Разное

Подростковые группировки ауе: Новая газета — Novayagazeta.ru

Содержание

Движение «АУЕ» признано экстремистским — новости Право.ру

По информации РЕН ТВ, Верховный суд удовлетворил административное исковое заявление Генпрокуратуры и признал движение «АУЕ» («арестанский уклад един» или «арестантское уркаганское единство») экстремистской организацией, запретив ее деятельность на территории России. Заседание проходило в закрытом режиме.

Отмечается, что решение может быть обжаловано в течение 14 дней.

В этом сюжете
  • 15 июля, 14:48

  • 3 октября, 12:50

  • 19 февраля, 16:02

Ранее Генеральная прокуратура поручила региональным ведомствам усилить профилактику вовлечения подростков в деструктивную деятельность, в том числе в криминальные субкультуры «АУЕ».

Считается, что движение зародилось в Забайкальском крае. Полицейские в 2011 году выявили банду, которая орудовала в одном из поселков. В группировку входили порядка 20 человек в возрасте от 15 до 22 лет. Впоследствии выяснилось, что участники ОПГ навязывали воровские идеи в школе, в частности, в начальных классах.

Сейчас движение получило широкое распространение в 40 регионах России. Насчитывается до 34 активных приверженцев «АУЕ». С 2017 по 2020 год полицейские пресекли деятельность 31 молодежной группировки. К уголовной и административной ответственности привлечены более 40 членов подростковых банд.

В соцсетях идет активное распространение идеологии движения. Так, во «ВКонтакте» выявлено 30 000 таких групп, на которые подписаны до 6,5 млн человек, в «Одноклассниках» – 14 000 групп и 500 000 подписчиков, в Instagram – 22 страницы и 108 000 подписчиков, в Facebook – 12 страниц и 600 000 подписчиков. На видеохостинге YouTube порядка 2 млн каналов, которые размещают видео, вызывающие симпатию молодых людей к тюремным понятиям.

Опасные молодёжные движения, или что такое АУЕ

В России сформировалась новая опасная молодёжная субкультура, известная в стране под аббревиатурой АУЕ. Она в считанные годы распространилась почти по всей территории страны, массово внедряясь в школы, интернаты и ПТУ. 

Основной контингент – дети в возрастеот 10 до 17 лет.

В последнее время все чаще в российских СМИ начали освещать движение АУЕ,пропагандирующее криминальные традиции, сложившиеся в местах лишения свободы, асоциальное поведение, недопустимость осуществления трудовой деятельности, престижность совершения преступлений, вымогательство у сверстников денежных средств для передачи содержащимся в исправительных учреждениях лицам. 

1. Как расшифровывается АУЕ?

Вероятнее всего расшифровка АУЕ — «Арестантский уклад един». Есть и второй почти равнозначный «перевод» — «Арестантское уркаганское единство». Подростки, участвующие в движении, всячески превозносят тюремную романтику, а на претензии учителей и родителей безапелляционно отвечают: «Это ж новая молодежная культура!».

Если отбросить лишние атрибуты и условности, АУЕ — это молодежное движение уже давно федерального уровня, которое прославляет тунеядство, культ силы и — в определенных случаях — поощряет грабежи и воровство.

О классическом трудоустройстве члены АУЕ даже не думают. Трудиться для них, мягко скажем, унизительно. Подростки в системе 

АУЕ чуть ли не сразу после школы стремятся попасть на зону. Именно там они намерены получить «высшее образование». Как раз этим можно объяснить ненависть «ауешников» к полиции: такие подростки не считают зазорным нападать на малочисленные патрули. Избили, морально унизили, облили кислотой… Что ж, добро пожаловать в тюрягу!

2. Как отражается «деятельность» АУЕ на обычных школьниках?

Участники группировок, активисты требуют мзду со своих же одноклассников — так называемые «гревы на зону». Почему на зону? Почти все денежные поборы уходят кураторам движения, что сидят в реальных тюрьмах, — криминальным авторитетам и идеологам АУЕ.

Если школьники отказываются платить, «ауешники» пытаются вытребовать деньги с их рдителей. Доходит до грабежей и вымогательств, в некоторых случаях это уже заканчивалось убийствами.

3. Как распространяется этот вирус по России?

В социальных сетях ежедневно появляются десятки специализированных групп, посвященных АУЕ. В них на сегодняшний момент зарегистрированы тысячи подростков. Порой такие сообщества прикрываются названиями известных компьютерных игр или же обсуждением банальных подростковых проблем. А вот договоренности и обмен информацией происходит как раз в комментариях к, казалось бы, нейтральным постам.

4. Почему «ауешники» стараются быть вне информационного поля?

Тут все вполне логично. «Никаких комментариев журналистам и полицейским!» — один из самых главных принципов движения. Тут, как и в обычной тюрьме, действует принцип иерархической лестницы.

Промежуточным лидерам важно быть в тени, чтобы избежать проблем с правоохранительными органами.

«Опущенные» (униженные, оскорбленные, а иногда действительно подверженные регулярному сексуальному насилию) школьники также не хотят светиться – по вполне понятным причинам.

5. Можно ли покинуть группировку?

 «Тюрьма еще никого не отпускала», — один из главных заветов АУЕ. Школьников, которые только лишь намереваются покинуть группировку, ждут проблемы. Хочешь сложностей? Раз — и ты в одно мгновение слывешь «опущенным», ну, например.

 

Признаки, по которым можно определить, что ваш ребенок находиться под влиянием АУЕ:

1. Появились признаки суицидального поведения: пониженное настроение, резкие перепады настроения, повышенная эмоциональная чувствительность, раздражительность, плаксивость, потеря аппетита, тревожность, снижение внимания, апатия, бессонница или повышенная сонливость и т.

д.

2. Ребенок старается что-то скрыть.

3. Появление на кожных покровах детей странных рисунков, надписей воровской направленности.

4. Появление в лексиконе несовершеннолетнего характерного «блатного жаргона»

5. Ребенок начинает интересоваться музыкой данной направленности (Воровской РЭП, воровской шансон)

6. Изменение у детей предпочтения в одежде, появление в одежде символики экстремистских организаций и т.п.

7. Изменения в поведении ребенка: повышение уровня агрессии, нежелание посещать учебное заведение, изменение круга общения и т.д.

Что делать? 

1. Контролировать социальные сети ребенка, круг общения, его интересы.

2. Если заметили, что ваш ребенок зарегистрирован в запрещенных группах или сообществах, необходимо сразу подать заявку в Роскомнадзор для блокирования данных групп.

3. При необходимости обратиться за помощью к классному руководителю, педагогу-психологу или социальному педагогу образовательной организации

 

МВД создало группу для борьбы с манипулированием сознанием подростков :: Общество :: РБК

Сотрудники будут выявлять факты манипулирования сознанием подростков в соцсетях.

В качестве примера движений, с которыми борется группа, в МВД упомянули АУЕ, признанное и запрещенное Верховным судом как экстремистское

Фото: Петр Ковалев / ТАСС

МВД сформировало специальную группу, которая будет выявлять и пресекать попытки манипулировать сознанием подростков с помощью интернет-ресурсов, пишет «РИА Новости» со ссылкой на сообщение ведомства.

В эту группу вошли сотрудники главного управления уголовного розыска (ГУУР) и других подразделений министерства, которые занимаются вопросами манипулирования сознанием несовершеннолетних в соцсетях. В частности, представители ГУУР анализируют информацию в интернете и выявляют неформальные молодежные объединения, ведущие противоправную деятельность, сообщили в МВД.

Верховный суд признал экстремистским и запретил движение АУЕ

«Вся получаемая информация подлежит проверке на наличие признаков противоправных деяний. Установленные адреса блокируются на основании решений судов и требований к администраторам интернет-ресурсов в связи с деструктивным характером», — говорится в сообщении ведомства.

В частности, там привели в пример деятельность молодежных группировок, пропагандирующих субкультуру АУЕ (расшифровывается как «арестантский уклад един» либо «арестантское уголовное единство», запрещена в России), чью работу в МВД и ФСБ ранее пресекали. В частности, поясняют в министерстве, в 2019 году сотрудники правоохранительных органов разоблачили группу, члены которой вымогали деньги у студентов колледжа под предлогом помощи заключенным и защиты их от других преступных групп.

В Санкт-Петербурге орудует банда-подражателей группировки «АУЕ»

Фото Ксения Антипова

После учиненных бесчинств задержанных подростков отпустили из-за того, что они несовершеннолетние.

На прошлой неделе, 24 августа, в Таврическом саду Санкт-Петербурга два десятка несовершеннолетних за несколько часов напали на семейную пару, избили отдыхающих парка, разбили витрину магазина и напали на пожилую женщину.

Об этом сегодня, 28 августа, рассказали РИА Новости очевидцы произошедшего.

«Ребята были неадекватны — то ли пьяны, то ли под действием каких-то наркотических средств. Они кричали что-то оскорбительное в адрес всех подряд и нарывались на конфликт. Потом, как ураган, стали громить, ломать», — рассказал журналистам Владимир Петровский, уточнив, что от кровавой потасовки спасла скорая помощь, сигнал которой подростки приняли за полицейских.

Пострадавшие от внезапного появления подростков написали в 76 отдел полиции 16 заявлений на малолетних нарушителей. Как рассказала Ксения Исраелян, вместе с молодым человеком Игорем, которому в тот вечер сломали челюсть, о пострадавших им удалось узнать в отделе полиции и бросив клич в социальных сетях.

«Увидела в полиции двух подростков. Несовершеннолетнего сразу забрали, но я его узнала. Оказалось, что второму тоже нет 18 лет, однако он до последнего называл не свои данные, а друга, врал, путал полицейских. Потом пришла его мама и молча увела подростка домой, — рассказала Исраелян РИА Новости, возмутившись поведением полицейских, которые несмотря на серьезность ситуации отпустили подростков, — Они (нарушители – прим. ред.) прекрасно понимали, что им ничего не будет. Поэтому так себя и вели — как звери. Кроме того, мы узнали, что их путешествие началось с кафе неподалеку от сада. Там они просто хулиганили — переворачивали мусорные ведра, срывали плакаты. Потом выяснилось, что до этого они избили парня — в шесть вечера, в людном месте, просто так, без причины. Может быть, от их действий и еще кто-то пострадал».

После того, как Игорю сломали челюсть, хулиганы напали на Всеволода, который шел с женой мимо музея Суворова.

«Всеволод сообщил, что школьники просили у него сигареты и хамили. Возникла потасовка. Толпой они напали на него, повалили на землю и сломали нос. Когда его жена подняла шум, налетчики скрылись. Однако, отмечает пострадавший, камеры музея зафиксировали весь инцидент», — отметили журналисты, повторив, что после эпизода подростки направились к магазину, продавец которого также написала заявление. После этого группа напала на пенсионерку на остановке.

Самих хулиганов удалось быстро найти в соцсетях, как уточнила Ксения Исраелян, они не скрываются, выставляя на всеобщее обозрение видео драки, где избивают одного из парней, заставляя просить прощения. У двоих подростков заметны браслеты на щиколотках, что указывает на раннюю судимость парней.

Журналисты связались с одной из знакомой преступников – Олесей (имя изменено), которая рассказала, что агрессия у ребят появилась после того, как двое друзей вернулись из колонии для малолетних преступников. По словам собеседника агентства, ребята сидели за грабеж, разбой и угон. Из-за браслетов они не могут находиться на улице более трех часов, и то, в своем районе. Однако были случаи, когда полицейские 76-го отдела полиции (отдел полиции, куда доставили дебоширов и где принимали заявления пострадавших — прим. ред.) приезжали к ним домой из-за ухода с разрешенной территории.

«В основном их родители пьющие. Хотя у некоторых вполне благополучные семьи. Кое-кто из этой компании учится в спецшколе и давно состоит на учете. Они ничем не занимаются, это даже не околофутбольщики, подражают культуре «АУЕ», за глаза оскорбляют сотрудников полиции и так далее. Они конченые. Только хулиганят, выпивают, и больше никаких развлечений в жизни», — рассказывает Олеся.

Пострадавшие от подростков считают, что нарушители должны понести максимально строгое наказание.

«Люди готовы писать коллективные жалобы в полицию и прокуратуру. Пока оперативники работают отдельно с каждым пострадавшим. В пресс-службе УМВД по Санкт-Петербургу РИА Новости подтвердили, что сейчас по всем поступившим сообщениям ведется проверка, устанавливаются личности участников конфликта. После этого возбудят уголовное дело», — заключили журналисты.

Напомним, в саратовском ТРЦ «Победа Плаза» 3 июня произошел конфликт видеоблогера Василия Пашкина с подростковой группировкой. Блогера окружили подростки и некоторые из них выкрикивали фразу «АУЕ» (Арестантский уклад един – девиз членов криминальной субкультуры). Один из участников конфликта (предположительно Николай Строганов) требовал не снимать его, угрожал блогеру физической расправой, вел себя агрессивно и нецензурно выражался в присутствии своих несовершеннолетних приятелей. Сотрудники охраны при этом не препятствовали обострившемуся конфликту, не смогли помочь и приехавшие по вызову бойцы группы быстрого реагирования. В ходе конфликта блогера вытолкали из торгового центра. Позже правоохранители арестовали Николая Строганова, являющегося предполагаемым зачинщиком потасовки с видеоблогером. После проведенной проверки следователи возбудили сразу два уголовных дела по факту нанесения побоев и угрозы убийством.

Арендаторы скандально известного ТРЦ рассказали, что с апреля этого года неоднократно сообщали администрации центра об агрессивных и даже преступных действиях подростков, распугивающих клиентов при поддержке охранников. Возмущенные предприниматели жаловались на агрессивное поведение подростков на фудкорте, драки, конфликты с посетителями и воровство в торговых точках. 

Слово пацана. Интервью с Робертом Гараевым — автором книги о казанских уличных группировках

— Книга про уличные группировки еще даже не успела поступить в продажу, а ее уже проверяет прокуратура. Это успех?

— Пытаюсь философски относиться, но не всегда получается. Действительно, неприятное чувство: заглядываешь на «Букмейт», смотришь, сколько читают, смотришь отзывы и понимаешь, что один из этих людей — эксперт из прокуратуры. А я видел и сюжет НТВ, и телекомпании «Эфир», и могу представить, какого уровня там может быть эксперт — тот эксперт, который высказался в ролике НТВ, религиовед, зачем-то произносит слово АУЕ, название запрещенного в России движения, которое вовсе не является темой моей книги. Я даже специально после этого залез в книгу и посмотрел в поиске, сколько раз там упоминается АУЕ: несколько раз упоминается и в репликах моих героев и в моих, но очень даже вскользь, потому что это не тема моего исследования. Это не то, что мне интересно.

Многочисленное сообщество казанских группировщиков (в том числе бывших) пополнялось на протяжении трех поколений. Оно достаточно закрытое — его участники неохотно делятся информацией с посторонними. Но я не был чужим: в 1989 году, когда мне было четырнадцать, я вступил в группировку «Низы».

Я начал свою не слишком длинную уличную карьеру с самого младшего «возраста» — он назывался «скорлупа». По моим тогдашним ощущениям, он напоминал скорее подготовительную группу — старшие нас более-менее щадили. Два года спустя я стал «супером», то есть поднялся на одну ступень выше. Если бы началась серьезная война с другой группировкой, мой «возраст» стал бы основной боевой единицей — пехотой «Низов». В 1991-м меня отшили — исключили из группировки. Я переехал в другой район, поступил в университет, и у меня началась другая, наполненная интересными событиями и людьми жизнь. В 2001 году, когда мне было 25, я переехал в Москву. С тех пор я был музыкальным и клубным журналистом, диджеем, круглосуточным тусовщиком и экскурсоводом в Еврейском музее, то есть занимался вещами, далекими от улицы. Сейчас тот уличный период для меня будто окутан мрачной серой дымкой — я очень долго пытался вытеснить его и забыть.

Несколько лет назад коллега из Еврейского музея позвала меня выступить на паблик-токе с пятнадцатиминутным рассказом о любом пережитом уникальном опыте, намекая, что я расскажу про ночную жизнь 1990-х и 2000-х, но я понял, что у меня есть что-то более необычное. Я рассказал московским хипстерам об участии в казанской подростковой группировке и понял, что в городе моего детства моя история похожа на тысячи историй мальчишек 1960-х, 1970-х и 1980-х годов рождения. Тогда я решил, что хочу поговорить с ними и написать об этом книгу.

Из книги «Слово пацана»

— Есть понимание, почему к этому прицепились, как вообще разглядели в книге АУЕ?

— Я искал прежде всего какой-то заказ, но заказа скорее всего нет. Как [в прокуратуре] сказали, это мониторинг СМИ — увидели сюжет НТВ и решили проверить. И во всем виновен этот августовский запрет «движения АУЕ», которое признали экстремистским, и теперь его следы пытаются искать везде.

5 декабря татарстанское издание «БИЗНЕС Online» сообщило, что у прокуратуры нет претензий к Роберту Гараеву и его издателям. Корреспондент «Медиазоны» говорил с писателем еще до того, как об этом стало известно. «В ходе изучения содержания книги оснований для инициирования прокурорской проверки, в том числе с участием специалистов в области лингвистики и психологии, не установлено. Элементы пропаганды криминальной субкультуры или запрещенной в Российской Федерации экстремистской организации «АУЕ» не выявлены», — сказал помощник прокурора Татарстана по взаимодействию со СМИ Руслан Галиев.

— Перейдем к самой книге. Хотел спросить про термин «казанский феномен», который идет еще из советского «Огонька» 1980-х. Тогда он объяснял бандитизм какими-то «вечными законами» уличной драки, естественными и загадочными, как природное явление. Вы этот термин используете в названии своего паблика «ВКонтакте», этакого большого семейного альбома. Значит, люди, причастные к «феномену», сохранили близость спустя годы?

— На самом деле, я пытаюсь воспринимать казанские группировки в динамике. Сам подзаголовок книги об этом говорит: «Криминальный Татарстан 1970-2010-х годов». Группировки семидесятых годов не равны группировкам восьмидесятых, нулевых и так далее — они трансформировались. Это одна из очевидных мыслей, что вообще любой криминал не противостоит государству, а меняется вместе с ним, пытается подстроиться, встроиться в существующую систему.

Вы употребили слово «бандитизм», но на самом деле там бандитизм сформировался только в 1990-х. Когда термин «казанский феномен» появился, в июле 1988 года, тогда речи о бандитизме еще не шло, тогда еще не было никакой экономики — наверху в группировках она, может, и существовала, но в целом ее не было. Она появилась чуть позже, вместе с ельцинскими законами о свободном предпринимательстве и вообще с переходом на капиталистические рельсы всей России.

— То есть сначала речь шла о завоевании авторитета, а потом уже борьба переместилась в экономическую плоскость?

— О контроле над территориями, о драках стенка на стенку, о подростковой жестокости — и, очень важный момент, об иерархии. Та иерархия, которая присутствовала в казанских группировках, в итоге была перенесена на некоторые поволжские регионы (Чебоксары, Йошкар-Ола, Ижевск, Ульяновск), там были созданы группировки по казанскому типу.

Вот этих иерархических страт — младший возраст, постарше, и так далее — было достаточно много, около шести. В 1990-е в Москве, в Санкт-Петербурге взрослые бандиты сбивались в бригады, которые часто путают с казанскими группировками, но в них все было совсем по-другому — там были старшие и исполнители.

Рассказывает Алексей «Снежок» Снежинский, бывший участник группировки «Слобода», бывший киллер группировки «Жилка», вышедший на свободу после срока:

Тогда по воскресеньям в Казани в шесть вечера начали показывать по телевизору диснеевские мультики. А у нас сборы в пять. И Галя начал раскачивать весь возраст: «У меня младший братишка, мама обязала с ним сидеть до шести, так что в пять не могу — на сборы его я же не потащу с собой, там год ребенку! Давайте на шесть перенесем». Все говорят: «Так в шесть часов мультики начинаются!». Галя стоит на своем, мы на своем, не можем договориться между собой. Все, ну это волосы. Пришли старшие и сказали: «Вы будете теперь собираться в 17:30». Я удивился: «А как мы-то не додумались до этого?». Это же просто — если никто не уступает, то все тогда, пополам. Я подумал: как же это просто-то на самом деле.

Из книги «Слово пацана»

— То есть иерархия выросла по мере развития сообществ?

— Она появилась почти сразу — в 1970-х годах только намечалась, но где-то с года 1982-го в казанских группировках уже была достаточно жесткая связь возрастов. И почему «казанский феномен» — потому что в Казани это было все гипертрофировано, на миллионный город около ста группировок, и в каждой группировке не просто старшие и младшие, но есть много разных делений, и ты переходишь на одну ступеньку, потом еще выше, еще выше.

— А почему именно Казань? Что сделало ее уникальной для развития и сохранения на протяжении долгих лет такого числа уличных группировок?

— В книге я отвечаю на эти вопросы. Урбанизация, прежде всего. В 1950-е годы Казань сильно выросла: строились новые заводы, приезжали сельские жители, которые приносили свой менталитет (охрана территории, драка стенка на стенку). В центре было много трущоб, которые тоже являются рассадниками криминала, а потом это все расселялось, и криминальные порядки возникали в районах новостроек, и так это заполняло город.

Это не единственная причина, есть много разных теорий заговора — многие казанцы считают, что не обошлось и без КГБ и их экспериментов над молодежью, но эту теорию доказать в книге я не смог.

— Я правильно понимаю, что группировками в советское время занималось именно МВД? А почему тогда КГБ мог быть заинтересован в этой истории?

— Нужно понимать, что КГБ в 1970-е годы под руководством Андропова сильно расширилось, и врагами Андропов видел прежде всего инакомыслящих: космополитическую молодежь, неформалов, металлистов, рокеров, тех, кто увлекается западной музыкой. Казалось, что если начнутся народные волнения, то они начнутся в этой среде — а крепкая пролетарская молодежь из ПТУ в телогрейках считалась родственной и близкой. Это я все предполагаю и привожу в книге некоторые примеры того, что это существовало, но доказать [непосредственную причастность КГБ к деятельности группировок] я не нашел возможности.

— Вот это разделение — на условных интеллигентов-неформалов и выходцев из рабочего класса, с которыми советская верхушка могла себя ассоциировать — оно было столь же важным для самих участников группировок? Были ли разделения по этническому, по религиозному принципу в этой среде? Были ли, к примеру, чисто татарские группировки, куда не брали русских, или наоборот?

— Вот именно такого как раз не было. Тут надо сказать, что сообщество казанских группировщиков было достаточно аполитичным, то есть в политику не лезло, во всяком случае, тогда. По этническому признаку тебя не могли не принять в группировку — ходили даже слухи, что в одной из группировок участник был чернокожий, но в других считали, что его не могли взять только потому, что он бы сильно выделялся среди остальных. А так, татарин, русский, чувашин, мордва, грузин, армянин — неважно, тебя должны были принять.

По религиозному признаку, естественно, тоже не было различий.

Я выше сказал про детей пролетариев, и вообще есть мнение, что группировки возникают на окраинах городов вокруг каких-то предприятий. Так и было в Казани, но из-за того, что это был феномен, все было гипертрофировано, и социальный состав группировок был совершенно разный. Была одна группировка в центре, где, по моим сведениям, лидером был сын министра культуры Татарстана. В той же самой группировке участником был сын замминистра МВД Татарстана. Это были 1980-е годы — то есть представляете, насколько это развилось, что даже дети партийных чиновников вполне могли стать участниками подростковой территориальной криминальной группировки.

— То, что называют термином «государство в государстве»?

— Совершенно верно, у группировок были все признаки государства: территория, граждане, налог (взимаемый с неграждан), внешняя политика, войны, дипломатия.

Рассказывает Дмитрий, стоявший у истоков группировки «Аделька», ныне предприниматель:

Таллинн казанские лихо завоевали. Первыми мы туда приехали. Через три дня криминальный мир Таллинна — это же маленький город — взвыл, все жаловаться и чуть ли не рыдать и плакать стали. Начали кричать в один голос: «Там человек двести татар приехало, всех убивают, у всех отнимают!» А нас всего было одиннадцать. За три дня вообще все успели в этом Таллинне.

Из книги «Слово пацана»

— Насколько понимали рядовые «граждане» этих государств, ради чего это все делается, какие перспективы и жизненные пути они видели для себя в будущем?

— Защита прежде всего: один ты не справишься, а вместе вы сила. Тут нельзя не сказать и о социальных лифтах — было такое понятие «подняться». Насколько я себя помню в 1980-е, все размышляли: вот этот «поднялся», тот «поднялся». А каким образом он «поднялся»? С помощью какой-то братвы, которая ему в этом помогала.

Дальше, в 1990-е уже, было «прикрутить коммерса» — найти коммерсанта, с которого ты получаешь процент, и это все усиливалось. Сначала находил коммерсанта, с которого имел процент — ну, к примеру, съездил в Турцию, привез какие-то шмотки и продал, а какой-то процент отдал тебе за защиту. Дальше эти схемы усложнялись, кто-то из братвы становился учредителем, сам начинал заниматься бизнесом, и в какой-то момент начинал думать о легализации — оказывается, выгоднее не разбивать друг другу головы и стрелять, бизнес безопаснее и прибыльнее.

Рассказывает писатель Булат Безгодов, состоявший в группировке в 1993-2006 годах:

В нашей школьной столовой ловили и отбирали денежку, и это унижение было трудно перенести. Это происходило изо дня в день. В тринадцать лет, помню: приходишь в школу голодный, хочешь поесть, у тебя есть какая-то копеечка, пошел в столовую, а они стоят на входе и тебя дергают: «Есть деньги?». Ты: «Нету». Ну и отхватываешь от раза к разу. Чтобы этого не происходило, помаешься так, помаешься и куда денешься — подойдешь к ним. Или в столовую не будешь ходить. И просто чтобы не бегать, не прятаться от них, не бояться, а пересекаешься ведь на каждом шагу в школе, ты идешь в группировку.

Из книги «Слово пацана»

— В интервью с социологом Светланой Стивенсон мы говорили про легализацию бизнеса в нулевых и встраивание в систему — но это было связано с общим закручиванием гаек, ограничением пространства для действия.

— Книга Стивенсон в основном была построена на глубинных интервью с участниками группировок нулевых, и в этой книге акцент виден, что они уже немного напоминают экономическую корпорацию, и все замешано на деньгах. В 1980-е годы этого ничего не было. Перелом случился в 1990-х годах, когда вдруг старшие в группировках начали заниматься крышеванием; тогда все поменялось — и структура группировок, и отношения уличные, и сама система понятий.

Скажем, один из самых серьезных запретов на улице был на алкоголь, сигареты и наркотики. За употребление или участие в распространении наркотиков в 1980-е годы тебя сразу исключали из группировки, «отшивали». В 1990-е годы улицы начали старчиваться очень серьезно; ходили легенды, что «отшивали» целыми «возрастами».

Понятия тоже поменялись. В 1990-х годах я слышал от людей, что был запрет ставить сигнализацию на квартиру, если ты «с улицы», потому что ты связываешься с правоохранителями: если кто-то проник в твою квартиру, тебе придется вызывать милицию, а это было не по понятиям. Потом это все менялось — в сторону здравомыслия, скажем так.

— А это очень интересная для современного читателя деталь — зачастую жестко контролируемый отказ от курения, алкоголя, наркотиков. Чем это объяснялось, массовым занятием спортом, имиджевыми соображениями или еще как-то?

— Одна из причин, мне кажется, в том, что лидер одной из первых группировок, «Теплоконтроля», Сергей Антипов был некурящий и непьющий. Тогда, я думаю, это вошло в моду на «Теплоконтроле» и у их союзников, а потом распространилось на все улицы.

Но вообще надо понимать, что это боевые сообщества. Ты должен отвечать за базар, у тебя должна быть четкая речь, то есть алкоголь уже не подходит. А курение — у тебя должна быть дыхалка, ты должен бегать, махать руками-ногами, ты должен быть сильным. Поэтому наркотики, сигареты, алкоголь исключались — но исключались они в основном для младших возрастов. Когда ты становился постарше, например, приходил из армии, эти законы для тебя уже не действовали, ты был взрослым человеком.

— Ваша работа представляет собой нарезку объединенных общими темами воспоминаний участников группировок, ваших в том числе. Прямую речь героев в таком объеме редко встречаешь в прессе и книгах; здесь ее много, а авторского текста гораздо меньше. Как вы дистанцировались от собственного опыта и выстраивали разговор с бывшими товарищами или соперниками?

— Я просто сразу включил для себя, что я исследователь. Составил опросник для глубоких интервью, старался в основном общаться на «вы» и использовать научную речь — сразу давал понять собеседникам, что я исследую для того, чтобы написать книгу. Чтобы это не была беседа на кухне.

Для меня прямая речь ценна, потому что некоторые вещи, когда пересказываешь своими словами, трудно понять. Пока ты не услышишь, как об этом говорит сам носитель этой культуры, этих понятий. Поэтому я считаю, что это основное. Прямая речь участников группировок — самое основное в этой книге.

Рассказывает анонимный участник группировки в 1995-1999 годах, ныне бизнесмен:

Массовая драка выглядит так: весело, задорно, ничего не понятно. Со всех сторон летают кирпичи, монтари. У нас на Ямашева был такой замес в то ли 1997-м, то ли 1998-м. Воевали с одними ребятками, они все жили тогда массово на Кварталах, хотя были «суконовскими»: просто Суконку всю посносили, и они переехали массово в Азино и на Квартала.

Мы поехали на Квартала, а они ребятами оказались умными с точки зрения тактики и стратегии. Они поняли, где мы будем, и выдвинулись туда в большом количестве. Пересечение у нас произошло прямо на трамвайных путях на Ямашева, ********* [дрались] жестко — молотки, копилки [выбоина в голове после меткого удара монтировкой], крови немерено. Всего человек 100-150 было. Потом несколько человек в больницах, переломы, сотрясения мозга. Наверное, это была моя вторая или третья массовая драка на тот момент. И она была самой агрессивной, потому что это был незнакомый район.

Война — это лучшее время. Я любил эти периоды. Позже в институте я тоже больше любил период сессии, когда идет какая-то движуха, что-то делаешь, сдаешь там. И тут то же самое. Сидишь летом во дворе, на пейджер приходит, типа, пацаны, строгач, напряги с «суконовскими». Все, руки в ноги, радостный побежал. С собой что-нибудь захватил из железа, приехал на сходняк, все порешали. Более старшие возраста уже огнестрел использовали, в основном это были переточенные под девятимиллиметровый патрон ИЖ-79. Младшие возраста обычно монтари, молотки и ножи брали. Совсем старшие не знаю, чем пользовались. Базуками, может.

Из книги «Слово пацана»

— «Убит с другом», «бухал», «спился», «освободили, актировали, больше года назад упокоился» — если листать ваш паблик, впечатление создается довольно однозначное: немногие пережили не то что нулевые, но даже и девяностые. А если пережили, то адаптировались с трудом. Это верное ощущение, что будущее не сложилось — или просто те, кому удалось встроиться в новую жизнь, не стремятся поддерживать связи с людьми из прошлого?

— И то, и то совершенно верно. Когда я пытался понять, как сложилась судьба, я делал несколько раз в группе опросы, и на них очень хорошо отвечали, много людей. Я в конце книги привожу эти данные: многие работают на не очень высококвалифицированных работах, после отсидки тебя не берут на такие работы. Работают в такси, на стройках, у многих остались болячки из прошлого (туберкулез, цирроз печени, проблемы с сердцем), привычки с улицы (наркотики, алкоголь).

Статья«Всех понятий не знает никто». Социолог Светлана Стивенсон — о мировоззрении молодежных преступных группировок

А насчет тех, кто добился какого-то успеха — конечно эти люди стараются не афишировать того, как они его добились, но мы знаем примеры, что есть среди них и миллионеры, и миллиардеры, и люди, добившиеся достаточно больших успехов.

Но есть также прослойка, которую нельзя связывать непосредственно с группировками. Смотрите, какой-нибудь подросток — как я, например: пару лет пробыл в группировке, ну или три-четыре, потом ушел или исключили, он начал заниматься своей карьерой. В итоге он становится подписчиком моего паблика, у него есть какое-то мнение на эту тему, но, естественно, свою карьеру он никак не связывает с группировкой. Это я уже про себя прочитал: «Участник группировки написал книгу». Ну какой я участник группировки, если мне сейчас 44 года, а в группировке я в последний раз был в 16 лет? А 20 лет назад я вообще из Казани уехал, теперь я журналист, музыкант, диджей, экскурсовод в Еврейском музее. У меня был когда-то этот опыт, и моя попытка написать эту книгу — это попытка понять, что же это было такое, почему это было так, и как занесло меня и остальных подростков Казани в такое.

— Модный среди следственных органов в последние годы тренд на раскрытие преступлений старых лет — он актуален для группировщиков?

— Еще как, раскрывают вовсю. Почему это происходит — разросшиеся силовые структуры, надо их чем-то занять. Кто-то занимается тем, что ищет в поле современную преступность, а кто-то лезет в старые дела и начинает раскапывать старые преступления и сажать. Еще один путь: одна из последних новостей была про Ринтика «Хадитакташевского», который, точнее, «Павлюхинский», но пошел по делу «Хади Такташ». Человек сидит на пожизненном, но ему хочется каким-то образом поменять обстановку, оказаться в Казани — ну, он дает какие-то показания, раскрываются старые дела, чтобы как-то разнообразить свою жизнь. Мотивы вполне понятны.

— Сегодня государственный аппарат разросся, и силовики борются уже не только с организованной уличной преступностью, но и с АУЕ — фанатами уголовного образа жизни из соцсетей, которые не объединяются в группировки и не дерутся за территории. Эту менее агрессивную формацию можно считать результатом эволюции — или она не стоит упоминания вовсе?

— Я, наверное, не обладаю достаточным количеством знаний, но что касается Татарстана, то я не очень нашел следов присутствия этих ауешников запрещенных. Я слышал, что чуть ли не первое дело завели в Набережных Челнах — там были некие «Белята» и «Маслята».

Я когда пытался для себя понять, что такое АУЕ, я определил, что это субкультура: у них есть общие ценности, они выражаются в воровских понятиях, которые пришли из ГУЛага 1930-х годов, у них есть мода, внешний вид, вот эти наколки, у них есть общая манера поведения, но не более.

Вот говорят правоохранители, что старшеклассники у младших классов отбирают деньги, а потом эти деньги попадают каким-то образом в места заключения. Когда я обсуждал это с подписчиками моего паблика «Казанский феномен», чаще всего они поднимали на смех, а членов движения АУЕ называли клоунами. Это несерьезно просто, трудно представить, что взрослый бандит сидит на зоне и ждет грева от каких-то малолеток.

— А ведь группировки «серьезные» в Татарстане в каком-то виде все же существуют — один из героев вашей книги говорит, что «на сто парней в современной Казани человек тридцать будут состоять в группировках». Он преувеличивает?

— Я думаю, преувеличивает немного, не 30, может, 15 максимум. Но группировки существуют. Существуют примерно в том виде, в каком они как бы и «должны» существовать — на обочине жизни, это не главная повестка Казани, как было в 1980-е и 1990-е, когда не было проходу от группировок. Сейчас, как и в любом регионе, криминальные группировки есть.

Рассказывает анонимный участник группировки Приволжского района Казани в 2014-2016 годах:

На самом деле группировки стали действовать намного тише, потому что со стороны правоохранительных органов была такая постанова, чтобы улицы вели себя потише, а 1990-е ни в коем разе не думали возвращаться. Собирайтесь, но без жести. При этом группировки никуда не уходили — просто затаились и в последние годы стали более-менее поднимать голову.

Каждая группировка занимается либо полулегальными, либо нелегальными делами, и процент, конечно же, отстегивается правоохранительным органам. Они как крыша. Когда я был в группировке, однажды к нам на сходняк залетели омоновцы в масках и с пистолетами. Всех положили. Была зима, мы долго лежали на снегу, потом нас всех погрузили в автобус, отвезли в отделение полиции, переписали. Вот так в основном и накрывают сходняки. А больше никак с группировками не поборешься. Но и участники ведут себя сейчас без жести. Во-первых, перестали стрелять. Во-вторых, вступить и отойти стало намного легче. Берут, кстати, всех кого попало: сначала возьмут, а потом разбираются, кто там.

Из книги «Слово пацана»

Книгу Роберта Гараева «Слово пацана. Криминальный Татарстан 1970-2010-х» можно заказать в киоске Bookmate или прочитать на сайте издательства.

Редактор: Дмитрий Ткачев

Детство по правилам ШКИД. Эксперты насчитали в РФ более 1 млн поклонников АУЕ

Уголовная субкультура АУЕ — отголосок суровых 90-х годов, когда в стране и за решёткой правил криминал и воры в законе. Изначально аббревиатура АУЕ была приветствием в малявах (письмах) в криминальном мире, но теперь это превратилось в негласную религию и свод правил в подростковой среде. Смысл АУЕ сводится к тому, чтобы жить и поступать по воровским понятиям, принятым в криминальном мире. В группировках АУЕ есть своя иерархия и законы. Как и у взрослых последователей пресловутого воровского хода, у малолетних есть свои авторитеты, которые разбирают спорные ситуации, сверяют поступки школоты с блатными понятиями, выносят вердикты, казнят и милуют. В группировках есть свой общак, который пополняется добровольными, а чаще принудительными взносами детей и подростков. В некоторых регионах средства общаков идут на «грев» взрослых колоний. Таким образом малолетние лидеры АУЕ зарабатывают авторитет у криминальных генералов.

Группировки малолетних адептов АУЕ пытаются взять под контроль не только отдельные учебные заведения, но и целые районы. Они обкладывают данью и младших школьников, и подростков. Зачастую школьники вынуждены идти под знамена АУЕ, чтобы не стать жертвами насилия. Расправы в подростковой среде с неугодными бывают жестокими. В соцсетях преподаватели пишут, что попавшие под травлю АУЕ дети не просто уходят из школ, но и переезжают в другие районы. Некоторые родители пытаются бороться с малолетними блатарями, устраивают самосуд, но часто проигрывают.

Согласно закрытому исследованию компании «Крибрум» за 2018 год, которое оказалось в распоряжении Лайфа, только в Сети поклонниками этой субкультуры являются шесть миллионов участников, из которых один миллион — дети и подростки. Эксперты предупреждают, что каждый второй подросток в России находится в обработке у «чёрной масти». Адепты блатной романтики занимаются тем, что разрушают базовые ценности подростков и толкают их на криминал в реальной жизни.

Как детей готовят в зэки

На Урале движение АУЕ докатилось до школьников младшего возраста. 26 июля в Железнодорожном районе Екатеринбурга двое второклассников напали с пневматическим пистолетом на продавца в магазине игрушек. Продавщица не растерялась и дала им отпор. Так малыши хотели стать крутыми гангстерами.

Коррекционный педагог Вероника Борисова в беседе с Лайфом отметила, что от таких подростков страдают и учителя, которые часто оказываются заложниками ситуации.

— Справиться с такими детьми почти невозможно. И у педагогов есть определённые границы в общении со школьниками, переступать которые нельзя. Зато этих границ нет у детей. Они запросто могут кинуть в учителя что-нибудь, обозвать, ударить. Решать рукоприкладством такие вопросы педагоги не будут, поэтому приходится докладывать руководству, которое может оставить без внимания подобные случаи. В случае когда меры не предпринимаются, учителя увольняются из школ, а иногда переезжают в другие регионы, — рассказала педагог.

А вот в Нижнем Новгороде малолетние бандиты едва не поплатились здоровьем за приверженность воровским понятиям. В микрорайоне Мещерское Озеро взрослые горожане-активисты выследили группу подростков, избивавших прохожих.

Помимо рукоприкладства малолетние гангстеры стреляли в людей из пневматических и травматических пистолетов, получить которые можно только после процедуры регистрации в МВД. При этом полиция, как писали пользователи социальных сетей, до последнего не принимала жалобы на малолетних бандитов, поскольку возраст нападавших колебался от 10 до 15 лет.

В местных социальных сетях пользователи писали, что школьники сначала пытались воровать продукты из магазинов, а затем полезли в кассы за наличностью.

«Старший» группы ауешников, как стало известно позднее, уже ранее привлекался за аналогичные преступления и совсем недавно вернулся из исправительного учреждения, поэтому вполне может считаться рецидивистом.

Полиция не возбуждает уголовные дела

Пользователи соцсетей отмечают, что «смотрящие» всё больше привлекают к преступлениям подростков до 13 лет, поскольку им за такие преступления не будет ровным счётом ничего.

Исправительная колония для несовершеннолетних на срок от шести месяцев до полутора лет грозит лишь достигшим 14 лет.

Фото © Ярослав Чингаев / ТАСС

А законодательство и правоприменительная практика таковы, что бандитам-малолеткам за содеянное ничего не будет. За собранный полицейскими материал по нескольким эпизодам их могут изолировать в специальные учреждения на срок до полутора месяцев.

В качестве источников распространения субкультуры действующие и бывшие сотрудники уголовного розыска, а также те, кто долгое время жил «на другой стороне», указывают на популяризацию воровской романтики и Интернет.

По их мнению, активное распространение движение АУЕ получило в Забайкалье, когда многие авторитеты стали выходить из колоний и пробовали заново собирать молодые «бригады». Малолетних — или, как говорят бывшие авторитеты, необстрелянных — пацанов в криминальные ряды принимали охотно только в 90-е.

Сейчас ситуация изменилась: ауешники начинают формироваться в криминальные сообщества самостоятельно, большую часть подробностей о воровской жизни школота черпает из Интернета.

— В зависимости от тяжести преступления, от обстоятельств и от того, совершено преступление в одиночку или группой лиц, максимальное наказание, которое грозит таким бандитам, — это пребывание в воспитательной колонии. Там они чаще всего и постигают азы воровского мира, и о каких-то серьёзных изменениях личности в лучшую сторону в большинстве случаев говорить не приходится, — сказал Лайфу адвокат и бывший сотрудник правоохранительных органов Андрей Косицын.

Он пояснил, что нельзя привлечь к ответственности и «лидеров воровского мира» среди несовершеннолетних. Даже по новой для УК РФ статье 210.1 малолетние «бригадиры» и «держатели общака» не получат никакого наказания.

Сетевой беспредел

Сейчас движение АУЕ — это лидер токсичного контента в соцсетях. Глава компании «Крибрум» Игорь Ашманов рассказал, что лишь небольшая часть пабликов о молодёжной криминальной субкультуре коммерческая, остальные — реальные.

— В Москве и Питере это по большей части маркетинговые группы, их владельцы морочат подросткам головы блатной романтикой и продают символику. А, например, в Челябинске это реальные группы, большая часть состава которых находится за пределами Сети. Там они готовы на криминал — отнимать деньги, устраивать уличные драки, — сказал Ашманов Лайфу. — Каждый второй подросток в России находится в обработке у профессиональных манипуляторов.

По его словам, динамика прироста составляет около 30% в год. Активных пользователей в таких пабликах на порядок меньше, обычно их количество колеблется в рамках до 20%. Кроме того, нужно понимать, что в группах деструктивной направленности первые два слоя — публичные. Далее подростков уводят в закрытые паблики.

— Мы считаем, что большинство этих групп создаются профессиональными манипуляторами, то есть это не подростки собрались поговорить об уголовной романтике, это не самодеятельность, — рассказал Ашманов.

Автор доклада объяснил, что все деструктивные группы имеют примерно следующую иерархию: первый слой модераторов или кураторов этих групп — это такие же четырнадцатилетние подростки, которым «прикольно», что им доверили управлять своими сверстниками. Следующий слой кураторов — это уже двадцатилетние, чуть поумнее, тоже любители. А вот за ними — слой профессиональных манипуляторов. Поскольку они анонимные, в соцсетях не видно их IP, но есть предположение, что следы ведут куда-то за границу.

Психотерапевт Анна Басова объясняет, почему ребёнок так быстро вовлекается в интернет-сообщества и различные паблики.

— У современных детей фактически утрачена неформальная культура общения, раньше они социализировались при помощи игр во дворах. Сейчас на улице вы не встретите ребёнка без сопровождения взрослых. И что делают родители? Даже в поликлинике, когда пятилетний ребёнок, ожидая визита к врачу, начинает капризничать, мама даёт ему телефон с мультиком или компьютерной игрой. А ребёнку только несколько лет, — сказала Басова.

Поэтому, по её словам, при таком воспитании предоставленные сами себе подростки с телефонами часто ищут поддержку не у близких и друзей, а в соцсетях.

ВПГ

Мониторинговой миссией «Восточной правозащитной группы» были выявлены случаи возрастающей детской преступности в Луганской и Донецкой области, а также других областях Украины, под влиянием пропагандируемого среди молодежи неформального общества «АУЕ», которое живет по понятиям воровской криминальной среды и тюремным понятиям.

Журналисты украинских изданий уже неоднократно писали об этой проблеме в региональных и национальных СМИ. Так АНТИКОР пишет об это явлении: «Как и многие веяния, распространяемые, главным образом, посредством соцсетей, мода на «АУЕ» пришла к нам из России. Там, по данным российских СМИ, она зародилась в небольших криминализированных городах и поселках Забайкалья, постепенно захватив и другие регионы. Теперь мода ширится и по Украине». Больше читайте по ссылке.

Другое упоминание: «В Житомире юные пешеходы избили водителя троллейбуса и горожан, которые попытались его защитить. Причиной конфликта послужило замечание пострадавшего о нарушении правил дорожного движения», — пишут Аргументы и Факты.

В апреле 2018 года СТРАНА.ua опубликовала интервью с последователями АУЕ в Одессе – 15-ти и 17-ти летними подростками.

Явление продолжает ширится, под особой угрозой находятся промышленные регионы с высоким уровнем безработицы, в частности Луганская и Донецкая области. Косвенный признак этого — количество украинцев, подписавшихся на группы, пропагандирующие «АУЕ» в соцсетях. В интернете можно найти десятки упоминаний об этом неформальном обществе и это только те случаи, которые были зафиксированы журналистами.

 

«Это молодежное движение выгодно «воровскому ходу». АУЕ специально разгоняют в интернете люди, близкие к ворам в законе, – говорит оперативник. – Криминальные авторитеты продвигают идею, что «воровское» это – легкий заработок, возможность жить «легко», поднимают некие «понятия» – типа «только воры живут справедливо и честно». На фоне полной безнадеги и отсутствия уважения к власти это дает результаты. Добровольцев, желающих стать «авторитетными» криминальными лидерами или, на худой конец, хотя бы уважаемыми членами воровских бригад, в Украине действительно достаточно. Особенно в индустриальных городах, которые за последние годы погрузились в глубокий социальный кризис. АУЕшная молодежь – это добровольные новые солдаты «воровского хода». Не будет новобранцев – не будет «хода». Бойцы всегда нужны криминалитету – их используют как расходный материал. Но на общество пропаганда субкультуры АУЕ действует разрушающе. Подверженные ей подростки в любой момент могут «сорваться с катушек» и, подражая взрослому криминалу, пойти на преступления вплоть до убийств сверстников ради самоутверждения»? — пишет СТРАНА.ua

 

Что такое АУЕ?

АУЕ – дословно означает «Арестанский уклад един» или «Арестанское уркаганское единство» – перевести аббревиатуру можно и так, и так. Основной посыл её идеологии отражён в названии – это культ тюремных «понятий», тюремной романтики, стилизованный под молодёжную культуру. Это культ силы, воровства и тунеядства.

Понятие и субкультура пришла в Украину из России. Это неформальное движение особо популярно в Сибири и части Дальнего Востока и на Забайкалье. Например, в городе Чита, вся местная молодёжь знает об АУЕ, а большая часть открыто причисляет себя к этому движению.

За последний год идеология АУЕ набирает популярность в Украине и ставит в зону риска сотни тысяч подростков. Попадая под влияние «идей», подростки формируют группировки, достигающие десятков человек для совершения противоправных действий: мелкое воровство, хулиганство, групповые нападения и т.д. 

Подростку предлагают совершить мелкое противоправное действие или просто покурить, а потом используют этот поступок для шантажа: если ты не будешь делать то, что я тебе говорю, то я обо всем расскажу твоим родителям. При этом если изначально АУЕ пропагандировали так называемые трудные подростки, то со временем они начинали транслировать ценности этого движения в школах, и постепенно в этот мир оказались втянутыми дети из вполне благополучных семей.

 

Кто под угрозой?

К АУЕ себя причисляют в основном молодые люди в возрасте от 10 до 17 лет. АУЕ ориентировано, в основном, на школьников. Особенностью подросткового возраста является романтизация многих событий и действий, которые недоступны или запретны.

— в подростковом возрасте дети впервые задумываются о смысле жизни. Они ищут себя, ищут способы самореализации, самовыражения.

— в подростковом возрасте одна из основных потребностей ― быть «своим». Ребятам этого возраста характерен принцип «группирования» ― они активно ищут ту группу, которая примет их, в которой они смогут чувствовать себя комфортно и уверенно.

— подросткам крайне важно ощущать себя особенным, принадлежащим к какой-то тайной стороне жизни.

— подростки прощупывают границы возможного и дозволенного, нарушая их. Нередко это приводит к совершению противоправных действий.

     

Футболки, которые распространяют в сети.

 

Симптомы «причастности»

— какие фильмы, сериалы смотрит ваш ребенок;

— какую музыку слушает;

— какие использует жаргон во устной речи;

— внешний вид;

— резкое падение успеваемости;

— просьбы выдать побольше карманных денег без внятного объяснения, на что ребенок хочет их потратить;

— стоит насторожиться, если ребенок теряет уже не первый телефон или другой гаджет.

 

Как защитится на бытовом уровне?

— чтобы подросток не попал в криминальную субкультуру, нужно воспитывать в нем правосознание с раннего детства.

Только воспитав в нем уважение к требованиям и нормам общества, в котором он живет, можно избежать проявление антиобщественного, асоциального поведения. Вопрос правосознания – вопрос серьезный и глубокий, важно, чтобы у подростка был пример для подражания, который обладает необходимыми моральными качествами, но при этом ведет просоциальный образ жизни.

большую роль играет среда, в которой ребенок воспитывается.

Если вы замечаете, что ваш подросток стал проводить время с друзьями, которые кажутся вам не вполне законопослушными, поговорите об этом с ребенком, узнайте, что его привлекает в этой компании, какие смыслы он там видит, какие ценности считывает.

— с подростком нужно разговаривать много и честно.

Искренне интересоваться его успехами и неудачами, избегать оценочных суждений, особенно в негативной окраске. Если подросток будет чувствовать поддержку со стороны родителей, если он будет знать, что семья – это та самая подушка безопасности между ним и взрослым, тревожным миром, если найдет свой смысл в той среде, которая его окружает изначально.

 

 

молодежных банд терроризируют регионы России | EUROMAIDAN PRESSEuromaidan Press

Подростковые уголовники в России (Изображение: bazaistoria.ru)

Под редакцией: А. Н.

Несмотря на массовое присутствие полиции при путинском режиме — сейчас в России больше полиции на душу населения, чем в любой другой стране мира — молодежные банды убивают, насилуют и нападают на представителей властей по всей стране, не обращая внимания ни на какие угрозы ареста или тюремного заключения.

Многие из причастных к этому называют себя или в СМИ называются « AUE », сокращение от русского выражения «арестованный образ жизни едины» или просто «тюремщики». Сначала они появились в детских домах, а затем и в детских тюрьмах, но теперь распространились на улицы.

Члены подростковой банды (Изображение: gorodkirov.ru)

Эти группы, по словам наблюдателей, сформированы молодыми преступниками, которых привлекает их романтический взгляд на преступность и которые считают себя мушкетерами или Робин Гудами, которые противостоят властям во имя групповой солидарности.Раньше русскую молодежь интересовали готы и эмо; теперь, как говорит один комментатор, «их кумиры стали тюремными личностями».

Термин AUE возник семь лет назад и был обнаружен как минимум в 18 регионах Российской Федерации, наиболее удаленных от Москвы, согласно исследованию, проведенному Новой газетой . Во многих случаях власти кажутся бессильными против групп, которые совершенно не боятся ареста или борьбы с полицией.

Подростки в Челябинске нападают на милицейские машины с криком «АУЭ!» (А-О-Йе)

И простые россияне в этих регионах, и некоторые правозащитники и политики приходят в ужас от бездействия властей.Они призывают к подавлению интернет-видео, которые группы используют для саморекламы и вербовки новых членов, а также к жестким действиям против этих банд.

В июне комитет Госдумы провел слушания по поводу AUE . Представители Министерства внутренних дел (МВД) пытались минимизировать проблему, но представители магистратуры утверждали, что МВД, похоже, не понимает, что происходит.

Игорь Комиссаров, вице-президент российской магистратуры, предположил, что сотрудники МВД живут в «параллельном мире», который не отражает реалии на местах.«Я не знаю, где вы работаете, но вы совершенно не представляете, какая ситуация складывается» по этому поводу.

Преступники-подростки на судебном заседании (Изображение: volga.news)

российских криминалистов расходятся во мнениях относительно того, почему возникли группы AUE . Некоторые видят в них продолжение криминальной субкультуры 1950-х и 1960-х годов, в то время как другие предполагают, что существует «20-летний цикл» преступной деятельности, и Россия просто сейчас переживает высшую точку этой кривой.

Но российские официальные лица все чаще прибегают к своим обычным аргументам для объяснения негативных событий в своей стране. Они отмечают, что «преступность среди молодежи широко распространена во многих странах» и что «аналоги AUE сейчас существуют в Латинской Америке и США», а также в государствах-членах ЕС.

Связанный:

Под редакцией: А. Н.

Украине нужна независимая журналистика. И ты нам нужен. Присоединяйтесь к нашему сообществу на Patreon и помогите нам лучше соединить Украину с миром.Мы будем использовать ваш вклад для привлечения новых авторов, обновления нашего веб-сайта и оптимизации его SEO. К тому же, Международный фонд «Возрождение» удвоит сумму, которую собирают наши покровители к 14 июня, так что ваш вклад и влияние будут умножены! Всего за одну чашку кофе в месяц вы можете помочь навести мосты между Украиной и остальным миром, а также стать соавтором и проголосовать за темы, которые мы должны затронуть следующими. Станьте покровителем или найдите другие способы поддержать.Станьте покровителем!

Связанные

Теги: преступная группировка, криминализация российского государства, международная, Россия, российский криминальный мир, расслоение преступности в России

«Дети Путина» — жизнь, преступность, террор на окраине России

Голос водителя колеблется между депрессией и агрессией.

«Какая жизнь киндува ты это называешь ?!» он кричит. «Weerrall peepul … peeeeepul, ради всего святого!».. Фук, Руссия, ты заставляешь меня плакать! »

Мы сворачиваем из стороны в сторону заснеженной трассы. Снаружи ртуть проталкивает двадцать, и падает черный плащ сибирской ночи. «Thiziz эээ криминал … деревня», — говорит водитель. «У нас тут стреляли … Pulice n’everything». Он поворачивается, делает разочарованный жест, прежде чем открыть беззубый рот и испустить гнилостный вздох этанола.

Автомобиль трясется, и водитель снова обращает внимание на дорогу.Он продолжает свой рассказ: «Присснары, у них были парни в школе, они берут налоги с детей, ради фуока! ..» Какая же мысль ?! Бедные вон дают 100 рублей, средние вон 200 и богатые. вонс, это 250 рублей, убей меня! »

Суровый Забайкальский край, расположенный примерно в 4000 милях от Москвы, обычно не является фабрикой хороших новостей; местные жители утром не выходят из дома, ожидая чудес. Но две вспышки анархии в начале этого месяца заставили некоторых задуматься, не вернутся ли самые мрачные дни бурных 1990-х годов в Сибири.

В первом эпизоде ​​здесь, в Новопавловке, родители вернулись к закону о мафии против группы молодых преступников, встроенных в местную школу. Во втором случае, в соседнем Хилоке, подростки из специализированных учреждений напали на полицейский участок с камнями и металлическим оружием. Разделенные всего на несколько дней эпизоды достаточно нервировали Москву, чтобы отправить следственные группы в регион.

Согласно возбудимым местным СМИ, корень проблем был в движении, подталкивающем молодежь в преступное подполье.У этого движения есть собственное название — АУЭ, что расшифровывается как «Арестантский. Уклад. Един» или «Тюрьма. Порядок. Универсальный».

Граунд Зиро

Чита, административная столица Забайкальского района, на первый взгляд достаточно приятна. Небольшое количество исторических зданий и оживленных центральных улиц отличают его от других провинциальных столиц России. Но стоит только съездить в более безнравственные и безработные окраины Читы, чтобы увидеть совсем другую картину.

«Режим по умолчанию на этих улицах — криминал», — говорит мой гид, 37-летний Андрей Куликов, бывший осужденный.«Чита построена на тюрьмах, и от подполья никто не может быть больше, чем телефонный звонок или член семьи».

Мы останавливаемся у школы 17, несчастного, кишащего наркотиками скопления деревянных хижин на грани существования. В школе 17 нет уличного освещения, и все коммунальные услуги являются основными, но этот район является разумным первым портом для тех, кто недавно вышел из любой из десяти тюрем региона.

Именно в таких местах, говорит Андрей, бывшие сокамерники общаются с увлеченными бегунами-подростками.Преступники называют их оборванцами, и они помогают всем, от доставки наркотиков до организации «грев» — поставки чая, сигарет и наличных денег для отбывания наказания.

«Здесь не место, чтобы гулять ночью, — говорит Куликов. «На улице есть оружие — и никто больше не уважает договоренности».

Города на окраине


«Понимания»

В криминальных кругах «тайны», или российский тюремный кодекс, являются законами выше законов.Они запрещают всякое сотрудничество с полицией, устанавливают обязанность собирать грев и намечают альтернативную систему порядка и правосудия.

По словам другого бывшего осужденного Сергея Чугунова, уголовные суды «самые справедливые во всей России». По его словам, если кого-то несправедливо посадили в тюрьму, криминальные авторитеты «всегда» узнают правду через свои внешние сети. Сам Чугунов четыре года служил в Краснокаменске вместе с Михаилом Ходорковским, самым известным узником Читы.

Стремясь раскрыть «мораль» преступного мира Читы, Сергей приглашает меня на одно из самых известных его тусовок. Бар назван в честь Ермака Тимофеевича, казака, покорившего Сибирь кровавым дождем.

«Неважно, кто вы, здесь всегда вас ждут», — говорит Сергей. «Только не оставляйте ценные вещи в гардеробе».

Цветовая гамма бара — фекально-коричневая, прерываемая только зеркальным шаром и гирляндами. Время от времени ди-джей, коренастый мужчина лет под сорок, делает странные комментарии, на которые мало кто обращает внимание, но которые усиливают потустороннюю атмосферу.«Кому нравится ходить по квартире голым?» он спрашивает.

Потом бутылка водки, и новость о том, что в город сбежала рысь. Еще полбутылки, и ди-джей возвращается к микрофону. Подмигнув Сергею, он объявляет о присутствии «английского гостя» и посвящает моменту шансон, традиционную песню преступного мира.

К моменту окончания первого куплета «Районного прокурора» все бурно танцуют, кричат ​​от восторга:

«Для тебя я никто, и для меня ты никто»

«Я плюю на закон, вы меня в тюрьму отправляете!»

В городе, явно наполненном тюремной культурой, я спрашиваю Сергея о процессе вербовки детей в AUE.Он отрицает, что молодежь активно вербуют: «Это противоречит кодексу; вы не можете нанимать, но и не можете оттолкнуть». К тому же, утверждает он, «вся Чита — это АУЭ» — «это ментальность».

Примерный уличный опрос двух десятков читинских школьников показал, что почти все знают об АУЭ, о взаимопонимании и греве. Некоторые из них признались, что внесли свой вклад в grev, а некоторые сказали, что знают кого-то, кто это сделал. Один сказал, что в школе ходила книга «Как стать вором».

Старшие дети молчат, когда их спрашивают об AUE, и отказываются отвечать на дальнейшие вопросы.

Несколько сотен читинских подростков подписаны на группы АУЭ в самой популярной социальной сети России «ВКонтакте». При контакте большинство предлагало лаконичные ответы, полные ненормативной лексики. Один 17-летний последователь AUE, Дмитрий Ф., предостерег от нежелательного вмешательства. Никто со мной не разговаривал, он сказал: «В том-то и дело. Мы не начали это, но мы закончим. Послушай моего совета, тебе так будет лучше».

Деревня в войне

Если тинейджеры Читы хотят остаться в тени, то другая сторона, по понятным причинам, еще более стремится сохранить анонимность.

«Я хочу, чтобы ты все записал, но обещай сменить мое имя», — говорит Людмила, одна из 4000 жителей Новопавловки. «Вы не представляете, к чему мы пришли. Мы на войне, мы терроризируем этих детей и их родители».

Прошло три недели с тех пор, как жители Новопавловки увидели, что их село вышло в топ национальных новостей. Все началось с того, что группа подростков, работавших под руководством местного криминального авторитета, начала вымогать грев в местной средней школе.Размер оплаты составлял от 100 до 250 рублей в месяц на ребенка. Тех, кто не смог выплатить начисленные долги.

Дети поклялись хранить тайну, но родители в конце концов узнали об этом.

Переломный момент наступил примерно в новом году, когда с одного задолжавшего 13-летнего мальчика сняли пальто в день, когда температура на улице была минус 40 градусов по Цельсию. Один из одноклассников мальчика решил поднять тревогу и рассказал о происходящем его отцу Ивану.

Дмитрий Марков / Для МТ Без водопровода и центрального отопления жизнь в сибирской глуши может быть тяжелой.Некоторые опасаются, что ситуация станет еще жестче.

Вымогатели были хорошо известны полиции, но избежали судебного преследования из-за своего возраста. С годами у них развилось чувство непобедимости, и, похоже, все снова пошло по тому же пути.

Однако в конце января группа родителей во главе с Иваном взяла дело в свои руки.

В результате их действий несколько членов банды получили ранения, хотя Иван говорит, что сообщения о том, что он нанес «серьезные травмы» мальчикам, преувеличены.«Говорят, что мы искалечили 17-летнего… Максимум, что мы сделали, это сломали нос или два». Иван говорит, что физическое поединок было инициировано самими мальчиками, когда они вызвали его сына на драку.

Мальчики из AUE, однако, пошли в полицию, чтобы подать жалобу, и теперь родители-линчеватели с нетерпением ждут, чтобы узнать, будут ли они сами привлечены к ответственности.

По словам Людмилы, около 40 процентов деревенской молодежи — АУЭ: «Единственное, что дала им наша деревня, — это безнадежность, но преступники заставили их почувствовать себя нужными.Дети чувствуют, когда они никому не нужны ».

Дети Путина

Суровость сибирской жизни поражает нас, когда мы направляемся в соседний город Хилок (население 10 000 человек). Расположенный среди красивых заснеженных холмов и хвойных лесов, Хилок мог бы оказаться в Швейцарии, если бы не все остальное. Большинство местных жителей живут в сырых, неумолимых деревянных хижинах без отопления и воды. Пенсионеры и дети катят по улицам канистры с водой.

«Мы знаем, что это дерьмовый образ жизни, но мы стойкие и привыкли к маленьким жизненным невзгодам», — говорит 62-летний Юрий Лукьянов, железнодорожник, который сейчас на пенсии.«Это преступление, с которым мы не можем справиться».

Как и большинство жителей, Юрий говорит, что его нервируют мальчики из государственной исправительной школы для несовершеннолетних на северной окраине города. Он говорит, что боится выходить на улицу ночью и жалуется на неумолимые грабежи. «Если вы выйдете из дома без присмотра, они придут что-нибудь украсть», — говорит Юрий. «Они также наблюдают и собирают информацию о более серьезных преступниках».

Юрий говорит, что местные жители возмущены тем, что молодежь живет не только над законом, но и лучше, чем все жители города: «Они получают свежие фрукты и овощи — больше, чем наши дети могли бы мечтать.И все же 17 из них отправляются на помойку полицейского участка! »

«Эти дети неприкасаемы», — говорит он. «Их нельзя посадить в тюрьму и арестовать. Потому что они находятся под защитой государства. Потому что они дети Путина».

Сирия? Нет проблем!

После переговоров через забор, мы встречаемся с четырьмя «детьми Путина» — Сашей, Серегой, Ильей и Лёхой — все они главные герои буйства милиции.

Так они были храбрыми или просто тупыми? «Смелые», — хором говорят они, смеясь.«Свиньи все равно затеяли», — говорит Лёха. «Они арестовали нашего товарища, но этого не происходит». Они говорят, что единственное преступление их друга — быть пьяным в школе.

Мальчики признаются, что их привлекает романтика тюремной культуры — татуировки и понимание. Но когда их спрашивают об AUE, они смотрят в землю и заявляют, что ничего не знают.

Что касается будущего, то это выбор между преступностью и армией. «Сейчас неплохая карьера в армии, — говорит Лёха. «Да, у меня не было бы проблем с поездкой в ​​Сирию», — соглашается Серега.

Оливер Кэрролл / MT

АУЭ и другие граффити криминальной тематики можно встретить по всему Забайкальскому краю

Прощаемся и направляемся в местный ресторан. Меню ограничено: жареная колбаса, гречка, шоколад, водка и коньяк. «Суп может быть позже», — говорит официантка. Мы выбираем коньяк.

«Вы здесь насчет мальчиков, не так ли?» говорит женщина, редкий голос в городе, который не разговаривает. Она подходит ближе к нашему столу.«Я дерматолог, раньше работала в школе и могу сказать, что они вышли из-под контроля. Каждый год у нас бывает несколько случаев сифилиса. У 13-летних!»

Женщина шепчет. «Спросите любого — они боятся этих мальчиков. Они умеют только грабить. Они начали воровать палки и садовый инвентарь. Одному Богу известно, что они планируют».

Последняя остановка вечера — полицейский участок, откуда началась история. Когда мы приходим, за металлической решеткой сидят семь офицеров в разном состоянии пустоты.Некоторые из них читают журналы, некоторые пить чай. Другие разгадывают кроссворды.

Я стучу в окно и спрашиваю, могу ли я получить комментарий. Принимающий офицер смотрит на меня, затем на своих коллег.

«Здесь нет никого, кто мог бы поговорить с вами», — говорит он.

Послание в никуда

Погоня за официальным комментарием превращается в бесплодную розыгрыш вокруг региональных офисов официальных государственных органов.

В конце концов, заместитель губернатора области соглашается на встречу.По его словам, врач по профессии, Сергей Чабан был рад меня видеть, если я был «объективен в своих репортажах».

Местные власти поняли проблему: «Мы не страусы, прячущие голову в песок — он там, мы не отрицаем, что он существует, мы видим граффити вокруг». Но, по его словам, сообщения СМИ о широко распространенной системе AUE были преувеличены. «Есть отдельные эпизоды, когда преступники вербуют молодых людей … но в целом преступность среди несовершеннолетних сокращается …. снизилась на 20 процентов за последние два года «.

Для Чабана одним из решений была бы ремилитаризация региона. До недавнего времени в Чите был штаб Сибирского военного округа, но в результате реорганизации в 2010 году ресурсы переместились в Дальневосточный Хабаровский край, в результате чего подросткам региона не хватало законных мужских образцов для подражания.

Заместитель губернатора говорит, что правительство стремится открыть новые военные, патриотические и спортивные программы в регионе. «Мы только что открыли новое элитное суворовское военное училище», — говорит он.«Мы надеемся, что теперь мальчики смогут разговаривать с военными, а не с преступниками».

Роман Сукачев, глава регионального правозащитного центра, менее уверен в подходе правительства. Он говорит, что для решения такой проблемы, как AUE, требуется «иметь дело со всей философией», которая пронизывает официальную жизнь. «Трудно уменьшить влияние криминальной идеологии, когда [спонсируемый государством] Канал 2 поставил в канун Нового года специальный криминальный шансон», — говорит он.

Правительству области также нужно было «разобраться» в том, в какой степени местные начальники полиции сотрудничают с преступниками.Чтобы продемонстрировать свою точку зрения, Сукачев показывает мне видео совместной выпивки главы местной криминальной полиции и криминального авторитета. «Вся система взаимосвязана: полиция согласовывает правила с криминальными авторитетами, и местное население мало что может с этим поделать», — говорит он.

Некоторые местные жители, похоже, отказались от власти правительства. Родители Новопавловки, например, говорят, что решили довести проблему до «вышестоящих инстанций». «По правилам самих преступников нельзя привлекать полицию», — говорит Иван.«Итак, мы решили установить нашу собственную связь немного дальше в их иерархии».

«Единственный способ, с помощью которого наша деревня может начать крепко спать, — это если криминальные авторитеты вернут людей на их место».

Некоторые идентификационные данные и идентификационные характеристики были изменены.

Связаться с автором по адресу [email protected]

у.е. | Политический форум

Я подумал, что напишу сегодня об АУЭ.

Это новая … субкультура, я думаю, в России, среди молодежи. Очень тревожно.

Аббревиатура A.U.E. расшифровывается (ну, есть несколько трактовок, но эта самая популярная) «Арестантское Уркаганское Единство».

Эта субкультура прославляет преступность и насилие; на их логотипе обычно аббревиатура сопровождается восьмиконечной звездой


который является главным символом русской мафии, который Theives in Law (бандитские боссы) вытатуируют на своих телах по четыре человека, по одному на каждом плече, что означает их ранг; плюс по одному на каждое колено, что символизирует никогда не преклонять колени перед полицией или какой-либо властью, период

Их девиз, приведенный выше, — «Да здравствуют воры, смерть доносчикам и мусорщикам (клевета для копов)»

Но часть «Да здравствуют воры» является более важной, они используют ее все время, я заметили, когда они общаются в сети, они всегда так говорят, используют это как подпись и тому подобное.

Это на футболках


среди граффити на улицах
все чаще встречается «AUE».
даже на автомобильных номерных знаках, хотя власти наконец запретили этот номер

В основном это распространение криминальной, бандитской культуры среди молодежи России.

У вас сейчас в школах очень маленькие дети ходят с татуировками мафии


Вожаки, именующие себя «паханами», как обычно называют взрослых мафиозных боссов, в том числе воров.

И эти дети терроризируют свои школы, грабят и вымогают деньги у одноклассников и других детей в своих кварталах и городах, даже нападают, грабят и избивают взрослых. В Москве недавно была арестована банда, которая жестоко грабила людей, угрожала и нападала с ножами и дубинками; избили до полусмерти одного человека; и изнасиловал женщину. Во главе с двумя 18-летними, а остальные — 13-летними, дюжина детей, всего … Все заявляют о верности AUE …

Преступления среди молодежи были и раньше, конечно, в некоторых местами — хуже других.В каком-то смысле это было даже забавно. В отличие от США, с вашими Crips, Bloods, Surenos и прочим, у них никогда не было этих национальных молодежных банд, они всегда были местными. Многие — названы в честь улиц или других мест, имеющих значение для мальчиков. Так, например, я читал раньше, в Екатеринбурге есть один особенно плохой район, где долгое время жители жаловались, что существуют две большие подростковые банды, которые жестоко борются друг с другом и устраивают погром в районе: «Макдональдс Групп» и «Бургер Кинг Групп».Серьезно Два заведения быстрого питания в капюшоне. Один служил базой для одной банды, другой — для их соперников. Назвали себя соответственно lol

АУЭ другой. По всей стране. Распространяется через Интернет и из уст в уста.

На своих онлайн-страницах в «ВКонтакте» (русский Facebook) и в других местах можно увидеть, как дети размещают фотографии, хвастаясь арестами


Осуждениями в уголовных преступлениях теперь ГОРДОВАТЬСЯ!

Просто всякая ерунда напортачивая, вроде той, которую там видят…

AUE наплевать на расовую / этническую принадлежность. Раньше, например, в Москве молодежные банды делились по национальностям, славянским, кавказским и т. Д. A.U.E. приветствует всех. Например, я недавно прочитал о Бурятии, регионе в Сибири, населенном коренными монголами, где местные жители говорят, что банды AUE теперь повсюду, люди боятся выходить на улицу после наступления темноты, в некоторых местах.

А в соседней Читинской области, где проживает 99% белых славян, дети из AUE терроризируют целые города и фактически напали и разгромили сельский участок милиции, пытаясь спасти задержанного товарища! Они разбили окна, оторвали камеры слежения, подожгли припаркованный неподалеку полицейский фургон.В то время там дежурили всего два копа. Один выстрелил из АК в воздух, чтобы напугать их, а другой призвал поддержать …

AUE — это как сама мафия. Русская мафия многонациональна, у каждой нации бывшего Советского Союза есть своя фракция и все такое, в том числе и свои Воры. Особенно это можно увидеть за границей, например, здесь: Федеральные органы власти арестовали наркологическую организацию в ходе утренних рейдов | New York Post

Я смотрю на имена здесь: Леонид Гершман — еврей, Алексей Цветков — этнический русский, Ренат Юсуфов — мусульманин с Кавказа, Игорь Круглый — русский, Вячеслав Малькеев — русский, Исок Аронов — еврей, Юсиф Пардилов — европеец, Горский еврей из Дагестана, это очень распространенное среди этих людей имя, Леонид Котовников — русский, Семен Парнис — еврей.И какие-то американские латиноамериканцы тоже связаны с ними, что на самом деле довольно необычно, обычно российские криминальные синдикаты не пускают «посторонних», людей не из бывшего СССР.

Но вышесказанное интересно само по себе.

Это как … Я не знаю, скажем так, если американские банды каким-то образом расширились за границу, и у вас были, например, какие-то Crips, MS-13 и, я не знаю, байкеры Hell’s Angel, все работают все вместе. Представьте себе, что … В России это реальность. Преступление объединяет все этнические группы… Я думаю, что это часть того, что делает русскую мафию такой чертовски стойкой на протяжении всех этих лет … Дает им много преимуществ, конечно, за рубежом, в США. Например, через свои армянские фракции они сформировали большой союз с уличными бандами американских армян в Калифорнии. И т.д.

Не то, чтобы я хвалю мафию, нет, они причинили много вреда самой России, Бог знает … Включая эту вещь AUE, которая, по мнению многих, является их новым способом вербовки большего количества молодых людей. Хотя на самом деле, даже некоторые настоящие воры в законе, крупные мафиози, сами осуждали это, хотите верьте, хотите нет, lol Многим это не нравится, особенно старшим, парням из советской эпохи и 90-х, которые говорят, что это всегда было против Понимания, кодекс российского уголовного кодекса, чтобы они вербовали и использовали таких детей.Но более молодые воры, такие как тот, что на картинке выше, им больше наплевать на старый код. Они просто хотят зарабатывать деньги. Откровенно говоря, мафия в России сейчас больше похожа на мексиканские картели …

В этом году она достигла апогея, после того, как на фестивале в Челябинске разгневанные молодые люди подрались с полицией и напали на полицейскую машину после того, как товарищ их арестовали


Они кричали «АУЭ!»

Недавно известный спортсмен, борец Юрий Власко, национальный и международный чемпион


был убит в своем родном городе в Сибири, зарезан в драке, в которой группа молодых людей, вооруженных лезвиями, напала на него и его друга на пляже после некоторой предыдущей ссоры.Местные жители говорят, что все нападавшие были AUE.

Наконец, на ежегодной телевизионной конференции Путина с народом пару месяцев назад женщина попросила его сделать что-нибудь с распространением идеологии AUE среди молодежи в ее городе. Сказал, что школа ее детей стала опасным местом не только для детей, не являющихся членами AUE, но и для взрослых, учителей тоже. Она сказала, что у них (она является частью группы активистов, пытающейся бороться с этим там) есть доказательства того, что взрослые преступники направляют детей из AUE, они видели, как взрослые мужчины подъезжали на машинах в школы, чтобы раздавать детям наркотики. другим детям; и собирать наркотики или вымогать / украсть / украсть у них деньги.

Это проблема, с которой им никогда раньше не приходилось сталкиваться, вон там, полиция, прокуратура, правительство. Я надеюсь, что они закроют это дело, прежде чем оно действительно выйдет из-под контроля. Уже был инцидент, тоже в Сибири, я полагаю, в вышеупомянутой Читинской области, дети из AUE вымогали деньги у других детей в школе и довольно сильно избили одного парня, после того как он отказался платить, положили его в больницу; а также сексуальные домогательства к некоторым девушкам. Позже кучка разъяренных отцов детей, не принадлежащих к AUE, встретила мальчиков AUE возле школы с бейсбольными битами и тому подобным, и там было старое доброе русское сведение счетов… Думаю, травмы были с обеих сторон, хуже у молодых. Полиция все еще разбирается с этим.

Крови будет больше, если так будет … Больше людей возьмут закон в свои руки, чтобы защищать своих детей …

сообществ AUE могут быть запрещены в России — Реальное время

Сейчас законопроект касается только сообществ в социальных сетях и СМИ, но автор не исключает, что Бригада и шансон могут быть подвергнуты критике

Госдума может запретить АУЭ — в переводе «заключенные имеют общую судьбу».В парламент вынесен законопроект, запрещающий пропаганду криминальной субкультуры. Автор инициативы сенатор Антон Беляков считает, что AUE и группы смерти имеют много общего — от романтизации соответствующей темы до указаний, как совершить самоубийство или шантажировать младших школьников. Теперь законопроект затрагивает только онлайн-контент и СМИ. Но его автор заявил «Реальному времени», что следующим шагом может стать запрет на гангстерские фильмы и шансон. Подробности рассказывает «Реальное время».

AUE приравнять к группе смерти?

Сенатор Антон Беляков решил сделать то же самое, что поступили с группами смерти и СМИ, которые пишут о самоубийствах в сообществах в социальных сетях и в сообщениях, которые делают криминальный образ жизни более привлекательным. Он предложил внести соответствующие поправки в «Закон о СМИ» и «О защите детей от информации, наносящей вред их здоровью и развитию».

«На законодательном уровне в России не допускается пропаганда самоубийств, наркотиков, экстремизма как негативных и общественно опасных явлений.Кроме того, до сих пор не существовало запрета на пропаганду криминальной субкультуры, хотя популяризация криминального образа жизни представляет не меньшую угрозу для общества, а сама криминальная субкультура напрямую связана с экстремизмом, рэкетом и другими нарушениями законности и законодательства. порядок », — пишет Беляков в пояснительной записке к законопроекту.

Говоря о сообществах, пропагандирующих криминальную субкультуру, Беляков имеет в виду неформальное молодежное объединение АУЭ (аббревиатура переводится как «у заключенных общая участь»).В социальной сети Vk.com таких сообществ несколько десятков, самые крупные из них имеют от 200 до 300 тысяч подписчиков.

Сенатор Антон Беляков считает, что AUE и группы смерти имеют много общего — от романтизации соответствующей темы до указаний, как совершить самоубийство или шантажировать младших школьников. Фото: sm-news.ru

«Школьникам предлагают сначала покурить, а потом украсть несколько записок у родителей»

«Члены сообщества пропагандируют тюремные концепции, просят соблюдать« воровской кодекс », собрать деньги в так называемый слэш-фонд, создать параллельную структуру власти, как в криминальном мире взрослых среди несовершеннолетних », — комментирует свою инициативу Беляков.По его словам, подростки из неблагополучных семей, у которых есть проблемы с родителями, трудности в общении со сверстниками, а также те, кто просто хочет получить чье-то одобрение или поддержку, находятся под влиянием молодежных преступных группировок. «Потому что преступное сообщество, прежде всего, объявляется братством, члены которого всегда будут защищать свою половинку в непростой ситуации».

Если группы смерти публикуют «книги» о самоубийствах, у сообществ AUE есть видеоинструкции о том, как «не шумя грабить квартиру соседа», — делится своими наблюдениями автор законопроекта.«Они предлагают школьникам сначала покурить, затем воруют несколько записок у родителей и начинают шантажировать младших школьников. То, что ребенок растет в благополучной семье и ходит в престижную школу, не является препятствием для присоединения к сообществу AUE в социальных сетях », — уверен Беляков.

Никаких инструкций, о которых Беляков говорит в открытом доступе, в таких сообществах нет. Новостная лента обычно состоит из фотографий дорогих автомобилей, красивых девушек, цитат о дружбе товарищей и благодарностей мамам.

«По моему мнению, я бы не стал показывать сериал Бригада на ТВ», — говорит Беляков.

«Я бы не стал показывать сериал Бригада на ТВ»

Возникает вопрос — почему инициатива покрывают только Интернет и СМИ, если преступный образ жизни восхваляют в фильмах, сериалах и музыкальных композициях? Антон Беляков прокомментировал «Реальному времени», что «это не последний законопроект по этой теме».

«Что касается театральных постановок и полнометражных фильмов, то сейчас идет дискуссия, стоит ли вмешиваться в работу режиссеров. .Поэтому мы решили не говорить об этой теме сейчас. Что касается моего мнения, я бы не стал показывать серию Бригада по телевизору », — говорит Беляков.

В случае принятия законопроекта будут созданы определенные критерии — что такое пропаганда криминального образа жизни, а что нет. На их основе Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций сможет запретить контент без решения суда. В свою очередь, владельцы общины должны будут обжаловать действия сервиса в суде.По словам Белякова, например, это не приведет к запрету на весь плейлист радио «Шансон».

». Когда мы слышим шансон, где несчастный мальчик, совершивший преступление по ошибке, когда был моложе, сидит в тюрьме, ему плохо, и его мать скучает по нему, это не пропаганда криминального образа жизни. Напротив, шансон на 80% состоит из него. И если эта композиция посвящена тому, как круто грабить, воровать и все будет отлично, тогда — красивая жена, дом, дорогая машина, это совсем другой контент, я бы его забанил », — говорит Беляков и уточняет, что он не собираюсь посягать на творчество Есенина, Высоцкого и Розенбаума.

В декабре 2016 года дизайнеры из Казани изготовили футболки и худи с изображениями участников казанских банд и имен известных прежде организованных преступных группировок Татарстана. Фото: Катя Огуречкина, Инд

От футболок до музыки: как Татарстан делает криминал более романтичным

Однако криминальная пропаганда давно вышла за пределы Интернета. Например, те же сообщества AUE продают тематические футболки, кепки и чехлы для телефонов.

В декабре 2016 года дизайнеры из Казани изготовили футболки и худи с изображениями участников казанских банд и имен известных прежде организованных преступных группировок Татарстана.

Автор идеи Анастасия Ярушкина, создавшая бренд Dry River, обвинялась в оправдании бандитов, угрожавших не только Казани, но и всей России в 80-90-е годы. Тогда дизайнеры отказались от участия в новогоднем Open Space Market Kazan, точнее, организаторы выставки заявили, что не хотят видеть на своем мероприятии одежду с названиями казанских ОПГ.

Тема тюрьмы не покидает умы татарстанских артистов и музыкантов.Певица из Набережных Челнов Айгель Гайсина выпустила песню Tanya , в которой рассказывается о тюремных сроках. Отметим, что все песни AYGEL основаны на реальных событиях: гражданский муж Гайсиной отбывает трехлетнее заключение за драку. Альбом группы 1190 рассказывает о судебном процессе над ним. В интервью «Реальному времени» Гайсина рассказала не только о татарском клауд-рэпе и стихах, но и о несправедливых судебных процессах.

Дарья Турцева

Писатель, сестра которого вышла замуж за ублюдков.

Этот рассказ был первоначально опубликован в Newsroom.co.nz и переиздается с разрешения

Замечательное личное эссе писательницы Вестпорта Бекки Манавату о ее сестре, вышедшей замуж за члена банды.

Моя сестра вышла замуж за члена Монгрелской мафии более 10 лет назад. Ходят слухи, что она была в красно-черном платье.

Я не пошел, потому что меня не пригласили. Дело не в том, что мы с сестрой не любим друг друга, просто мы давно жили в разных мирах. У нее плохо получилось из-за залатанного мальчика.У меня плохо получилось для мальчика-регби.

ПРОЧИТАЙТЕ БОЛЬШЕ:
* Глен Бо Дугган был опрятным ребенком с проблемным воспитанием
* Президент мафии Вайкато Монгрел говорит, что банды сдадут оружие
* Сэвидж открывается в подростковом возрасте
* Давняя банда Крайстчерча выставлена ​​на продажу
* Женщины говорят о преодолении жестокого обращения на мероприятии Mongrel Mob Kingdom

Я много лет наблюдала за игрой моего мужчины и болела за него в его экипировке, после этого часто проводились скаллинги, и кто-то иногда разрушал вечеринку, предлагая девушкам получить свои сиськи для мальчиков.

Я не знаю, что может делать мужчина моей сестры, чтобы она подбодрила его, но я знаю, что в тот день, когда он позвонил мне, чтобы сказать, что ему понравилось читать мой роман Auē , он только что вернулся с починки его забор.

Он был доволен собой и очень хотел выпить холодного пива. Я слышал об этом человеке некоторые вещи, которые было трудно понять, но я подумал, братан, надеюсь, что когда-нибудь будет с тобой.

Я думал о своей сестре и ее жизни, когда писал главы в Auē о безымянной, но опознаваемой банде.

Она стала для меня как мифическое существо, потому что я не видел ее с тех пор, когда давным-давно, более десяти лет назад, в Таумарунуи, когда мы расстались на условиях доброй сестры. Я собирался в Италию, а она — нет. Мы увидимся, когда я вернусь, а потом не увидимся, и мы не увидимся, и мы не увидимся.

Иногда я смотрю в зеркало в ванной и называю себя …

Мой отец был шкипером лодки. Моя мать не работала, но целыми днями создавала впечатление, что в доме она никогда не убирала, потому что в нем никогда не было необходимости.

У меня две сестры и один брат. У моего брата голубые глаза и светлые волосы, как и у меня (теперь серые, как мышь), а мои сестры — настоящие ātaahua Māori wāhine. Ник на восемь лет старше меня и Тэма, 10 лет.

Мой вакапапа маори живет в Саутленде, на островах Чатем и в Ракиуре. Я полюбил баранину в очень молодом возрасте, и все в моей семье любили меня за это. Особенно мои сестры.

«Вы больше маори, чем мы», — говорили они. Я не понял, что они имели в виду.Я думал, что мы горох из стручка, а я и Коди были просто белыми.

Думаю, мне было около восьми лет, когда я узнал, что есть более веская причина, что они были коричневыми, а я — белым. Я учился в начальной школе Ваймангароа и ждал своей очереди, чтобы подпрыгнуть на батуте. Другая девушка подпрыгивала и не останавливалась. В конце концов я достаточно рассердился, чтобы указать на ее эгоизм.

Я все такой: «Эй! Теперь моя очередь».

И она была похожа на «Что угодно» и продолжала подпрыгивать.

Итак, я вытащил свой обычный козырь, мой флеш-рояль: «Я достану своих сестер».

Она перестала прыгать. И я ухмыльнулся, подумав: «Ага, каждый раз работает». Но она просто улыбалась и улыбалась. Затем она сказала: «Они даже не твои настоящие сестры».

Я представил себе их длинные, длинные черные волосы, зеленые и карие глаза, а также высокий рост, как будто они были здесь гораздо дольше меня, и подумал, что они на самом деле могут быть не моими настоящими сестрами. Слеза скатилась по моему лицу.Девушка увидела это и издевалась надо мной, а затем вернулась к подпрыгиванию.

Я пошел домой и потребовал ответов. Для драматического эффекта скажу, что топнул ногой. Не знаю, правда ли это, но воспоминания о моем эмоциональном состоянии в тот день заставляют меня поверить, что я мог бы это сделать.

Когда я спросил, что, черт возьми, происходит (тоже не то, что я тогда сказал, но чувствовал), они все посмотрели на меня, как будто я был псих. И не из-за моего эмоционального состояния, а из-за невнимания к цвету кожи.

Итак, мама сказала мне, что они мои сводные сестры.У них был другой отец. Они звали папу папой, потому что он был их отцом. Но не их отец. Затем мои сестры сказали мне, что мы никогда, никогда, никогда не будем использовать слово «сводная сестра». Мама использовала его сейчас для объяснения, но мы больше никогда не будем использовать этот термин. Ни для кого.

По мере того, как мы становились старше, я все больше радовался этому правилу. Когда я был достаточно взрослым, чтобы оказаться на тех же вечеринках, что и Ник или Тэм (в основном Ник, в основном в ее доме — Тэм на самом деле не устраивал вечеринок), они представляли меня как свою сестру, и мы смотрели, как люди спрашивают вопросы с их лицами.

Это были обычно пакеха, которые хотели реальных ответов, которые говорили: «Итак… ты…», как будто мы были обязаны им объяснения.

Я чувствовал себя гангстером, стоящим рядом с Тэмом или Ником, или с ними обоими плохими сучками, пока люди пытались разобраться с нами. Я не возражаю против того, чтобы люди помогали другим. Часто это происходит из любопытства и любопытства — это прекрасно. Но иногда люди просто хотят посадить вас в ящик, и когда вы ссоритесь, их шеи краснеют.

Неповиновение наполняет людей гневом.Неуверенность в секрете вызывает у людей гнев. Но когда моя сестра познакомила меня с тангатой, когда это было, о чур, я получил объятия и поцелуй, и все, не нужно объяснять.

Но, фаар, некоторые люди: «Это моя сестра», — говорил Ник.

«Итак…?» они ответят.

«Итак … ее зовут Бекки».

«А…?»

И черт возьми, мы не хотим с тобой тусоваться.

*

Когда я начал писать Auē , я был зол на какое-то дерьмо, которое пропало.

Я не злился на то, что Глен Бо хотел перестать жить с нами и жить со своей матерью, я просто немного обиделся на это. Но когда я в следующий раз увидел его, одного из моих лучших друзей в мире, и он был теперь в коробке, потому что он был убитым ребенком, я разозлился.

Сначала я получил очень и очень желаемое. Я сидел у его гроба и пытался оживить его. Я оставался рядом с ним так долго, что один из моих кузенов время от времени получал обязанность удостовериться, что у меня есть Time Away from Dead Glen Bo.Потом я был очень, очень убит горем.

После этого меня охватила ярость. Мама дала мне топор, и я срубил мертвое дерево после школы для нового хобби.

Глен Бо был убит отчимом. Его избивали в течение двух дней, пока он не впал в кому, из которой он не вставал, чтобы пойти играть.

Люди сделали ему хака, пока он был в своем гробу в доме тети Марг и дяди Гая. А потом в тот самый голубой день неба слезы упали с ранджинуи. Мы все подняли глаза и улыбнулись, посмотрели друг на друга и улыбнулись, и хака ревела вокруг нас, пока мы снова не заплакали.

Я хотел, чтобы Глен Бо вышел и посмотрел на хака, ему бы это понравилось.

Когда я начал писать Auē , я был зол, что моя семья была разбросана, и мы никогда не получим ее обратно. Я был зол на Ник. Я был зол на ее мужа, которого даже не знал. Я злился на себя.

Я отправил копию своей книги Те Куити Нику. Ее муж решил, что прочтет это … первым. Когда он закончил, Ник написал мне: «Он закончил твою книгу».

А…?

Ты занят, он поговорит с тобой.

Он позвонил, и когда зазвонил телефон, я представил, как он стоит на кухне уродливого дома с уродливой нашивкой, вооруженный волшебным мачете, который он мог проткнуть через телефон и убить меня за то, что я такая тупая маленькая белая девочка, думающая она знала, где, черт возьми, что за … и кто, кто, кто, черт … она писала.

Он сказал: «Бекки! Я только что закончил твою книгу Auē ».

И я сказал: «Ты сделал?»

И он сказал: «Да, да, это была книга.Это была хорошая книга. Я хотел зайти в эту книгу и разбить некоторым из этих парней головы ».

И его образы в мерзком доме с уродливой нашивкой с волшебным мачете рассеялись, и остался только человек, разговаривавший по телефону с невестка, которую он никогда не встречал.

Он много читает, сказал он. Он любит книги, у него есть свой читательский билет. На самом деле он сказал библиотеке Те Куити, что им следует достать мою книгу. Он сказал, что только что починил его забор, а теперь он хотел бы взломать консервную банку, поэтому он вернет меня моей сестре.

*

Потом она дочитала книгу. И она написала мне, и был один момент, который причинил ей боль больше всего, тот, который заставил ее плакать.

Поцелуи бабочки. Она написала мне, что вспомнила, как я целовал ее бабочки.

«Всего лишь один поцелуй бабочки от тебя сделал все хорошо, в каждом из нас есть немного Auē », — сказала она.

*

Люди спрашивали меня об исследовании моей банды. Я сказал им, что представил человека, которому не дали любви — это не значит, что все члены банды тянутся к банде из-за недостатка любви.

Я представлял его не как типичного члена банды и не как стереотип каждого члена банды, а просто как чертову парня, который может в мифическом доме, похожем на банду, стать чьим-то худшим кошмаром. .

Я задавал себе вопросы об этом человеке: что, если бы он надел снаряжение? Что, если он хотел почувствовать себя сильным больше всего на свете? Что, если он позаботится о том, чтобы его миссис не получила ни цента через него?

Как бы это заставило его себя вести? Что, если бы он мог получить какой-нибудь привкус? Как бы он отнесся к этому, если бы ни у кого из других членов мифической банды не хватило смелости, мозгов и средств, чтобы получить какой-нибудь удар?

Что, если его женщина — это то, чего он боится больше всего во всем мире — не мачете или ружья, а ее вахиновая красота? Что, если она — самое прекрасное, что он когда-либо видел, и он предпочел бы, чтобы она умерла, чем кто-либо ее коснулся?

Что, если бы его страна была колонизирована, и его язык был изъят у его предков, и везде, где бы он ни был в своей жизни, он чувствовал себя полностью оторванным?

Для своего исследования все, что я делал, это задавал вопросы мифическому человеку в мифической банде, но ради магического реализма я топнул бульдога на шее одного человека.

Для моей сестры мафии.

Вернись в мою жизнь, плохой …

Auē Бекки Манавату (Макаро Пресс, 35 долларов)

Эта история была первоначально опубликована на Newsroom.co.nz и переиздана с разрешения

Призрак любви добьется своего: поэт отвечает Ауэ

Эссе-рецензия на роман Бекки Манавату «Ауэ», одного из четырех финалистов Премии Яна Медликотта в области художественной литературы, самой престижной из Книжных премий Новой Зеландии Оккама.

Есть привидения. Они настоящие. Вы родились с ними. Ты умрешь вместе с ними. Они ваше наследие и будут вашим наследием. Cest la vie, без малейшего намека на иронию. Просто примите это как Символ веры. Призраки приходят с территорией, с дерном.

В прошлой жизни я знал человека по имени Каспер. Звонил, не назвал. Он был белым парнем в коричневой банде. Та же коричневая банда, которую предлагает Ауэ. Одна из южных глав. Понимаете, у братьев ужасное чувство юмора.Он вышел на пенсию, когда ему было за сорок, можно сказать, досрочно вышел на пенсию. Любовь важнее верности.

Снял повязку и принял избиение.

Но все же называл себя Каспером. Он хорошо знал своих призраков. Принял их.

Теперь свободен преследовать себя без страха и благосклонности.

Призрак любви преследует каждую страницу дебютного романа Бекки Манавату. Рожденная глубоко в морской церкви отцу-рыбаку, утонувшая в печали и материнском гневе, она сеет ревность сестер, сталкивается с яростью толпы бульдогов, встречаясь с фантазией о русалках.

Призрак любви добьется своего.

Подумайте о храбрости детей, которые во всем полагаются на взрослый мир вокруг них. Страна гигантов, богов и монстров, зачастую не хаотичная, как ад, и слишком захваченная собственным праведным хаосом, чтобы заботиться о нуждах своего потомства.

«Приходи кай, дружище»

«Вот пятьдесят центов, Буб»

«Хочешь выпить моего пива, дружище?»

«Хочешь прокатиться, дружище?»

В реальном мире, который воображает вся великая фантастика, мы можем перемещаться по ландшафтам, с которыми мы иначе не могли бы столкнуться, местам с искаженной перспективой, где любовь — это молот и топающая пятка, а дети, которые еще не знают своих легенд, все еще понимают, что они являются частью большой истории, первые слова которой были написаны задолго до их рождения.

То, что эти воображаемые миры существуют, дает вымышленную валюту. Мы знаем, что есть бесплодные земли, возможно, за пределами нашего опыта. Мы знаем, что люди, находящиеся не так далеко от нас, находят все необходимое, чтобы выжить в этих местах, точно так же, как мы знаем помимо инстинкта, что выживания в долгосрочной перспективе может быть недостаточно.

В конце концов, мы люди. Мы хрупкие. Иногда ломаемся.

Бекки Манавату и ее дебютный роман Ауэ. Фотография Бекки: Тим Манавату.

Шраме восемь лет, он недавно стал сиротой, что странно звучит как слово, место и время которого прошли.Как будто больше не должно быть сирот. Как будто любви должно быть хоть отбавляй. Место и время, конечно же, говорят нам об обратном. Просто посмотри вокруг сегодня и знай, что иногда любовь имеет отношение к сладкому траху.

Но он не совсем один в мире. Еще нет. Не тогда, когда мы встречаемся с ним, доставленным в дом его тети на молочной ферме недалеко от Кайкоуры мальчиком, которого он знает как своего брата, Таукири, подростка, которого Шрама не может знать. За исключением того, что он это знает; Таукири как-то отдаляется от него.Через трагедию, которая привела их сюда, мы узнаем, среди прочего, что жизни, какими бы короткими они ни были, полны концов и начал.

Шрама мудр для своих лет. Знакомство со смертью открыло ему глаза и обострило его чувства. Это кроткая храбрость ребенка, который понимает, что «… когда вы сомневались, что существуете достаточно долго, вы начали исчезать». Поэтому он склеивает себя пластырями и играет в Джанго с девушкой по соседству.

Ее зовут Бет.Она ровесница Шрамы, но научилась казаться старше. У нее есть собака по имени Лупо, которая толщиной с две короткие доски. Лупо знает один трюк и только один — как играть мертвым по команде. Но погоня за пчелами может стать для него смертью.

*

Теперь Таукири — мальчик-мужчина, поющий: «… Ни драконов, ни демонов, Нет слов, кроме этих, изгоните их …» Это песни, которые навсегда останутся с ним, Таукири, сын моря.Это аккорды, это бренчание. Песни разучивал на коленях твоего отца. Учите Шраму, мальчика, который называет вас братом. Один день. Когда найдешь смелость.

А пока вы его осиротели.

Как это разбивает тебе сердце.

Скажите себе, что это во благо. Полежи немного. Ему лучше без тебя, блаблабла. Фигня ничего вам не стоит, когда вы продаете его себе, а, братан. Ага, ты знаешь. Во всяком случае, в краткосрочной перспективе. Тогда иди найди свою тупоголовую мать. Покажи ей, кем ты станешь.Беги в Веллингтон. Продайте доску для серфинга. Продай свою душу. Поставьте океан между собой и тем немногим, что у вас осталось. Ваше путешествие началось много лет назад, молодой человек, когда вашему деду захотелось быть Мауи, еще одним сыном моря, хотя он не мог замедлить движение солнца, потому что не знал слов.

А ваша мать была ребенком в доме собак.

Итак, каждый мальчик-мужчина так или иначе проделывает это путешествие, пора опереться. Пора лететь. И поймите, когда кости ваших крыльев сгибаются под вашим весом против неба, звезды, по которым вы путешествуете, — это глаза вашего отца.

Мы должны слушать B I R D S O N G не ради смысла, а ради смысла.

Семья Бекки на пляже Ваймангароа. Фото: Бекки Манавату.

Когда я был ребенком, мой отец объяснил мне, почему во время сильнейшего бедствия мы, люди, естественным образом принимаем позу зародыша. «Это сын утешения. Что-то внутри нас помнит матку. Самое безопасное место, которое мы когда-либо знали ». Манавату называет это «золотым обманом».

Последнее место, о котором мы ничего не знали. Все вниз по склону оттуда.

Или, может быть, я просто слишком много зацикливаюсь на этом.

История Джейд — это история, которая доходит до нас свыше, так сказать, от manu kōrero; говорящая птица, сказочник. Джейд — whakapapa, «везучая мафия», принцесса дворняжек. Девушка из ада, которая влюбилась в человека с морскими глазами. Джейд — это каипо, удивительно загадочное слово маори, которое означает так много всего; мать, источник пропитания, происхождение дома и семьи.

Дом. Семья. Ванау.

Еще больше обмана, когда Туи опоясывает свою пятикратно татуированную плоть, чтобы кости перьев были песнями о легком мире и нежной любви, а также о многом, что сломано и невозможно.Ее двоюродный брат Сав, красавица с зазубринами. Дом. Оружие. Игра банды. Ее отец, действительно ли он мечтал о лучшем для них?

Помните Джейд, несмотря на всю его пышность и симфоничность, Туи лжет. Но симпатично.

И с фальшивым жемчугом у горла.

Auē! Te mamae hoki… “

*

У меня был kōrero с моим сыном-лингвистом об общем характере междометий, как и у вас, учитывая, что Ауэ — одно из великолепных междометий te reo Māori.Он сделал то, что я считал интересным наблюдением. «Можно было бы возразить, — предположил он, — этот язык в целом просто предоставляет набор правил для построения и интерпретации междометий». Подразумевая, что междометия были первыми, что кажется достаточно логичным. Тепло огня. Восклицательный знак предупреждения. Оплакивание горя.

Ему пришла в голову идея потусоваться со своей куей несколько лет назад.

Он был тогда ребенком, и всего пару лет назад мама перенесла инсульт.Аналитический аспект ее языка был довольно хорошо продуман, и вскоре стало очевидно, что даже такое короткое предложение, как «Закрой чертову дверь!» на самом деле было просто заученным утверждением, действующим как своего рода междометие по умолчанию, хотя и с широким спектром приложений.

Дело в том, что у мамы тоже было где-то в памяти закэшировано слово « Auē» , которое чаще всего выражалось в виде меланхолических жалоб на ее любимую песню E te ariki , , в которой присутствует гармония. рефрен, Auē… Auē…

Простое пение, каким бы грустным оно ни было, казалось, просто уносило ее.В этом простом, мягком слове есть сила. Тонкое прикосновение в сочетании с весомым смыслом придает Ауэ его силу, ценность и ману не только как слово, но и как титул, присущий этой земле, и никакому другому.

Девушка Бекки из Нгаи Таху со своим папой. (Фото: Бекки Манавату)

Бекки Манавату очень любит писать. Ремесло этого. Работа этого. Махи. Она журналист Вестпорт Ньюс, самой маленькой независимой ежедневной газеты Новой Зеландии с подписной базой чуть севернее 2000 года.Вы не могли и мечтать о лучшей среде, чтобы отточить свои навыки, чтобы они были крепкими.

Среди недавних историй был рассказ об одной из ее соседок в Ваймангароа, которой во время изоляции исполнилось 60 лет, и ее разбудили в 7 утра Дженни и Лин, двое стойких местных жителей, которые скандировали с днем ​​рождения через громкоговоритель добровольной пожарной команды. Другая история зафиксировала обвал, произошедший с новым местным полицейским, пробывшим на побережье менее недели, и заметил, как некоторые изворотливые парни вели машину DOC не там, где она должна быть.

В то время как более длинный отрывок вспоминает рождение одного из ее детей в Италии более 10 лет назад, это воспоминание тем более яркое из-за горькой реальности, что палата, где родилась ее дочь, в последнее время захлестнула пандемия.Таким образом, обычное повествование дня объединяет Вестпорт с окраинами Рима и юную мать Нгаи Таху с видением призраков в руинах.

Некоторые из нас действительно не знают, как бороться с призраками. Даже в литературе, где все образные намеки и приемы кажутся достаточно готовыми, чтобы иметь дело с живыми, мертвые слишком часто кажутся неуверенными. Те Ао Маори предлагает что-то вроде прагматического подхода, признавая серость во всем. Мараэ связывает мертвых с живыми, землю и море с небом, прошлое с будущим.

Это часть того, что значит носить какаху вакатаратара, плащ из крапивы. Это вес, который вы чувствуете, чтобы доказать, что ничего не чувствуете. Призраки — это пространство, которое заполняют дети, когда правда имеет еще меньше смысла. Призраки должны преследовать живых.

Есть трагедия, которая на протяжении многих лет достигает детства Манавату и насильственной смерти очень любимого молодого кузена в обстоятельствах, которые кажутся слишком жестоко знакомыми как повторяющаяся тема в нашем национальном дискурсе.Ее двоюродного брата звали Глен Бо Дугган, и он умер в 1994 году.

Учитывая, что Бекки всегда собиралась писать, казалось неизбежным, что ее кузен пробьется в ее работу. Она затрагивает это в эссе и интервью с тех пор, как Ауэ начал привлекать внимание, отмечая, что большая часть характера Шрамы имеет поразительное сходство с Гленом Бо, о котором она недавно подробно рассказала в The Press (21 марта): «Он был действительно тихим, считается типом человека… нежным и веселым, артистичным и вдумчивым.

И призрак любви добьется своего.

Почему?

Потому что она должна.

* «Драконы и демоны», Травы (1981)

Ауэ Бекки Манавату (Mākaro Press, 35 долларов США) можно приобрести в Unity Books. Прочтите первую главу здесь и замечательное эссе Манавату здесь.


Подпишитесь на еженедельную рассылку Rec Room, доставляющую последние видео, подкасты и другие рекомендации The Spinoff прямо на ваш почтовый ящик.

Беспокойные моря: Притяжение и Auē

Джесси Брэй Шарпин в двух дебютных романах, которые считаются с болезненными воспоминаниями и раздробленными семьями: Притяжение Руби Портер и Auē Бекки Манавату.

Сломанный холм из рифленого железа на наклонной сухой траве перед пустым пляжем. Звук папиных джандалов на бетонной дорожке с песком на каждом шагу. Играйте со своими кузенами в лодке, сделанной из разрезанного пополам выброшенного буя с мидиями.Обыщите холодильник тети в поисках яиц и старого мяса, чтобы накормить угрей в ручье в устье, когда отлив. Темно-розовые пряди в ваших куртках, засохшие опавшие листья одного из двух деревьев пухутакава, которые обрамляли холм, как два пылающих маяка, всегда видимых с моря на лодке вашего дяди.

Воспоминания о воде. Места. Соли и ветра.

Руби Портер и Бекки Манавату в своих дебютных романах « Притяжение » и « Ауэ » перекликаются друг с другом в изображении отчетливо новозеландских воспоминаний.Прочитав оба, я столкнулся со своими воспоминаниями о лете, побережье и маленьком городке Новой Зеландии. Бесконечные семейные поездки и горе по потерянным членам семьи.

Аттракцион рассказывается молодой женщиной во время путешествия с двумя друзьями между Оклендом, Левином и Вангарой. Мы следим за путешествием глазами этой молодой женщины, сидящей на заднем сиденье со своей собакой Бо, поскольку ее вид из окна транслируется читателю через короткие всплески памяти: о детстве, о ее матери, о ее отношениях с ее бывшего парня и историй, рассказанных ей ее учителем te reo Пита, о переживаниях его тупуны в новозеландских войнах.Она болезненно осознает последствия колонизации повсюду и стесняется своего места на земле. Ее друг Аши говорит ей: «Твоя белая вина никому не помогает», и читатель выдыхает, а Аши представляет собой альтернативу тяжести постоянной вины главного героя.

Он напряженный и жестокий, перемежающийся сценами сильной семейной любви — поток, который проходит через всю книгу.

Auē сосредотачивается на двух недавно осиротевших братьях, Таукири и Шрама, и начинается с того, что Таук оставляет младшего Эри с их тетей и дядей и отправляется один в Веллингтон.На протяжении всей книги мы чередуем точки зрения братьев, вплетая в нее еще одну историю: Джейд и Токо. История Джейд и Токо, рассказанная Джейд и включающая в себя истории из ее детства, происходит в мире неназванной банды. Он напряженный и жестокий, перемежающийся сценами сильной семейной любви — поток, который проходит через всю книгу. Сейчас я по-другому думаю об этом аспекте книги, прочитав потрясающе трогательное эссе Бекки Манавату, опубликованное в Newsroom ранее в этом месяце.В нем она оплакивает потерю (и надеется на возрождение) отношений с одной из своих старших сестер, вышедших замуж за члена банды. Она пишет о красно-черном свадебном платье, и я сразу думаю о Джейд. То, что Бекки писала в этом эссе, скучала по своей старшей сестре, напомнила мне Эри, тоскующую по Таукири. Когда она говорит об убийстве своего кузена и друга детства Глена Бо и сетует на то, что ее семья разделилась и навсегда изменилась, я вижу больше боли Эри в Auē .

Эти следы жизни писателей, вошедшие в их художественную литературу, меня завораживают.Люди пишут то, что знают, но они также пишут художественную литературу. Меня заинтриговала смена этих двух слов, открытие ссылок, о существовании которых читатель мог и не догадываться. Может быть, это началось еще тогда, когда я понял, что главный герой одной из моих любимых детских книг, The World Around the Corner (рыжеволосая девочка в очках) поразительно похож на собственную дочь писателя Мориса Джи.

Мы хотим знать все, а с художественной литературой мы не можем.

Недавно, когда я вел сессию с Бекки и Руби в рамках Verb Festival, я спросил их об этом вопросе о вымысле и «реальной жизни». Вот почему мы ходим послушать писателей, верно? Потому что приятно и забавно слышать, что Руби Портер, как и ее рассказчик, знает Левина как свои пять пальцев, потому что в детстве она была вынуждена проводить там все праздники. И что она писала рассказы в детстве, и все они были установлены в Левине. Интересно, когда мы узнаем, что Бекки выросла на западном побережье Южного острова, но что Кайкоура, где происходит большая часть Auē , — это место, где вырос ее муж и где она впоследствии провела огромное количество времени.

И все же, и все же, меня также бесит, когда предполагается, что молодые женщины, которые пишут художественную литературу, пишут едва замаскированные автобиографии. В частности, в жанре, недавно получившем название «тысячелетняя фантастика», в который может попасть Attraction . Но я думаю, что все мы в той или иной степени делаем это. И я знаю, что был виновен (например, при чтении книги Салли Руни Беседы с друзьями ) в предположении, что взгляды главного героя совпадают с взглядами автора. Иногда это случайные ассоциации при чтении, иногда любопытство.Насколько писатель вложил в свою работу собственный опыт, насколько много воображения? Мы хотим знать все, а с художественной литературой мы не можем.

В этих книгах много говорится о море. Даже крышка Attraction ориентирована на море: толстые, плавные слои сине-белой краски создают изменчивый, знакомый океан. У рассказчика конфликтные отношения с морем. Она и ее друзья едут к своей семье на холм в Вангара. Она все время испытывает чувство беспокойства, когда задается вопросом, как бах вошел в собственность ее семьи; постоянно думает о том, что они находятся на земле маори.

Напряжение «три на толпу» всей книги сконцентрировано здесь, на морской мелководье, перед холмом в Вангара.

Во время телефонного разговора на пляже ее мать предупреждает ее о купании в море, настаивая на том, что она не должна выходить так далеко, как ее друзья, потому что она не умеет плавать. В книге есть сцена, где рассказчик попадает в затруднительное положение при плавании — и в нашем разговоре в Verb, обсуждая эту сцену, Руби отметила иронию женщины-пакека, борющейся в воде у пляжа маори.То, что она буквально находится вне ее глубины, олицетворяет дискомфорт рассказчика в связи с ситуацией, в которой она находится: с ее семьей и унаследованной колониальной виной, с их физическим местом на земле в то время и с ее чувством (отчасти самоубийственной) изоляции на протяжении поездка.

Для меня более острая встреча с морем в Attraction происходит раньше в той же сцене, до того, как главный герой попадает в беду в воде. Я чувствовал внутренне ее чувство изолированности и одиночества, когда она наблюдает за двумя другими женщинами в воде — случайное прикосновение к руке, дух товарищества в борьбе с большими волнами вместе.Рассказчик остается в стороне от них, поскольку ее мать определяет ее как более слабого пловца. Здесь, на морской мелководье, перед холмом в Вангаре, сосредоточено напряжение всей книги «три на толпу».

В Auē море играет более важную роль, особенно для Таукири. Он серфер, которого предало море. Он полностью оплакивает свое отсутствие в воде, но также напуган и зол на то, что с ним сделали. В какой-то момент, под воздействием наркотиков, Таук начинает думать, что разговаривающая с ним молодая женщина — это само море:

«Вы, должно быть, чувствуете себя очень одиноким.И ее голос отозвался эхом и отскочил от стен, как будто она меня обманывала, и на самом деле она была морем, в человеческом обличье, пришедшим лично увидеть боль, которую она причинила мне. Веснушка на ее глазу исчезла, и солнце начало скользить по ее лицу, как под поверхностью воды.

Женщина проявляет заботу, но расстраивает его своими пытливыми вопросами, и это смешение любви и ненависти отражает чувства Таукири к океану. Личность Таука настолько связана с морем, что его изоляция и потеря себя напрямую связаны с его отделением от моря.Его новые знакомые в Веллингтоне начинают насмехаться над ним за то, что он привязал доску для серфинга к крыше его машины, но никогда не занимается серфингом, говоря, что это просто для галочки.

Жизнь Таукири тесно связана с его воспоминаниями о море, как хорошем, так и плохом.