое здоровье

Статистика Минздрава указывает на прогрессивное ухудшение состояния здоровья всего населения, и в частности детского. Современный школьник с раннего возраста страдает болезнями желудочно-кишечного тракта, эндокринной системы, анемией. Причина столь глобальных изменений – изменение питания и отсутствие достаточных физических нагрузок.

Мы узнали мнение и самих ребят. Анкетирование на тему «Проблемы современного школьника» проводилось с обычными учащимися 12-16 лет обычной рыбинской школы.
И вот какие проблемы отметили наши дети:
1. Страх перед выбором послешкольного обучения – 100% школьников.
2. Боюсь не сдать ЕГЭ! — 95% школьников.
3. Вражда между сверстниками – 73% школьников.
4. Нехватка времени на личную жизнь, все время отнимают уроки – 70% школьников.
5. Конфликты со взрослыми (педагогами, родителями) – 56% школьников.
6. Слишком много ненужных предметов в расписании – 46% школьников.
7. Введение школьной формы – 40% школьников.
8. Маленький ассортимент в школьных столовых – 50% школьников.
9. Мало времени на сон – 50% школьников.
10. Невзаимная любовь, проблемы в личной жизни – 35% школьников.
Мир вокруг изменился, общество стало более сложным, требовательным, непредсказуемым. Изменились и дети, но они все же дети. Влюбляются, дружат, волнуются, мечтают. Как и мы лет 20 назад.

Инесса РОМАНОВА

Конфликты с учителем: советы педагога, как решать школьные проблемы

Как узнать, что проблемы существуют?

На первый взгляд, это может показаться несложным — ребенок придет домой и сам пожалуется на несправедливость. Однако это не всегда так. Дети часто стараются скрыть от родителей школьные конфликты. И у них для этого есть причины. Во-первых, дети боятся обвинений в несостоятельности. Во-вторых, они не хотят огорчать родителей — например, тем, что «не справились».

Поэтому родителям важно почувствовать те немые сигналы бедствия, которые подает сын или дочь. Первый и самый верный признак того, что что-то происходит — резкая смена поведения. Ребенок вдруг отказывается говорить на школьные темы, стал замкнут и мало улыбается. Если школьник вдруг ни с того ни с сего заболевает, это может свидетельствовать о более серьезных проблемах. Когда уровень стресса становится слишком высоким, детский организм сдает и как верный слуга старается избавить ребенка от лишних визитов в школу.

Причины конфликтных ситуаций

1. Специфика работы учителя

В психологии это называют профессиональной деформацией личности. Влияние профессии на характер, стиль мышления и эмоциональные реакции испытывают и врачи, и полицейские, и другие специалисты. Педагоги особенно часто подвержены этому влиянию. Дело в том, что учитель — профессия статусная и общественно уважаемая. К сожалению, это практически не отражается на зарплате. Но, тем не менее, мы постоянно слышим об «учительском призвании», о «сеянии разумного, доброго, вечного». Педагог знает, что делает важное и полезное дело, он гордится статусом и не желает спускаться с пьедестала.

Кроме того, школьная система устроена таким образом, что учитель вынужден ежедневно оценивать учащихся. И для этого существует целый арсенал средств, оказывающих влияние на детей и родителей. Отметки, записи в дневнике, публичная оценка в классе, вызовы родителей в школу — все это универсальные инструменты манипулирования. При этом у ребенка нет особого выбора — школьник обязан посещать уроки, даже если конкретный учитель ему не нравится.

2. Семейное воспитание

Другая область причин школьных конфликтов связана с семьей. Если дома ребенок воспитывался в доверии и раскрепощенной атмосфере, проблемы возникнут почти наверняка. Такому ребенку нетрудно открыто высказывать свое мнение, ему неинтересно механическое повторение материала и тяжело заниматься рутинной работой. Он не видит смысла «делать, как все». Поэтому в школьной системе, привыкшей причесывать всех под одну гребенку, такую семью будут ждать столкновения. Педагоги часто воспринимают такого ребенка как недостаточно воспитанного, а в его свободомыслии видят неуважение и угрозу для собственного авторитета.

3. Требования школы

В самом начале обучения в школе нередки проблемы, возникающие в результате требований педагога к внешнему виду, к правилам ведения тетрадей и дневника. Приучение к принятому в учебном заведении порядку — процесс непростой. К моменту поступления в школу большая часть детей еще не готова следовать школьным стандартам аккуратности. Однако такие проблемы редко длятся долго и младшим возрастом, как правило, и исчерпываются.

Ситуация: Учитель не любит моего ребенка.

Причина. Глубинная причина подобных проблем лежит, как правило, не в учителе, а в семье. В норме ребенок не должен очень волноваться и требовать от педагога особого отношения к себе. Если ребенок жалуется на «нелюбовь» и сравнивает отношение учителя к себе и к одноклассникам, он переживает неудовлетворение от того, что его, как ему кажется, недооценили.

Совет. Родителям нужно дать почувствовать ребенку, что он любим близкими людьми и защищен в семейных отношениях. Школьнику нужно обеспечить недостающее чувство уверенности в своих силах и помочь повысить самооценку. Возможно, имеет смысл перевернуть конфликтную ситуацию. Поговорите с ребенком, а может ли он сам больше любить учителя? Может быть, стать внимательнее и стараться выполнять его требования к внешнему виду, оформлению работ и чистоте тетрадей?

4. Особенности ребенка

Другая группа школьных конфликтов гораздо более устойчива. Постоянные проблемы с учителями бывают у детей с гипер- и гиподинамическим синдромом, дисграфией, нарушением концентрации внимания и другими особенностями, при которых нет противопоказаний для получения образования в обычных классах. Такие излишне подвижные или наоборот, излишне неторопливые дети мешают учителю. Ученик отвлекает других детей или отвлекается сам, не успевает за другими, медленно соображает. И учитель старается от него тем или иным способом избавиться.

Ситуация. Ребенок с избыточным весом испытывает эмоциональный срыв (почти перестал общаться в семье, не хочет ходить в школу) после оскорблений учителя физкультуры.

Причина. Чувство унижения, особенно в подростковом возрасте, возрастает в несколько раз, если фразу, которую ребенок считает для себя оскорбительной, взрослые произнесли в присутствии его ровесников. Скорее всего, конфликт возник не из-за одной конкретной ситуации, а стал результатом копившихся проблем.

Совет. Ребенка нужно научить воспринимать вещи под другим углом зрения, помочь повысить его самооценку. Кроме того, у ребенка должно быть достаточно надежных друзей в классе, которые могли бы его поддержать.

18 причин, по которым система образования США терпит неудачу

Что пошло не так с образованием в США?
1. Какая сегодня более правильная оценка вовлеченности родителей в образование? Действительно ли сегодняшние требования больше влияют на участие родителей в жизни школ в наши дни, или более вероятно, что родители были намеренно отстранены и заменены идеологически возмущенными людьми, которые считают, что их цель — воспитывать ваших детей? Как родитель, который имел дело с неудовлетворительной системой образования и который неустанно пытался участвовать, я должен сказать, что более правдоподобно, что родители не могут участвовать в образовании своих детей, мы должны поддерживать политику школу и безоговорочно подтверждаем воспитание наших детей. В новой системе образования (после 20-го века) нет места для сотрудничества между педагогами и родителями по замыслу, конформность — результат архитекторов новой системы образования. Все — победители, все равны, все должны учиться в колледже. Мужественность токсична, разнообразие — самое важное, и величайшая ложь из всех: «Этот тест — самый важный тест в твоей жизни!», Все бакалавры; не все могут быть победителями, все, безусловно, не равны, а колледж переоценивается, если вы не собираетесь быть профессионалом (учителем, юристом, врачом или инженером ….), мальчики и девочки разные, разнообразие противоположно конформизму, и этот тест ни к черту не означает. P.T.A. или контракт с родителями не является ответом на проблему, сделайте образование наших детей доступным для нас, родителей, снова обучая по книге и общаясь с нами (прошло много лет с тех пор, как я получил письмо от учителя, которое не отправлено в первые дни учебы). Школам нужно вернуться к основам, и я гарантирую, что родители будут более вовлечены, нам не нужны все беспокойство и стресс, которые существуют в результате сегодняшней образовательной системы.
2. Почему школы закрываются направо и налево? Школы закрываются, потому что есть лучшие альтернативы, чем государственное образование (которым руководят бюрократы, а не педагоги). Если вы заботитесь о своих детях, вы, несомненно, задавались вопросом, что вы могли бы сделать, чтобы ваши дети получали наилучшие возможности, доступные им, и многие решили учиться на дому, как и я. Нетрудно заниматься математикой (если только вы не преподавали математику в рамках существующей системы образования), когда в школе меньше учеников, требуется меньшее финансирование, или мне больше всего нравится отсталое представление о сокращении финансирования для неэффективных школ? Мне кажется, что если школа находится в затруднительном положении, то должны быть предоставлены необходимые ресурсы, чтобы можно было все исправить, но я думаю, что некоторые ученики просто не стоят усилий или затрат?
3.Куда идут все деньги, полученные от лотереи? Если вы из такого штата, как Техас, который был обманут, поддержав лотерею и проголосовав за нее для финансирования системы образования, и вот мы, 20 лет спустя, и школы сейчас в худшем положении, чем они были тогда.
4. Торговля находится под угрозой исчезновения, поскольку технологии подталкивают кто, кроме создателей инноваций и прогресса, элитарных правителей, проживающих в Кремниевой долине? Интересно, кто будет класть кирпичи или плитку или строить свои здания, когда не останется никого, кто знает, как делать что-либо, кроме написания кода, интересно, создадут ли они для этого приложение? Зависимость от технологий приведет к гибели этой страны, проверка орфографии, калькуляторы и приложения сделали больше, чтобы задержать, а затем они были преимуществом.Даже не говорите мне о социальных сетях, мобильных телефонах и текстовых сообщениях.
5. Я не могу поверить, что есть даже программа для одаренных и талантливых людей, я думал, они упразднили программы ускоренного обучения 30 лет назад? Я имею в виду, что это такое, мы все одинаковые или что? Я согласен с тем, что следует поощрять одаренных учеников и развивать их способности, но не за счет других учеников.
6. Правительство финансирует образование неохотно, мягко говоря, но, клянусь Богом, они будут отступать, чтобы обеспечить финансирование абортов. Приоритеты?
7. Обучение? Что на самом деле входит в обучение? Учитель по определению; знает материал, который они преподают, и я думаю, что это все, что нужно. Учителям необходимо знать материал, и им нужно использовать лучший метод, чтобы они внушили эти знания учащимся и перестали беспокоиться о 37 различных способах представления информации этим учащимся. Просто перестаньте тратить время зря и перестаньте беспокоиться о том, чтобы всем было проще. Летняя школа, профессионально-техническое училище и неудачи имеют определенную причину, некоторым учащимся нужны разные формы мотивации.
8. Я твердо верю, что учителя и ученики стали слишком близки, и свидетельство этого появляется в вечерних новостях каждую неделю, когда ученик и учитель зашли слишком далеко. Учителя должны учить, а не быть друзьями и, конечно, не родителями или любовниками. Я не говорю, что учителям должно быть все равно, я говорю, что они не должны настолько вкладываться в ученика, чтобы переходить границы, оставайтесь профессиональными.
9. У меня нет слов, но если мы продолжим давать возможность и извиняться и продолжать принимать факты о бедных учениках, у нас будет и дальше неизлечимая болезнь.Найти лекарство — дело каждого. Бюрократы в округе Колумбия или в столице штата редко имеют проницательность или открытость, чтобы определить проблему, не говоря уже о том, чтобы предложить лекарство.
10. Я даже не буду реагировать на гендерный разрыв.
11. Я лично не понимаю проблемы отсева, жизнь — это выбор, а мы ведь живем в «свободной» стране? Я думаю, что проблема отсева является прямым результатом внушения, согласно которому колледж является обязательным. Если бы у этих детей были другие альтернативы, такие как ученичество, профессиональное училище или другие возможности, чтобы вписаться в общество, не только уменьшилось бы отсев, но я считаю, что злоупотребление наркотиками и алкоголем и самоубийства также уменьшились бы.Я имею в виду, насколько безнадежным было бы знать, что тебе нет места в обществе? Не все созданы для учебы в колледже или хотят приложить столько усилий после того, как истощили себя за последние 12 или 13 лет в школе. Я имею в виду, как бы они ни пытались сделать колледж доступным для всех с некоторыми из глупых уроков, которые они предлагают в наши дни, это все еще не имеет большого значения, если вы удовлетворены тем, что вносите свой вклад в общество другим способом.
12. Справедливости не существует вообще, мы все созданы по образу и подобию Бога, но никто никогда не говорил, что мы все равны.Физиологические, психологические, интеллектуальные и физические различия гарантируют, что равенство невозможно, а раса и пол даже не факторы.
13. Подотчетность и последствия важнее, чем технологии. Мы больше не учим детей порядочности, чести или смирению? Конечно, человек без угрызений совести и без чувства чести обманет, если представится возможность. Акцент делается больше на действии, а не на составе лица, совершившего это действие, или на его последствиях?
14.Так же, как обучение в армии является добровольным, и теперь учителя и солдаты должны знать, чего ожидать. Я устал слышать о том, как это тяжело и как неблагодарна работа. Полиция, медсестры, солдаты, учителя и бариста в местной кофейне имеют одно и то же общее: все они имеют дело с общественностью и неблагодарны, по крайней мере, бариста иногда может плевать кофе. Если вы не готовы преподавать, тогда бросьте, найдите что-нибудь, что приносит вам удовлетворение, и перестаньте тратить время зря.
15. Школьный год — ужасная идея, и я считаю, что если бы школы управлялись более эффективно, то все, чему нужно учить, можно было бы преподавать в отведенные сроки. Детям нужен перерыв, они должны быть детьми, и родителям тоже нужны перерывы.
16. Что измеряют достижения? Серьезно, что эти тесты действительно говорят о студентах? Я думаю, что тест достижений говорит о процессе и системе гораздо больше, чем о студентах. Я думаю, что они переоценены.
17. Я полностью согласен, мы должны учитывать, как меры безопасности в школе влияют на учащихся.Заборы из металлической сетки с колючей проволокой, фотоаппараты и запертые двери вызывают у меня образ тюрьмы, больше, чем школы. Этим бедным детям уже приходится иметь дело с социальными сетями, любопытными родителями, и теперь им в шею дышит старший брат. Неудивительно, что современные дети страдают от посттравматического стрессового расстройства и не справляются с этим. Мы живем в самой свободной стране в мире, и у нас слишком много детей в клетке, поэтому мы чувствуем себя в большей безопасности. Выясните, почему эти сумасшедшие, жестокие люди продолжают стрелять в школы, и решите эту проблему. Дети должны чувствовать себя в безопасности в школе, а не так, как будто их наказывают без причины.

18. Мое мнение о студентах с ограниченными возможностями не имеет значения, так как я, к счастью, не имею никакого опыта в этом вопросе.

Задачи в школе

Если вас что-то беспокоит в школе, важно как можно скорее поговорить с взрослым, которому вы доверяете, например с наставником или родителями / опекуном. Они могут помочь вам поговорить со школой о проблемах, с которыми вы боретесь, и о том, как вам нужна поддержка. Если ваша проблема связана с вашим учителем или репетитором, вы можете поговорить с другим учителем в вашей школе, с которым вам комфортно.

Если над вами издеваются в школе, вам нужно рассказать об этом кому-нибудь, например, вашему учителю или родителям / опекуну. Рассказав своему учителю о том, что происходит, это поможет вашей школе решить проблему. В вашей школе часто есть определенный способ помощи ученикам. У нас есть много дополнительной информации об издевательствах и о том, как вы можете получить здесь помощь.

Старайтесь проводить время с людьми, с которыми вам комфортно разговаривать. Если у вас проблемы с другими учениками или учителями, может помочь времяпровождение с семьей или друзьями вне школы.Они могут поддержать вас и напомнить, что люди действительно ценят вас.

Если у вас есть особые трудности, такие как дислексия, СДВГ, диспраксия или аутизм, вы можете получить поддержку у школьного координатора по особым образовательным потребностям (SENCO). SENCO помогут вам получить нужную поддержку во время уроков и могут оказать вам дополнительную помощь.

Если вы перестали посещать школу, сотрудник службы социального обеспечения будет работать с вами и вашей семьей, чтобы поддержать ваше возвращение в школу. Сотрудник по вопросам социального обеспечения может помочь вам получить необходимую поддержку, когда вы вернетесь в школу, включая такие вещи, как дополнительное финансирование от совета, чтобы помочь вашей семье оплатить школьное питание.

Если вы испытываете трудности в школе из-за стресса, давления или психического состояния, вам может потребоваться небольшая дополнительная поддержка. Попробуйте поговорить со своим терапевтом. Они могут работать с вами, чтобы понять, какая поддержка вам может понадобиться, например, психотерапия или консультирование. Ознакомьтесь с нашим руководством по разговору с вашим терапевтом, чтобы узнать больше о том, как ваш врач может вам помочь.

Как бы вы ни относились к тому, через что вы проходите в школе, вы заслуживаете получения необходимой помощи и поддержки.

Советы наших активистов

Наши активисты и блогеры делятся своими советами по преодолению проблем в школе:

История Бекки: я, моя школа и мое психическое здоровье

В школьные годы меня ставили в топ-наборы и давали дополнительную работу.Меня считали «отличником», что звучит здорово… не так ли? Но это означало, что на меня было так много давления, чтобы я хорошо сдал все экзамены и продолжал совершенствоваться, это действительно было горько-сладко.

Когда я пошел в 10-й класс, мое плохое настроение начало обостряться, что привело к тому, что я начала посещать школьного терапевта. Большая проблема, которую я обнаружил со школьным консультированием, заключалась в том, что мне приходилось бросать уроки, чтобы посещать занятия. Это оттолкнуло меня от работы — заставило меня больше нервничать, чтобы наверстать упущенное. Моя усталость и печаль полностью подавляли мою способность концентрироваться, только усиливая беспокойство. Это было похоже на замкнутый круг!

Мы с мамой пошли в школу, чтобы обсудить, как мне лучше всего помочь. У меня была отдельная комната для сдачи экзаменов. Это значительно снизило беспокойство по поводу входа в экзаменационный зал с 200 студентами. Мне удалось увидеть терапевта CAMHS вне школы, и она помогла мне научиться сохранять спокойствие.

Всем, кто испытывает трудности с учебой: помните, что экзамены важны, но ваше психическое здоровье превыше всего.

Чтобы продолжить чтение рассказа Бекки, посетите страницу «Я, моя школа и мое психическое здоровье.’

Для получения дополнительных советов и советов по решению проблем в школе посетите наши блоги:

10 вызовов, стоящих перед государственным образованием сегодня

Независимо от того, являетесь ли вы классным руководителем, школьным консультантом, параобразователем, водителем автобуса, работником кафетерия или школьным секретарем, каждый, кто работает в государственной школе, сталкивается с новым учебным годом, готовым заниматься любимой работой. Но они также готовы противостоять неоспоримым вызовам. Эти проблемы могут отличаться от округа к округу, от школы к школе, но ясно одно: голос педагогов нужен сейчас как никогда, и их профсоюзы предоставляют рупор.Наши учителя и школьный персонал не должны сами нести это бремя. Администраторы, родители, сообщества, законодатели должны внести свой вклад. Но поскольку мобилизация преподавателей, начавшаяся в начале этого года, так убедительно продемонстрировала — «Весна для педагогов», как ее называет президент NEA Лили Эскелсен Гарсия, — нация наконец прислушивается к тому, что они говорят.

Финансирование образования: где деньги?

Когда прошлой весной педагоги со всей страны вышли из своих классов, их послание было ясным: наши ученики заслуживают лучшего.Приняв это решение, они заявили, что больше не будет переполненных классных комнат с более чем 40 партами, никаких устаревших учебников, скрепленных резинками, и никаких дырявых потолков, сломанных светильников, заражений вредителями и сокращений в основных учебных программах необходимы для всестороннего образования.

«Мы действительно находимся в состоянии кризиса», — говорит Ноа Карвелис, педагог из Аризоны, где урезание финансирования государственных школ было более глубоким, чем где-либо еще в стране.

Финансирование государственных школ было резко сокращено по всей стране после чрезмерного и безрассудного снижения налогов.

Прошло более 10 лет после Великой рецессии, но многие штаты сегодня выделяют гораздо меньше денег своим школам, чем до кризиса. Наши школы рушатся, и педагоги массово уходят из профессии, не в силах выплатить студенческие долги или свести концы с концами из-за стагнации зарплат.

По данным в Центр приоритетов бюджета и политики.Семь штатов — Аризона, Айдахо, Канзас, Мичиган, Миссисипи, Северная Каролина и Оклахома — ввели снижение налогов на десятки или сотни миллионов долларов ежегодно вместо восстановления финансирования образования.

«Вдобавок к этой душевной боли новые учителя в нашем штате Северная Каролина никогда не знали ничего особенного, и многие даже считают, что нынешняя реальность нормальна», — говорит Тодд Уоррен, преподаватель испанского языка и президент Ассоциации преподавателей округа Гилфорд в Северной Каролине. . «В то время как богатая и корпоративная элита оправилась от рецессии 2008 года, учителя государственных школ и их ученики — нет.Учителя государственных школ Северной Каролины зарабатывают в среднем более чем на 11 процентов меньше, чем мы получали 15 лет назад, когда заработная плата корректировалась с учетом инфляции ».

Но больше всего от сокращения бюджета страдают студенты, особенно бедные. Государственное образование было для семей способом выбраться из бедности на протяжении нескольких поколений, но этот путь блокируется, когда школы не могут предложить достойное образование. Слишком часто учащиеся с низкими доходами попадают в школы с самым низким финансированием, меньшим количеством предметов снабжения, минимумом строгий учебный план и самые старые помещения и оборудование, согласно U.С. Комиссия по гражданским правам.

В среднем школьные округа тратят около 11000 долларов на учащегося каждый год, но районы с наибольшей бедностью получают в среднем на 1200 долларов на ребенка меньше, чем наименее бедные округа, в то время как округа, обслуживающие наибольшее количество цветных учащихся, получают примерно на 2000 долларов меньше, чем те, которые обслуживают наименьшее количество цветных студентов, говорится в исследовании.

Больше нет, — говорит Тодд Уоррен.

«Нас достаточно, чтобы сказать:« Довольно! »- говорит Уоррен. «Пришло время усилить нашу мощь.”

Присоединяйтесь к миллионам голосов, борющихся за учащихся государственных школ и преподавателей нашей страны. Примите клятву #RedforEd!

Обеспечение безопасности в школе

Опрос, проведенный в 2018 году исследовательским центром Pew Research Center через два месяца после стрельбы в школе в феврале этого года в Паркленде, штат Флорида, показал, что 57 процентов американских подростков обеспокоены тем, что стрельба может иметь место в их собственной школе. Каждый четвертый «очень обеспокоен» шансом.

Эти цифры ошеломляют, но неудивительны, учитывая серию школьных перестрелок, которые попали в заголовки газет в этом году и в предыдущие годы. После стрельбы в средней школе Колумбайн в Колорадо в апреле 1999 года более 187000 американских студентов подверглись насилию с применением огнестрельного оружия в школе.

Сытые по горло бездействием законодателей, студенты по всей стране в 2018 году возглавили национальное движение за привнесение здравого смысла в обсуждение.

Педагоги понимают, что если ученики не чувствуют себя в безопасности в школе, их успеваемость страдает.Первостепенная обязанность каждого члена сообщества — и политиков, которые их представляют, — помочь создать безопасное пространство для обучения.

Вооружение учителей и школьный персонал — это не ответ. Согласно опросу NEA, семь из 10 педагогов заявили, что вооружение школьного персонала будет неэффективным для предотвращения насилия с применением огнестрельного оружия в школах, а две трети заявили, что они чувствовали бы себя в меньшей безопасности, если бы школьный персонал был вооружен.

Педагоги США выступили против идеи о том, что большее количество оружия поможет спасти студенческие жизни.По состоянию на май 2017 года только один штат принял закон, обязывающий вооружать учителей и персонал.

«Мы не хотим быть вооруженными. Мы хотим, чтобы наши студенты получали более качественные услуги », — говорит Коринн МакКомб, преподаватель начальных классов из Норвича, штат Коннектикут.« Больше психологов и консультантов, которые могут присутствовать для студентов более одного дня в неделю или месяц. Нам нужны услуги для семей. У нас есть деньги, мы можем это сделать ».

Давление повышено

Кэти Реами, школьный консультант в средней школе Ла-Плата в Ла-Плате, штат Мэриленд., говорит, что эта тенденция очевидна.

«Честно говоря, в этом году у меня было больше студентов, госпитализированных из-за тревожности, депрессии и других проблем с психическим здоровьем, чем когда-либо», — говорит Рими, который также возглавляет собрание школьных советников NEA. «В наши дни так много всего происходит: давление, которое нужно приспособить, давление, чтобы достичь, давление социальных сетей».

Ничего не помогает, добавляет Дениз Поуп из Стэнфордского университета, что школы стали «скороваркой для студентов и сотрудников… и стресс учеников и учителей подпитывает друг друга.

Согласно исследованию Университета Миссури в 2018 году, 93 процента учителей начальной школы сообщают, что они «находятся в сильном стрессе».

Школы, испытывающие стресс, никому не полезны. Нет ничего плохого в небольшом давлении, небольшой нервозности по поводу экзамена или учителе, который хочет, чтобы ученики добились успехов. Мы все чувствуем давление, но происходит что-то еще.

Причины и совпадение стресса учителей и учеников вызывают растущую озабоченность в последнее десятилетие.Исследования неизменно показывают, что уровень стресса, особенно у начинающих преподавателей, заставляет многих из них уходить из профессии в течение пяти лет.

Учителям нужны адекватные ресурсы и поддержка в их работе, чтобы бороться с выгоранием и снижать стресс в классе. Если мы не будем поддерживать учителей, мы рискуем понести побочный ущерб ученикам.

Одним из решений для студентов может быть больше времени один на один с психологами и консультантами. Но это проблема, поскольку многие из этих позиций были сокращены и больше не возвращаются. Тем не менее, все больше и больше школ серьезно относятся к проблеме стресса и начали искать способы изменить политику в отношении домашних заданий, расписания уроков и более позднего начала занятий, чтобы облегчить давление, которое испытывают многие ученики.

«Люди, наконец, видят, что отрицательный стресс оказывает на тело, что он делает на психику и что он влияет на школьную активность», — говорит Поуп. «Школы и сообщества знают, что стресс — это проблема, и им нужны решения».

Лучший способ продвижения в дисциплине

Вспомните те времена, когда вы учились в средней и старшей школе.Помните неловкость, тревогу и тревогу, которые нависли над вами, как облако? «Ваши ученики, независимо от их поведения, вероятно, борются с теми же тревожными эмоциями», — говорит Робин Макнейр, координатор программы восстановительных практик в округе Принс-Джордж в Мэриленде.

«Когда вы смотрите за пределы поведения, когда вы по-настоящему смотрите на человека, стоящего за этим поведением, вы часто обнаруживаете крик о помощи», — говорит Макнейр, чья работа в Практике восстановительного правосудия (RJP) направлена ​​на резкое сокращение отстранений и исключений из школы. увеличить количество выпускников и изменить поведение студентов.

RJP оказался наиболее эффективным способом для педагогов прервать цепочку перехода от школы к тюрьме — общенациональной тенденции, когда дети — в основном дети с низким доходом и цветные дети — направляются из государственных школ в органы ювенальной и уголовной юстиции. системы посредством жесткой политики «нулевой терпимости» даже к незначительным нарушениям.

В 2013–2014 учебном году, по последним общенациональным данным, чернокожие учащиеся в три раза чаще подвергались дисквалификации как в школе, так и вне школы, чем белые ученики.

Вместо того, чтобы изгонять учеников за проступки, RJP стремится реинтегрировать их в класс или школьное сообщество, чтобы исправить ситуацию и научиться более позитивно решать проблемы.

Проще говоря, учащимся лучше учиться в школе, чем когда их выгнали и оставили наедине с собой в пустом доме или квартире, где участие суда становится более вероятным. Но все учащиеся, участвующие в RJP, даже те, кто непосредственно не участвует в конфликте, сообщают, что чувствуют себя в большей безопасности и счастливее.

Макнейр предполагает, что преподаватели стремятся создать сплоченное сообщество, даже семью, в своих классах с первого дня, чтобы ученики не только знали друг друга, но и искренне заботились друг о друге.

«Восстановительные методы используются не только после конфликта или инцидента. Эти методы позволяют нам активно строить сообщество в классе и в школе, налаживая отношения между учителями и учениками », — говорит Макнейр. «Когда ученики знают, что вы заботитесь о них, они с большей вероятностью будут следовать правилам и с большей вероятностью останутся в классе и будут выполнять работу», — добавляет МакНэйр.

Узнайте больше о восстановительной практике в школах.

Хронический невыход на работу

Согласно сбору данных о гражданских правах Министерства образования США (CRDC), около 8 миллионов учащихся пропустили более трех недель в школе в течение 2015-2016 учебного года по сравнению с 6,8 миллионами в предыдущем году.

Хронический пропуск занятий обычно определяется как пропуск 10 или более процентов учебного года. Это примерно 18 дней в году или два дня в месяц.Хронический невыход на работу обычно предшествует выбыванию из школы. А недоучки часто оказываются перед судом.

Педагоги, такие как Лоис Юкна, разработали новаторские идеи, призванные удерживать детей в школе. Другие могут узнать о том, что делает Юкна.

Более десятилетий Юкна был водителем школьного автобуса в округе Мидлсекс, штат Нью-Джерси. Сегодня Юкна работает инспектором по посещаемости школы в школьном округе Вудбридж в Нью-Джерси. Сейчас ее работа — следить за тем, чтобы ученики, попав в школу, остались.

Когда ученики не ходят в школу регулярно, Юкна тесно сотрудничает со студентами, родителями и судами, чтобы изменить ситуацию.

«Что-то нужно было сделать, потому что главная цель — дать образование учащимся, а они не могут получить образование, если не ходят в школу», — говорит Юкна.

Она заметила, что ученики, которые часто не приходили в школу, были теми же учениками, чье поведение во время посещения приводило к задержаниям, отстранению от занятий и иногда к проблемам с полицией.

Юкна и консультант из округа Вудбридж объединили свои усилия, чтобы придумать что-то, что подчеркивало бы восстановительные практики, а не отстранение от занятий, и побудило бы учеников вернуться и остаться в школе.

Поддерживаемая грантами NEA, программа открывает около 100 студентов «миру возможностей через стажировки, наставничество и поощрения за достижения». Родители проводят занятия по вопросам питания, здоровья и влияния социальных сетей и динамики семьи на обучение.«Они учатся мотивировать своих детей ходить в школу и делать все возможное», — говорит Юкна.

В первый год примерно 85 процентов студентов улучшили по крайней мере одну область: учеба, посещаемость или отношение. На втором курсе все студенты улучшили свои знания в каждой области. Лучше всего то, что среди участников, которые были пожилыми людьми, 100 процентов закончили обучение в 2017 году.

— предоставлено Джой Барксдейлом

Перед ESSA

В последние несколько лет школы и штаты по всей стране потратили много времени на разработку новых планов, совпадающих с Законом о достижении успеха каждого учащегося (ESSA), принятым Конгрессом в 2016 году.

Теперь, когда государственные планы реализации ESSA выполнены, чего ожидать преподавателям в новом учебном году?

Ожидается, что будет определено больше школ, нуждающихся в улучшении в соответствии с расширенной системой подотчетности закона. Некоторые штаты, например Вашингтон, уже опубликовали список школ, которые были определены с помощью множества показателей академической успеваемости и качества школ, а не только результатов тестов.

Проблема здесь в том, что, хотя система подотчетности была расширена, денег на поддержку дополнительных школ, определенных для улучшения, не было.Этим школам будет оказана поддержка. Наибольшая сумма денег будет отдана наивысшему приоритету и потечет вниз.

По мере продолжения учебного года руководителям округов необходимо будет разработать планы реализации ESSA, оставив школы, подлежащие усовершенствованию, с задачей создания своих собственных планов на местах. Поскольку в планы должны входить вклад педагогов — не только учителей, но и парапедагогов, медсестер, библиотекарей, консультантов и других специалистов по поддержке образования — это период, в течение которого голоса членов NEA будут иметь решающее значение.

«Будьте впереди», — рекомендует Донна Харрис-Эйкенс, директор департамента образовательной политики и практики NEA. «Возможно, что директор школы или суперинтендант в определенном месте еще не сосредоточен на этом».

Чтобы узнать, что доступно в их школах, преподаватели могут использовать Контрольный список возможностей NEA, короткий инструмент, основанный на критериях, для быстрой оценки того, что доступно в их школе, и Аудит возможностей, инструмент, внедренный в семи Великих государственных школах NEA ( GPS) критерии, которые касаются исследований и ресурсов, основанных на фактах, политики и практики, которые, как доказано, сокращают пробелы в возможностях и навыках.

Хотя некоторых может обескуражить мысль о включении большего числа школ в план улучшения, правда в том, что, несмотря на некоторые проблемы с финансированием, ESSA остается многообещающей возможностью.

Поддержка студентов без документов

(AP Photo / Jacquelyn Martin)

Если последние несколько месяцев указывают на проблемы, с которыми преподаватели столкнутся в связи с иммиграционным статусом студентов, им следует ожидать неуверенности и страха.

Это были эмоциональные американские горки для Мечтателей — молодых людей привезли в U.S. как дети, получившие защиту по программе Deferred Action for Baby Arrivals, или DACA, в течение пяти лет действия программы. В сентябре 2017 года президент Дональд Трамп отменил DACA. Пять месяцев спустя он пообещал сотрудничать с Конгрессом в защите иммигрантов без документов, которые незаконно въехали в страну в детстве. В апреле он написал в Твиттере: «DACA мертва» и «DACA DEAL больше нет».

«У нас много студентов в ожидании», — говорит Хьюго Арреола, лаборант кампуса школьного округа Феникс Юнион в Аризоне. Сам получатель DACA, он видит, что его ученики и сообщество в смятении. «Многие боятся продлевать свои заявки на DACA, беспокойство студентов усилилось, а люди по-прежнему напуганы. Окружающая среда очень напряженная ».

Уго Арреола

«Тяжело находиться в таком состоянии», — говорит Карен Рейес, 29-летняя учительница глухих дошкольников из Остина, штат Техас. Бывшая девочка-скаут, которая жила в США с двух лет, Рейес посещала государственные школы США от детского сада до аспирантуры, в конечном итоге получив степень магистра в области образования глухих и слуховых наук в Центре медицинских наук Университета Техаса в Сан-Антонио.

«В один момент у вас есть надежда, вы думаете, что сделка может произойти, а потом появляется твит, и люди думают, что вы вернулись к исходной точке», — говорит она. «Это не так, — объясняет она. «Но они не осознают всю проделанную нами работу, наших союзников и фундамент, который мы построили. Мы не вернулись к началу. Мы просто в обход ».

Арреола и Рейес — активные члены профсоюзов, помогающие информировать, вовлекать и расширять возможности иммиграционного сообщества в своих городах.

Через профсоюзы Арреолы, Ассоциацию образования Аризоны и Ассоциацию секретных служащих Феникса и местных союзников он участвует в различных семинарах, информационных форумах и тренингах, которые помогают информировать людей об их правах. «Все начинается на местном уровне и с того, чтобы у вас были представители, которые понимают реалии ситуации и то, как это влияет на их территорию», — объясняет Арреола.

Рейес была вовлечена в гражданские акции, спонсируемые ее местным профсоюзом Education Austin и United We Dream.

Педагоги могут принимать меры в своих сообществах для борьбы с неопределенностью и опасениями, с которыми сталкиваются учащиеся без документов. Посетите NEA Ed Justice, чтобы узнать больше о правилах школьного совета Safe Zone и инструментарии NEA «Знай свои права».

Наблюдая за ажиотажем новых технологий

Кажется, что каждые несколько месяцев преподавателей засыпают рассказами о следующем важном событии в классных технологиях — «игровом механизме», призванном «революционизировать» преподавание и обучение.Звучит знакомо? Должно. Образовательные технологии, несмотря на все их преимущества (а их много), часто становятся предметом вопиющей шумихи. В конце концов, нужно заработать много денег, и многие школьные округа, стремящиеся продемонстрировать, что их школы находятся на переднем крае, могут принимать довольно сомнительные решения о покупке.

Вспомните решение Объединенного школьного округа Лос-Анджелеса в 2013 году реализовать план стоимостью 1,3 миллиарда долларов, чтобы предоставить каждому учащемуся iPad с учебной программой Пирсона.Технические сбои и недостаток подготовки учителей — это лишь пара проблем, которые в конечном итоге подорвали инициативу.

Педагоги знают лучше, чем кто-либо, что здоровый скептицизм или, по крайней мере, осторожность в отношении новейших технологий в классе в конечном итоге принесет пользу их ученикам. Это стенд, на котором учителей заклеймили как устойчивых к изменениям, удобный и бесполезный ярлык. Это больше связано с тем, что лучше всего подходит для обучения студентов.

Хорошая новость заключается в том, что за последние несколько лет импульс к участию в последней шумихе несколько снизился, поскольку преподаватели сели за стол.Если вы хотите попробовать новейшие и лучшие технологии виртуального обучения, геймификации и персонализации, первым вопросом всегда будет «Что лучше для моих учеников?» Как говорит Трейси Мэтт, учитель искусств из Альбии, штат Айова. «Чтобы воспитывать независимых учеников, нужен отличный учитель. Это должно быть сделано с использованием передовых технологий, но это не должно отменять важность инструктора ».

Технологии будут продолжать развиваться, и за углом неизменно таится еще больше «игроков, меняющих правила игры».Возможно, они смогут произвести революцию в классе, но именно преподаватель лучше всего подходит для определения того, как и почему следует использовать новые технологии для наилучшего обслуживания учащихся.

Противодействие приватизации

Министр образования Бетси ДеВос, возможно, является наиболее заметным и стойким сторонником приватизации, но приватизация школ уже более 20 лет представляет собой угрозу для государственного образования и финансируется и поддерживается сетью корпоративных интересов. Их цель: использовать свои финансовые возможности и пропаганду, чтобы подорвать миссию государственных школ и позиционировать учащихся страны как товар, на котором можно получить значительную прибыль.

Тем не менее, назначение ДеВоса возглавить программу национального образования в 2017 году стало огромным толчком, поскольку чартерные школы и ваучерные программы немного теряли обороты. (Ваучеры отклонялись у урны для голосования каждый раз, когда их пытались использовать на референдуме.)

ДеВос — активный сторонник сокращения расходов на образование и высвобождения федеральных долларов для расширения чартерных и ваучерных программ по всей стране. Чартерные школы резко расширились с момента их открытия в 1992 году и в настоящее время обслуживают около 5 процентов учащихся страны.

Преподаватели, однако, полны решимости не допустить распространения ваучеров, как это сделали чартеры. Ваучерные схемы отнимают сотни миллионов долларов от учащихся государственных школ на оплату обучения в частных школах избранных.

Это «разрушительные и ошибочные схемы, в которых деньги налогоплательщиков используются для« экспериментов с образованием наших детей без каких-либо доказательств реальных, устойчивых положительных результатов », — говорит президент NEA Лили Эскелсен Гарсия.

Педагоги и активисты вносят огромный вклад в жизнь своих штатов, лоббируя законодателей с целью отклонения ваучеров (часто их сторонники переименовывают их в «сберегательные счета для образования» или «налоговые льготы на обучение»).

В 2018 году преподаватели Нью-Гэмпшира возглавили провал плана по созданию так называемых «сберегательных счетов для образования», которые отвлекали бы огромную часть денег налогоплательщиков из государственных школ на финансирование обучения некоторых учащихся в частных школах. Частные школы должны будут принимать государственные средства, но не предоставлять «никакого доступа к финансовым отчетам, данным об успеваемости учащихся и не говорить о том, как школа управляется», — говорит Меган Таттл, президент NEA-New Hampshire. «Отсутствие общественной ответственности за ваучерные фонды способствовало безудержному мошенничеству, растрате и злоупотреблениям в текущих ваучерных программах по всей стране.”

NEA: Стоимость ваучера для детей

Предложения по ваучерам

потерпели поражение в других штатах, но их сторонники безжалостны. Вот почему, по словам Дэвида Скиарры, исполнительного директора Образовательного юридического центра, активисты должны внимательно следить за продолжающимися усилиями по продвижению инициатив по получению школьных ваучеров и привлечению их к общественному вниманию.

«Необходимо проявлять бдительность в каждом штате, где губернаторы и ключевые законодатели поддерживают эти законопроекты, — говорит Скиарра.

Присоединяйтесь к борьбе со школьными талонами на vouchers.nea.org

Выбор лучших законодателей

Вы кричали на телевизор, когда слышали, как Бетси ДеВос путала профессионализм и рост во время слушания по подтверждению? Вас беспокоят такие отстраненные от общения законодатели, как Джон Аллен из Аризоны, который сказал, что учителя работают на второй работе, чтобы они могли позволить себе лодки и большие дома? Вас смущает тот факт, что некоторые законодатели Канзаса пытались обойти постановление верховного суда штата о том, что они должны исправить ужасное недофинансирование школ?

Реальность такова, что слишком мало выборных должностных лиц на местном уровне, уровне штата и на федеральном уровне обладают глубокими знаниями в области государственного образования, которые можно получить только в результате работы в качестве педагога.И это видно в их политике и их бюджетах.

Как будто обучения учащихся каждый учебный день недостаточно, вы также должны убедиться, что должностные лица понимают проблемы, с которыми вы сталкиваетесь в классе, и как добиться прогресса в их решении.

Главное — появиться и высказаться.

«Мы должны сделать так, чтобы наши голоса были услышаны людьми, которые принимают решения, влияющие на наши классы», — говорит учитель музыки из Мэриленда Джессика Фицуотер.

Балвир Сингх, учитель математики средней школы из Берлингтона, штат Нью-Йорк.J. выиграл место в Совете фрахтователей округа Берлингтон в ноябре. Сингх, выпускник программы NEA See Educators Run, ранее работал в местном школьном совете
.

«Избранные должностные лица должны понимать, что это не только доллары и центы, эти решения повлияют на всю жизнь студентов», — добавляет она.

Это означает, что вы должны показывать и делиться своей историей на собраниях школьных советов, в лобби с законодателями штата и в мэрии, когда члены Конгресса возвращаются домой.Посетите веб-сайт ассоциации штата и посетите следующее собрание местной ассоциации, чтобы узнать, как принять участие.

И если избранные вами лидеры все еще не слушают, поддержите тех, кто будет.

Ноябрь этого года дает критическую возможность выбрать (или переизбрать) кандидатов, выступающих за общественное образование, которые не связаны с теми, кто хочет приватизировать образование, и которые готовы слушать педагогов и родителей.

Педагоги — надежные избиратели.Но вы также можете вдохновить других пойти на опросы про-общественных кандидатов.

Латвала Диксон, учитель математики в средней школе Колумбийского университета в Лейк-Сити, штат Флорида, говорит, что разговоры с людьми о важности голосования в прошлые избирательные циклы сделали ее еще более увлеченной проблемами, которые затрагивают ее как педагога и гражданина.

«Я говорю многим людям: если вы не воспользуетесь своим правом голоса, вы его потеряете», — говорит Диксон. Некоторые люди, с которыми она разговаривает, — друзья, знакомые, коллеги — ответили с энтузиазмом, но другие указывают, что не верят, что их голос имеет значение.

«Так что у вас всего один голос? Ваш голос имеет значение, — решительно говорит Диксон. «Что, если бы все вы,« только один голос », вышли и проголосовали? Это действительно могло переломить ситуацию ».

Вот еще один способ убедить избранных лидеров вкладывать средства в школы — стать одним из них сам! Если вы планируете баллотироваться или поддерживать своего коллегу, баллотирующегося на должность, ознакомьтесь с программой обучения кандидатов NEA для членов по адресу SeeEducatorsRun.org .

реальных школьных проблем, которые негативно влияют на обучение

Школы ежедневно сталкиваются с несколькими проблемами, которые негативно влияют на обучение учащихся.Администраторы и учителя упорно работать, чтобы преодолеть эти проблемы, но это часто бывает трудно. Независимо от стратегии, которую реализуют школы, есть некоторые факторы, которые, вероятно, никогда не будут устранены. Однако школы должны делать все возможное, чтобы свести к минимуму влияние этих проблем при максимальном обучении учащихся. Обучение студентов — сложная задача, потому что существует множество естественных препятствий, мешающих обучению.

Не каждая школа столкнется со всеми обсуждаемыми проблемами, хотя большинство школ по всей стране сталкиваются с более чем одной из этих проблем.Общий состав сообщества, окружающего школу, оказывает значительное влияние на саму школу. Школы, сталкивающиеся с большой частью этих проблем, не увидят значительных внутренних изменений, пока внешние проблемы не будут решены и изменены внутри сообщества. Однако многие из этих проблем можно считать проблемами общества, преодолеть которые школам может быть практически невозможно.

Плохие Учителя

Подавляющее большинство учителей эффективно выполняют свою работу, зажатые между хорошими учителями и плохими учителями.Хотя плохие учителя составляют небольшой процент педагогов, они часто являются теми, кто создает наибольшую известность. Для большинства учителей, это расстраивает, потому что большая часть работы трудно каждый день, чтобы гарантировать, что их студенты получают качественное образование с фанфарами.

Плохой учитель может значительно отбросить ученика или группу учеников. Они могут создать значительные пробелы в обучении, что значительно усложнит работу следующего учителя. Плохой учитель может создать атмосферу, полную проблем с дисциплиной и хаоса, создавая шаблон, который чрезвычайно трудно сломать.Наконец, что, пожалуй, наиболее разрушительно, они могут подорвать уверенность и моральный дух ученика. Последствия могут быть катастрофическими, и их практически невозможно исправить.

Это причина того, что администраторы должны принимать разумные решения о найме. К этим решениям нельзя относиться легкомысленно. Не менее важен процесс оценки учителей. Администраторы должны использовать систему оценки, чтобы принимать обоснованные решения при удержании учителей год за годом. Они не могут бояться выполнить необходимую работу, чтобы уволить плохого учителя, который навредит ученикам в округе.

Проблемы с дисциплиной

Проблемы с дисциплиной отвлекают, а отвлечения складываются и ограничивают время обучения. Каждый раз, когда учителю приходится решать вопрос дисциплины, он теряет ценное учебное время. Кроме того, каждый раз, когда студента направляют в офис по направлению к дисциплине, он теряет ценное учебное время. Любая проблема с дисциплиной приведет к потере учебного времени, что ограничивает учебный потенциал студента.

Учителя и администраторы должны иметь возможность свести к минимуму эти сбои.Учителя могут делать это, создавая структурированную среду обучения и вовлекая учащихся в увлекательные, динамичные уроки, которые увлекают их и не дают им скучать. Администраторы должны создать хорошо написанные политики, обеспечивающие подотчетность учащихся. Им следует обучать родителей и учащихся этой политике. Администраторы должны быть твердыми, справедливыми и последовательными при решении любых вопросов дисциплины учащихся.

Отсутствие финансирования

Финансирование оказывает значительное влияние на успеваемость учащихся.Отсутствие финансирования обычно приводит к увеличению размеров классов, а также к меньшему количеству технологий и учебных материалов, и чем больше у учителя учеников, тем меньше внимания он может уделять отдельным ученикам. Это может стать значительным, если у вас в классе от 30 до 40 студентов с разным академическим уровнем.

Учителя должны быть оснащены интересными инструментами, охватывающими стандарты, которые они должны преподавать. Технологии — это огромный академический инструмент, но их также дорого покупать, поддерживать и обновлять.Учебная программа в целом постоянно меняется и нуждается в обновлении, но принятие учебных программ в большинстве штатов осуществляется с пятилетними циклами. В конце каждого цикла учебная программа полностью устаревает и физически изнашивается.

Отсутствие мотивации студентов

Многие ученики просто не заботятся о том, чтобы посещать школу или прилагать усилия, необходимые для поддержания своих оценок. Крайне неприятно иметь группу студентов, которые присутствуют только потому, что они должны быть. Немотивированный ученик может изначально быть на уровне своего класса, но он будет отставать только для того, чтобы однажды проснуться и понять, что уже слишком поздно, чтобы наверстать упущенное.

Учитель или администратор могут сделать лишь определенное количество усилий, чтобы мотивировать ученика: в конечном счете, ученик должен решить, стоит ли ему меняться. К сожалению, в национальных школах есть много учеников с огромным потенциалом, которые предпочитают не соответствовать этим стандартам.

Превышение мандата

Федеральные и государственные мандаты сказываются на школьных округах по всей стране. Каждый год возникает так много новых требований, что у школ нет времени или ресурсов для их успешного выполнения и поддержки.Большинство распоряжений принимается с добрыми намерениями, но интервалы между ними ставят школы в затруднительное положение. Они часто недофинансируются или не финансируются и требуют много дополнительного времени, которое можно было бы потратить на другие важные области. У школ не хватает времени и ресурсов для выполнения многих из этих новых требований.

Плохая посещаемость

Студенты не могут учиться, если они не в школе. Пропуск всего 10 дней в школе от детского сада до 12 класса означает пропуск почти всего учебного года к моменту окончания учебы.Некоторые студенты могут справиться с плохой посещаемостью, но многие, у кого есть хронические проблемы с посещаемостью, отстают и остаются позади.

Школы должны привлекать учащихся и родителей к ответственности за постоянные чрезмерные пропуски занятий и должны иметь твердую политику посещаемости, которая конкретно учитывает чрезмерные пропуски занятий. Учителя не могут выполнять свою работу, если ученики не обязаны приходить каждый день.

Плохая родительская поддержка

Родители обычно являются наиболее влиятельными людьми во всех аспектах жизни ребенка.Это особенно верно, когда речь идет об образовании. Обычно, если родители ценят образование, их дети будут успешными в учебе. Вовлечение родителей необходимо для успеха в учебе. Родители, которые закладывают для своих детей прочную основу до начала учебы в школе и участвуют в ней в течение всего учебного года, извлекут пользу из успехов своих детей.

Напротив, родители, которые минимально вовлечены в образование своего ребенка, оказывают значительное негативное влияние.Это может сильно расстраивать учителей и вести к постоянной тяжелой битве. Часто эти учащиеся отстают, когда они идут в школу из-за недостаточной осведомленности, и им чрезвычайно трудно наверстать упущенное. Эти родители считают, что обучение — это работа школы, а не их, тогда как на самом деле для успеха ребенка необходимо двойное партнерство.

Бедность

Бедность оказывает значительное влияние на обучение студентов; в поддержку этой предпосылки было проведено много исследований.Студенты, живущие в богатых, хорошо образованных домах и общинах, гораздо более успешны в учебе, тогда как те, кто живет в бедности, обычно отстают в учебе.

Бедность — это трудное препятствие. Оно следует из поколения в поколение и становится общепринятой нормой, что делает невозможным его нарушение. Хотя образование играет важную роль в преодолении тисков бедности, большинство этих студентов настолько отстают в учебе, что никогда не получат такой возможности.

Сдвиг в фокусе обучения

Когда школы терпят неудачу, администраторы и учителя почти всегда берут на себя всю вину. Это отчасти понятно, но ответственность за обучение не должна ложиться исключительно на школу. Это отложенное смещение ответственности за образование является одной из главных причин предполагаемого упадка государственных школ в Соединенных Штатах.

Учителя сегодня делают гораздо лучшую работу по обучению своих учеников, чем когда-либо.Однако время, затрачиваемое на обучение основам чтения, письма и арифметики, значительно сократилось из-за возросших требований и обязанностей по обучению многим вещам, которые раньше преподавались дома.

Каждый раз, когда вы добавляете новые требования к обучению, вы отнимаете время, потраченное на что-то другое. Время, проводимое в школе, редко увеличивается, однако на школы ложится бремя добавления таких предметов, как половое воспитание и личная финансовая грамотность, в свое ежедневное расписание без увеличения времени для этого. В результате школы были вынуждены жертвовать критическим временем на основные предметы, чтобы гарантировать, что их ученики будут знакомиться с этими другими жизненными навыками.

школьных задач — Triumph Youth Services

Какие школьные проблемы? Школьные проблемы — это проблемы, с которыми может столкнуться подросток, которые влияют на его / ее успеваемость в школе. Без вмешательства проблемы могут перерасти в бросание школы, снижение самооценки, участие в несоответствующих или рискованных действиях и проблемы с законом.

Примеры школьных задач

Серьезность школьных проблем диктует курс действий, необходимый, чтобы помочь вернуть подростка на путь успеха. Часто разговор с подростком может помочь вам получить представление о том, что происходит, и вы можете предложить предложения, которые помогут решить проблему. Если это не удается, иногда удаление вашего сына из его окружения является решением, чтобы дать ему другую точку зрения и возможность начать все сначала, чтобы добиться успеха.

Triumph Youth Services предлагает полную академическую программу для всех типов студентов. Некоторые ученики отстают в школе, нуждаются в частичных зачетах за занятия или борются с вниманием, поведенческими, эмоциональными или другими недостатками, которые мешают их академической успеваемости. Мы предоставляем и включаем полную академическую оценку, когда вашего сына зачисляют, чтобы помочь определить потенциальную инвалидность и контролировать академический рост.

Есть ли у вашего сына индивидуальный план обучения (IEP)? IEP разрабатывается родителями и школьным персоналом, например учителями, персоналом специального образования, школьным психологом, школьным консультантом и т. Д.IEP описывает сильные и слабые стороны учащегося, необходимые услуги специального образования, цели и измеримые задачи, а также условия учебной аудитории, которые необходимы учащемуся для достижения успеха. Педагоги Triumph Youth Services будут работать с текущим IEP вашего сына, помогать и отслеживать его успеваемость, а также сотрудничать с вашим школьным округом.

Triumph Youth Services предлагает небольшую, хорошо структурированную среду семейного типа для молодежи. Это семейное сообщество способствует созданию социальной среды, которая приобретает как терапевтические, так и лечебные свойства, вместо того, чтобы поддерживать негативное поведение.

Наш подход когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) использует индивидуальную терапию в сочетании с групповой и семейной терапией для лечения проблем каждого подростка. Такой подход учит навыкам совладания и решения проблем, управлению гневом и правильным способам общения. В дополнение к терапии, культура позитивных сверстников, используемая в учреждениях молодежных служб «Триумф», помогает молодежи справиться со своими проблемами и развить навыки для личного прогресса.

Triumph Youth Services предоставляет ежедневную группу жизненных навыков.Цель нашей программы обучения жизненным навыкам — научить ученика новому набору реакций на социальные ситуации, а также тому, как интегрировать его поведение с другими в окружающей среде. Наши сотрудники обучаются и поощряются к тому, чтобы быть эффективными лидерами, выступая в качестве учителей или тренеров, которые возлагают на молодых людей ответственность за работу над проблемами и действуют в качестве лиц, устанавливающих ограничения, хороших слушателей и моделирующих соответствующие реакции на различные ситуации.

Врачи Triumph Youth Services хорошо обучены и имеют большой опыт работы с подростковой молодежью.Наши врачи лицензированы и одобрены в качестве специалистов в области психического здоровья для оказания индивидуальной, групповой и семейной терапии.

Позвоните в молодежную службу «Триумф». Мы здесь, чтобы помочь.

Панель

School of Education исследует решения проблем доступности Интернета среди учащихся по всей стране — The Cavalier Daily

Школа образования и человеческого развития провела в четверг дискуссию, посвященную устранению препятствий на пути к справедливому дистанционному обучению. Группа обсудила, как устранить препятствия на пути дистанционного обучения, такие как отсутствие широкополосных сетей во многих сельских районах и доступность, с которыми сталкиваются миллионы студентов в Соединенных Штатах.

В дискуссии приняли участие конгрессмен Грейс Менг, исполняющая обязанности председателя Федеральной комиссии по связи Джессика Розенворсель и Ларри Ирвинг, администратор Национального управления по телекоммуникациям и информации при президенте Клинтоне. Президент университета Джим Райан модерировал дискуссию.

Участники дискуссии обсудили национальный «цифровой разрыв», когда многие городские и сельские районы с низким доходом, особенно те, которые населены цветными сообществами, не имеют базового доступа к Интернету, что резко контрастирует с миллионами людей, которые могут воспринимать свой доступ к надежному Интернету как должное. .По мнению участников дискуссии, этот разрыв имеет последствия для миллионов учеников в школе, поскольку ставит их в невыгодное положение в учебе, затрудняя их доступ к обучению в классах и выполнение домашних заданий онлайн.

«У детей с интеллектом и талантом не будет возможности добиться такого же успеха», — сказал Ирвинг. «[Это] не по их собственной вине, а потому, что у них нет необходимых инструментов».

Ирвинг считает, что существующих способов решения этой проблемы недостаточно, поскольку, по его словам, «мы боролись с сельской проблемой, а не с проблемой бедности.”

Ирвинг также выразил уверенность в возможности решения проблемы цифрового разрыва в будущем с приходом администрации Байдена, но сказал, что нации требуется как «воля, так и кошелек» для решения этой проблемы. Во время президентства Трампа Ирвинг сказал, что предпринимались менее чем удовлетворительные усилия для решения проблем, связанных либо с онлайн-обучением, либо с доступностью в Интернете.

Участники дискуссии подчеркнули, что насильственный переход пандемии к онлайн-обучению усугубил цифровой разрыв, сделав различия между расовыми и социально-экономическими классами еще более очевидными.

«Я был удивлен, увидев, что одна и та же проблема возникает в очень разных регионах — учителя могут преподавать с новыми инструментами, но когда они назначают домашнее задание, они не могут быть уверены, что все ученики будут иметь к нему доступ», — сказал Розенворсель.

Rosenworcel назвал это явление «пробелом в выполнении домашних заданий», которое относится к учащимся, не имеющим надежного доступа к широкополосному Интернету дома, и считает, что это требует внимания с точки зрения равенства в образовании.По словам Розенворсела, от 16 до 17 миллионов студентов не могут выполнять домашние задания из-за отсутствия доступа к образовательным онлайн-ресурсам.

Розенворсель сказал, что программу E-Rate, которая была создана как побочный продукт Закона о телекоммуникациях 1996 года, чтобы обеспечить доступ к Интернету в школах и библиотеках США, необходимо распространить на дома, чтобы учащиеся вообще могли подключаться к Интернету. раз, убедившись, что «ни один ребенок [не] оставлен офлайн».

Rosenworcel также обсудил менее масштабные решения, такие как разрешение учащимся брать точки доступа Wi-Fi в библиотеке, покрытие сообществ широкополосным доступом, чтобы каждый учащийся имел доступ к Интернету, и использование системы «Wi-Fi на колесах», которая включает установку маршрутизаторы в школьных автобусах, которые затем останавливаются в районах с низкой доступностью в Интернет.

Мэн сказала, что она оценила недавний рост интереса к доступности Интернета в результате пандемии. До этого она указала, что дискуссии о равном доступе к образованию и возможностям основывались на предположении, что каждый имеет надежный доступ к Интернету, что, по словам Мэн, следует рассматривать как право человека в наши дни.

«У нас есть неотъемлемая обязанность — убедиться, что у наших студентов есть инструменты, необходимые для достижения успеха», — сказал Мэн.

Группа также обсудила барьеры, препятствующие расширению сетей в сельских районах, в том числе отсутствие достаточных и целенаправленных расходов федерального правительства на инфраструктуру. По словам Ирвинга, срочно необходимо не только подключить людей к сети в краткосрочной перспективе, но и убедиться, что есть доступный способ поддерживать их на связи в будущем.

Мэн внесла некоторый оптимизм в обсуждение, объяснив законопроект, подготовленный Целевой группой по сельскому широкополосному доступу во главе с Кнутом большинства Палаты представителей Джеймсом Э. Clyburn — который включает предложение об использовании 100 миллиардов долларов для создания инфраструктуры высокоскоростной широкополосной связи в недостаточно обслуживаемых сообществах.

Группа также обратила внимание на важность доступа к широкополосному Интернету для студентов, включая его влияние на экономику и занятость. Ирвинг указал, что экономическое неравенство, такое как рост безработицы среди рабочих, усугубленное пандемией, во многом связано с доступом людей к технологиям, особенно для тех, чья работа не позволяет им удобно работать из дома.В качестве примера Ирвинг остановился на Квинсе, где малые предприятия, которые не могли продолжать свой бизнес в Интернете, были вынуждены закрыться.

Тем не менее, Розенворсель сказал, что у перехода к онлайн были некоторые положительные стороны, потому что мы «начинаем понимать, что возможно» с Интернетом, особенно в отношении услуг телездравоохранения, которые значительно расширились в условиях пандемии. Тем не менее, по-прежнему необходимо «достучаться до некоторых общин, которые остались позади».

Отвечая на вопрос аудитории, выступающие сказали, что «шуметь» — это один из главных катализаторов введения нового законодательства и стимулирования изменений.Розенворсель также подчеркнул важность сбора данных о доступе студентов в Интернет.

«Если школьные округа подсчитают, какие домохозяйства подключены, а какие нет, это может помочь правительству оценить размер и форму цифрового разрыва и что именно необходимо сделать для его устранения», — сказала она.

Список общих основных проблем, с которыми сегодня сталкиваются учащиеся в школе

Несчастный ребенок

Обращайтесь: Если вы думаете, что ваш ребенок расстроен, то первым, с кем вам нужно связаться, — это классный руководитель.

Лучший подход: Не стоит резко загонять учителя вашего ребенка в угол. Да, вы должны волноваться, но поспешность может только усугубить проблему. Вы можете назначить встречу с учителем после школы, во время которой вы сможете подробно обсудить проблему. Встреча должна быть неформальной, но подготовьте несколько заметок о том, что сказать и ожидаемых результатах.

Также проверьте — Список школьных принадлежностей 2018-19

Что служит доказательством: Приведите четкие примеры ситуаций, из-за которых ваш ребенок становится несчастным.Кроме того, приготовьте примеры того, как их несчастья влияют на учебу и школьную жизнь. Важно указать явные инциденты, чтобы они не казались расплывчатыми.

Порядок действий: Завершите встречу, подтвердив сказанное учителем, чтобы избежать неуверенности. Вы можете сделать это устно, письмом или по электронной почте. Запланируйте повторную встречу примерно через неделю, чтобы следить за прогрессом.

Борьба за школьную работу

Обращайтесь: Классный руководитель вашего ребенка — лучший человек, с которого можно начать.

Лучший подход: Еще раз назначьте встречу и не полагайтесь на встречи родителей с учителями, поскольку другие родители тоже ждут своей очереди. Во время беседы объясните, что вас беспокоит, и объясните, испытывает ли ваш ребенок трудности по определенному предмету или он в целом плохо успевает. Слушайте предложения учителя и внимательно следуйте им. Обязательно выполняйте все домашние дела, которые они рекомендуют.

Что служит доказательством: Вы можете предъявить школьную справку с конкретной плохой оценкой или две работы, выполненные с перерывом в год, что свидетельствует о более медленной успеваемости вашего ребенка.

Как действовать дальше: Координатор по вопросам специального образования (SENCO) может потребоваться, если проблема не исчезнет. Эта дополнительная поддержка может даже помочь учащимся, у которых нет диагноза особых образовательных потребностей.

У учителя проблемы с моим ребенком

Поговорите с: В этой ситуации вам не следует напрямую противостоять учителю, а лучше подойти к члену группы высшего руководства (SLT), например, к руководителю Key Stage или заместителю руководителя.

Лучший подход: Будьте осторожны! Вам не следует начинать резко говорить об учителе, а лучше сосредоточиться на обсуждении чувств ребенка. Вы должны сначала изложить свои опасения в письменном виде, прежде чем идти на личную встречу, чтобы дать руководству школы больше времени для разговора с учителем.

Что служит доказательством: Постарайтесь найти примеры случаев, когда, по вашему мнению, учитель вел себя по-другому с вашим ребенком. Сосредоточьтесь и четко изложите то, что вы хотите сказать! Сказать, что «мисс Браун жестоко обращалась с моим сыном», очень двусмысленно.Вместо этого скажите: «Мисс Браун попросила только моего сына остаться в заключении, пока весь класс не присутствовал на собрании».

Порядок действий: Дайте школе достаточно времени для решения проблемы, но если проблема остается без внимания слишком долго, попросите о встрече с директором школы.

Моему ребенку необходимо специальное образование

Поговорите с: Лучше всего говорить с учителем и SENCO одновременно.

Лучший подход: В этой ситуации вам нужно будет записаться на прием в школу.Изучите правила школы в отношении потребностей в специальном образовании, в которых объясняется, чего вы можете ожидать от школы в программах специального образования. Кроме того, вы можете обратиться за советом в местную службу родительского партнерства, которая предлагает советы и поддержку родителям и опекунам детей и молодых людей с особыми образовательными потребностями.

Что служит доказательством: Запишите все трудности, с которыми сталкивается ваш ребенок, и включите примеры того, как они мешали его или ее учебе.Имейте в виду, что особые образовательные потребности могут также включать социальные и поведенческие проблемы, трудности с чтением и письмом, проблемы с вниманием и пониманием и даже физические потребности.

Как действовать дальше: Подождите, пока школа примет меры; если они обнаружат, что вашему ребенку необходимо специальное образование, они организуют поддержку для нужд специального образования в кампусе. По более сложным вопросам запрашивайте оценку потребностей в сфере образования, здравоохранения и ухода. Спросите подробности о сроках и процедурах обратной связи.

Мой ребенок не хочет ходить в школу

Обращайтесь: Обратитесь к классному руководителю вашего ребенка. Он или она, возможно, уже знают о проблеме, но вы также можете привлечь члена SLT.

Лучший подход: Опять же, мы советуем вам назначить встречу для обсуждения проблемы и выработки стратегии. Вам следует попытаться привлечь к участию старшего сотрудника, особенно если стратегия требует, чтобы ваш ребенок отклонился от рутины, например, пошел прямо в класс, а не стоял в очереди.

Что служит доказательством: Поговорите со своим ребенком об их чувствах к школе и о том, почему они не хотят ходить в школу. Делайте заметки во время обсуждения.

Как действовать дальше: Подтвердите план в конце встречи, устно или письменно. После этого запрашивайте регулярные встречи, чтобы следить за успехами вашего ребенка.

Кто-то издевается над моим ребенком

Обратитесь к: Изначально лучше всего связаться с классным руководителем вашего ребенка.Если хулиган не исправляется, тогда вы должны привлечь другого старшего сотрудника, например, заместителя директора или директора школы.

Лучший подход: Запишите все, что вас беспокоит, и попросите о встрече, чтобы обсудить все, что вас беспокоит. Ознакомьтесь с политикой школы в отношении издевательств, чтобы иметь четкое представление о том, как школа может помочь вам, и о своих обязательствах. Вы также можете вносить в школу предложения по определенным вопросам, которым они не следуют.

Что служит доказательством: Вести журнал со всеми случаями издевательств, их временем, подробностями о свидетелях и описаниями инцидентов. Обсудите примеры, которые ясно показывают, что издевательства явно влияют на школьную и семейную жизнь вашего ребенка.

Как действовать дальше: Школа должна немедленно предпринять необходимые шаги. Спросите в школе график и назначьте еще одну встречу, чтобы разобраться в ситуации. Сохраните копии всей переписки на случай, если вам нужно будет обсудить этот вопрос с губернаторами — это будет следующим шагом, если проблема не исчезнет.

У меня проблема со школой

Обращайтесь: Незначительные проблемы можно адресовать непосредственно классному руководителю, а серьезные проблемы следует обсуждать с директором школы или управляющими.

Подход, которому следует следовать: Небольшие недоразумения не требуют особого внимания и могут быть легко решены путем разговора с учителем после школы или даже путем письменного общения в виде заметки. Но если вы хотите оформить жалобу официально, ознакомьтесь с процедурами школы.Они расскажут вам, с кем вам следует поговорить и какого руководства вы можете ожидать от школы.

Что служит доказательством: Точно так же, как вы должны вести журнал запугивания, вы должны вести журнал всей школьной переписки по этому поводу.