Разное

Мамки и дети: Мамы и дети: изображения, стоковые фотографии и векторная графика

Содержание

Современные мамы заинтересованы не только в развитии своих детей, но и самих себя

Современные мамы стоят перед необходимостью реагировать на вызовы времени, чтобы успевать за своими детьми, быть не только с ними рядом, но и ориентиром для них. О том, как получить новую профессию или открыть дело, не потерять квалификацию в декретном отпуске и быть востребованной на рынке труда, и самое главное – как без ущерба совместить материнство и карьеру — эти вопросы обсуждали участницы форума современных мам Selfmamaforum, который прошел впервые на площадке Агентства стратегических инициатив «Точка кипения» 26 ноября.

Организаторы ежегодного форума формируют пространство для мам, которым важно быть в курсе событий и модных тенденций, жить полной жизнью здесь и сейчас, уметь грамотно совмещать работу и семью, которым необходимы знания, вдохновение, поддержка и новые полезные контакты.

«Современные — мамы образованные, активные, заинтересованные не только в развитии своих детей, но и самих себя. Ученые разных стран уже давно доказали, что мозг мамы активно развивается, вопреки устойчивым стереотипам. Так что давайте использовать материнство как новые возможности для развития себя и сообщества умных и ответственных мам!» — обратилась к участникам форума лидер проекта «Лига современных родителей», программный директор форума Нина Добрынченко-Матусевич.

На форуме много говорили о том, как прокачивать новые навыки, развивать компетенции и учиться новому.

Своим опытом поделилась мать четверых детей, генеральный директор Агентства стратегических инициатив Светлана Чупшева: «Я совмещаю работу и семью, никогда не была в декретном отпуске, всегда понимала, что поддержка семьи, поддержка мужа и друзей воспринимается как бонус, но прежде всего, должна рассчитывать на себя, на свои силы. Только это дает возможность добиться в жизни того, чего вы хотите».

Она считает, что нужно найти «золотой баланс», который позволит максимально родителям реализоваться и дома, и на работе. «Как только вы чувствуете себя уверенными, востребованными, это автоматически передается вашим детям, вашей семье. Множество примеров, когда мамы работают, а дети чувствуют себя любимыми и нужными», — сказала Светлана Чупшева.

Она отметила, что на уровне государства и общественных организаций существует множество программ и проектов, которые позволяют молодым мамам поменять профессию, квалификацию, получить новые компетенции и навыки, которые позволяют достаточно комфортно вернуться на работу после декретного отпуска. «Мы в АСИ всегда готовы поддержать интересные проекты, направленные на поиск новых путей развития для мам», — подчеркнула она.

«Ваши дети будут благодарны вам за то, что видели в вас пример того, как нужно работать, быть самостоятельными, самим добиваться чего-то. Не нужно растить ребенка в тепличных условиях, не подломите в нем стержень личности чрезмерной опекой. Но самое главное, чтобы он знал, что вы его любите всегда – когда вы на работе и, когда рядом. Это дает уверенность и ребенку, и маме», — сказала Светлана Чупшева.

Вопросами совмещения материнства и самореализации задаются практически все женщины с детьми, вне зависимости от места проживания. Чтобы охватить широкую аудиторию организаторы провели прямую трансляцию — мероприятие собрало около 200 участников офлайн и более 6 тысяч онлайн. Такой формат предоставил всем женщинам в разных городах России доступ к выступлениям спикеров и материалам форума. Среди спикеров были лучшие эксперты в области психологии, социологии, детского развития и карьерного трудоустройства, а также мамы, которые поделились своими личными историями о балансе между семьей и работой.

В программу форума вошли три трека: «Здесь и сейчас: как быть современной мамой и не сойти с ума», «Прокачай себя в декрете: навыки и новые профессии для мам», «Другие мамы. Предпринимательство и материнство».

Справка

По данным организаторов форума, его аудиторию составляют активные женщины с высшим образованием, в возрасте 25+, с одним или несколькими детьми, со средним и выше среднего доходом на семью стремятся совмещать ответственное материнство и реализацию своего потенциала за пределами семьи.

  • Сообщество в соцсетях > 55 тысяч органических подписчиков
  • Собственная рассылка > 10 тысяч адресов
  • 92% аудитории — женщины в возрасте 25-40 лет
  • 98% имеют оконченное высшее образование
  • 90% владеют одним или несколькими иностранными языками
  • 51% мам работает, 49% находятся в отпуске по уходу за ребенком
  • 21% аудитории SelfMama «возвращаются» для участия в других мероприятиях проекта
  • 75% замужем
  • 68% — мамы с одним ребенком
  • 32% — имеют 2 и более детей

 

Мамы, дети, социальные сети… – Детский вопрос

01 октября 2020 г.

 

Выпуск радиожурнала «Детский вопрос» на эту тему >>

Есть мамы (в том числе и приемные), которые пишут в соцсетях много подробностей о себе, о своей жизни и о своих детях. Дети относятся к этому по-разному: кому-то нравится, кому-то не нравится, кому-то всё равно. Мы попросили прокомментировать такое явление Татьяну Павлову, детского и семейного психолога, руководителя службы помощи семье «Близкие люди».

Т. Павлова: Здесь нельзя сказать однозначно. Потому что это совершенно разные ситуации. Дети к этому относятся по-разному. И мамы, которые пишут или не пишут, тоже относятся по-разному. И больше того, я скажу, что это разные ситуации и для кровных родителей, и для приемных. Потому что, с одной стороны, это очень похоже на то, как выложить, скажем, фотографию голенького ребенка или ребенка на горшке. Или с умильными косичками. Мамы говорят: «Здорово! Какая ты была милая!» Или: «Смотри, вот ты тогда писался всё время, а мы тебя всё равно любили!» (Смеется). И потом подросшие дети… да, им очень неловко и неудобно сталкиваться с такими воспоминаниями (фактически, с каким-то таким детским альбомом). И одно дело, когда это истории, рассказанные в кругу семьи, или тот же детский альбом, и там фотографии, которые никто никогда не увидит…

(Смеется). Для мамы ребенок был прекрасный, а для подросшей девушки, например: «Фу, какая я толстая!» Или: «Ой, какой я был ужасный, никому никогда не показывай!» Или кому-то всё равно уже: ну мало ли, что они пишут и говорят.

Это очень-очень похоже на детские фотографии. Разница только в том, что здесь совершенно другой охват, другая публичность. И одно дело – это рассказать в какой-то своей закрытой группе, поделиться успехами, переживаниями. Другое дело – заполонить всё интернет-пространство описаниями быта своего ребенка. Поэтому… ну здесь нет какой-то однозначной позиции, нельзя сказать, это плохо или это хорошо. Для кого-то нормально, для кого-то – не очень нормально. Мне кажется, что здесь важнее вопрос уважения к границам друг друга, и вопрос отношений родителей и ребенка. Ну, вот что выносится в публичную зону, а что – нет.

Корр.: Татьяна, когда ребенок одобряет то, что мама пишет, или ему без разницы – наверное, действительно, это мама может сама решать. А вот в случае, если мама много пишет, много рассказывает, а ребенку это некомфортно, ребенок высказывает неудовольствие… К чему может привести такая ситуация, если она продолжается?

Т. Павлова: Ну, в любом случае, если ребенок недоволен… Как правило, это подросток. Маленьким детям обычно всё равно. Или они не заглядывают в эти чаты, где мама пишет. А подростки – они более к этому чувствительны. Если подростку некомфортно, не хочется, чтобы подробности его или ее жизни были выложены, а родитель по-прежнему не слышит, это уже такой… очень тревожный звоночек, тревожный сигнал: а почему невозможно договориться? Почему маме так важно всё это вывалить наружу?.. И не важно – это хорошее, это плохое… То, что мама может оценивать одним образом, подросток может оценивать по-другому. Почему она не может услышать ребенка и сказать, что «хорошо, я не буду этого делать»? Ну то есть это скорее проблема уже самой мамы, и явно, что мама ребенка не слышит.

Корр.: Достаточно частая позиция, когда мамы рассказывают про себя и приемных детей с той целью, чтобы люди перестали бояться приемных детей и начали забирать их из детских домов. Тех детей, которые там остались. И объясняют это подросткам, своим детям. И даже бывает, что подростки впоследствии с этим соглашаются. Например, мы разговаривали с девочками, которые уже выросли, им больше 18 лет, и они говорят: «Ну да, это действительно было нужно. Теперь мы к этому относимся спокойно, но раньше нам не нравилось». Вот как быть в этом случае маме, которая хочет помочь и другим детям, не только своим?

Т. Павлова: Моя позиция здесь тоже неоднозначная. С одной стороны, я как преподаватель школы приемных родителей всегда приветствую, когда приходят мамы и делятся своими историями, и важно, чтобы это происходило бережно. С другой стороны, это всё равно как-то… ну как будто ты делаешь из своего ребенка наглядное пособие: «Да, вот мой ребенок не такой, вот он чем-то особенный, он – приемный. И я вам всем расскажу, как он живет, и почему это классно – взять таких детей». А как бы мама отнеслась, если б вдруг у нее обнаружилась какая-то особенность? Опять-таки, не важно, как она сама ее оценивает. Вот она рыжая, условно. А ее близкий человек говорит: «М-м-м, рыжих как-то недооценивают. Я буду всем рассказывать, какие рыжие классные, и поэтому я каждый твой день буду описывать…

(смеется) в инстаграме, или на фэйсбуке, или еще где-то. А то, что тебе не нравится – ну извини, зато ко всем рыжим будут относиться лучше. (Смеется вместе с корреспондентом). Ты вырастешь, ты поймешь». Но это всё равно определенные нарушения границ. Это всё равно такой… ну элемент насилия легкий присутствует… «Я мама, я лучше знаю! Я хочу просветить весь мир. Вы не очень понимаете!» Но вопрос, хочет ли ребенок быть объектом для просвещения всего мира? Или не хочет? Одно дело – когда этот ребенок не может заявить о своих правах (например, он еще маленький), или может и не хочет, ну или… не понимает. Другое дело, когда он четко говорит: «Нет, я не хочу!» И для меня это очень важный сигнал: нет – значит, нет. Если ты такой замечательный просветитель, и несешь свет в учения в темные массы, то найди способ сделать это, не затрагивая чувства другого человека. Или договорись с ним! Или объясни свою позицию (почему это важно делать? почему для тебя это важно делать именно таким способом?), получи… как врачи говорят… добровольное информированное согласие на это. (Смеется).

Очень часто за этим стоит потребность самой мамы в поддержке и в помощи. Потому что… ну правда, жизнь с приемными детьми – далеко не всегда это легкое и приятное времяпровождение. И там очень много трудностей, сложностей, с которыми приходится мамам сталкиваться, и… ну это какая-то жизнь, да? История, летопись такая. «Вот так мы живем, вот посмотрите, я хочу поделиться, я хочу найти единомышленников». Тогда надо… ну как-то доносить до своих детей, в чём ценность такого обмена, что получает мама?

Потому что то, с чем я сталкиваюсь… Тех, кто только взял ребенка, переполняет чувство. Им важно как-то вот выйти в публичное пространство, легализоваться, что ли… Это ведь не совсем тривиальный поступок – взять приемного ребенка. «Вот я только что взяла ребенка, вот я вышла, посмотрите – ведь это здорово, а я боялась!» Ну как будто здесь нужно еще какое-то подкрепление. Другие люди скажут: «Да, ты молодец! Ты правильно решила». То есть это про тревогу мамы.

А у мам, которые опытные (особенно профессиональные приемные мамы, у кого много детей), очень часто другой тон, когда они говорят про то, что… «Вот это не изменится, вот это трудности. Но всё равно вот мы живем. Вот так у меня проходит день, посмотрите…» Особенно это касается мам особых детей: «Посмотрите, этим детям тоже нужны родители!» И бывают очень бережные мамы, которые очень корректно и мягко это делают. И действительно популяризируют, что ли, если можно так сказать, эту тему. И получают поддержку.

А есть мамы, которые пишут… и возникает ощущение, что дети просто как объект здесь выступают. И даже если они получают поддержку, и, как правило, ее много (в том числе лайков, например): «Как ты справилась? Какой там у тебя сложный ребенок, а ты вот молодец»… то всё равно это выглядит как-то не очень. Для меня, во всяком случае. Я сейчас субъективную свою оценку даю.

Корр.: Ну конечно, у каждого она своя, субъективная оценка… Это же не математика!

Т. Павлова: Ну да.

Корр.: Еще такой вопрос. Вот как раз в семьях, где детей несколько, бывает разная позиция у разных подростков, даже если они близкого возраста. Одни считают: «Да, хорошо, мне даже нравится, когда мама про меня рассказывает». Другой говорит: «Нет, я не хочу! Третий спокоен: «Да мне всё равно, мама хочет – пусть рассказывает». А если мама в этом случае будет рассказывать только про тех детей, которые не против? Это может как-то всё-таки негативно повлиять на того подростка, который не хочет, чтобы про него рассказывали?

Т. Павлова: Мне кажется, что опять-таки, здесь фокус не в том, рассказывать или не рассказывать. А фокус в отношениях мамы и ребенка. Потому что если есть ребенок, который говорит: «Я не хочу, чтобы ты обо мне писала!» – Вопрос: а что именно он не хочет? Почему он не хочет? Что его смущает? Ну то есть он как бы сообщает: «Мама, нет, мама, стоп! Вот туда дальше не ходи!» Это про что? Про то, что «Я хочу иметь свою личную жизнь», или про то, что «Я не доверяю, что ты напишешь обо мне хорошо. И я сам про себя хорошо не думаю. Я не хочу, чтобы кто-то другой про меня так же думал»? Ну то есть вот хорошо бы маме вообще поговорить с ребенком и понять: «А что происходит? Что тебя волнует?» Как-то, может быть, договориться о том, что «ну давай, если тебе важно». Но если ребенок говорит, что вообще нет – ну, значит, нет. А если ставит резкие какие-то ограничения… «Давай мы с тобой будем как-то это обсуждать, и когда я буду писать про тебя, я тебе буду говорить».

Очень часто бывает, что, например, подростки не хотят, чтобы мамы выкладывали фотографии. Но мама может сказать: «Слушай, давай я тебе покажу, да? Если тебя эта фотография не сильно смутит, я ее выложу. Если ты скажешь нет – то нет». Ну вот по мне – должен быть какой-то такой режим диалога. Понятно, что нельзя людям запретить обсуждать свою жизнь. Не может ребенок маме запретить обсуждать свои переживания и то, как у нее вообще (смеется) проходит жизнь с детьми. Мама может пойти во двор, может подруге рассказать, может еще кому-то рассказать… Интернет – это тоже такой способ рассказать о чём-то. Просто… ну это исключительно средство! То есть мы сейчас фактически обсуждаем средство коммуникации. Но, вообще-то говоря, здесь не про средство, а про коммуникацию.

Корр.: Ну всё-таки охват немножко разный! Одно дело – рассказать подруге доверенной, которая, например, никогда никому ничего не пересказывает…

Т. Павлова (одновременно): Да, да, да.

Корр. (продолжает): …А другое дело – выложить что-то в интернет, в общедоступную сеть, из которой даже не сотрешь потом, потому что всё равно где-то что-то остается, кто-то что-то перепостил, кто-то себе сохранил… в общем это потом уже не уберешь, не спрячешь.

Т. Павлова (одновременно): Да, это так.

Корр.: То есть всё-таки разница есть, наверное.

Т. Павлова: Здесь слово не воробей уже, если написала – то всё. Опять-таки, бывает, например, люди пишут, а время проходит, и они думают: «Зря я это написала». Да? Или наоборот: «Ой, это у меня столько всего было, столько переживаний?» Обычно я вот с чем сталкиваюсь, что мамы читают на форумах какие-то истории, у людей всё время что-то происходит – такая жизнь, кажется, картинка какая-то замечательная! И мамы (ну не только мамы, и папы тоже) начинают чувствовать что-то такое… «Ну все ж делают, все ж написали, что ж я такой! (Смеется). Взял и… а у меня-то тоже происходит, мне тоже скажите что-то!» И вот начинают писать. Ну, опять-таки, здесь тоже нет такого однозначного ответа, что мама что-нибудь написала – и у ребенка прямо душевная травма. Смотря что написала, смотря кто прочитал, смотря как это аукнулось…

Корр.: Обычно подростки говорят, что не хотят, чтобы об этом узнавали близкие (одноклассники, друзья во дворе): что вот они – приемные, что что-то там у них в семье происходит. То есть их тут, видимо, в основном смущает это – что потом к ним подойдут, что-то скажут или станут как-то по-другому относиться. Обычно называют это как причину негативного отношения.

Т. Павлова: Да, это важная вещь, для подростка – очень болезненная вещь. И с этим правда надо считаться, потому что… ну мне кажется важным, да, предоставить подростку самому решать – говорить ли своим друзьям, говорить ли окружающим, что он приемный или не приемный, как-то акцентировать на этом внимание или нет. Ну бывает ситуация, когда однозначно известно. Да, сейчас здесь вопрос не про тайну, а про «объявление на лбу»… (Смеется). Ну учится человек в школе, да? Там у него какой-то круг сложился – друзья. Тут бах: «Ах! Знаете, а он-то усыновленный! А я-то прочитала…» Особенно эти родительские чаты бывают – там друг другу мамочки такое пишут! «А я-то прочитала…» А еще, не дай бог, если и поведение у него какое-то сложное: «Вот всё почему! Он-то детдомовский!» И понеслось! Зачем лишние проблемы? Это опять-таки бережное, уважительное отношение к чужим границам и информации. Вот хотела бы мама, чтобы какую-то ее частную информацию ребенок без ее ведома разместил в сети? Или нет? Абсолютно зеркально, да! Мы же учим своих детей: что-то можно говорить окружающим, что-то нельзя говорить, чем-то мы делимся с близкими людьми, а чем-то не делимся. Я, например, встречала обратную ситуацию, когда приемные родители говорят: «Наш приемный ребенок всем направо и налево рассказывает, что он – приемный, изображает сиротку и еще что-то. Мы говорим, что вообще-то мы так не делаем при встрече, мы не рассказываем всем, как у нас появились дети. Ну это – какая-то интимная, важная информация. То есть прямо в магазин не приходим с этим». Здесь ровно тот же закон, да?

Корр.: Да.

Т. Павлова: Если это какое-то сообщество, и вы уверены, что вас там поймут, – ну пожалуйста, размещайте. Все и так всё знают. Но прислушивайтесь друг к другу. Прислушивайтесь к детям своим, к себе. Есть, правда, категории детей… таких демонстративных, и они часто у достаточно демонстративных родителей, которым нравится вот так… напоказ… и это такой элемент пиара… Но это очень ограниченное количество детей. Их не очень много, и у них, там… (смеется) свои плюсы, свои минусы. Сложность начинается, когда такой ребенок подрастает. И он уже становится взрослым, и дивиденды от того, что ты – бывший сирота, они тоже заканчиваются. А демонстративность остается! И привычка к известности и к пиару вот на этом тоже остается. Здесь хорошо бы уже понимать, как этот багаж можно использовать в дальнейшей жизни: «Чем тебе такая слава поможет, или не поможет, или навредит?»

Корр.: Ну или как от нее постепенно отказываться? Если не собираешься на этом и дальше жить.

Т. Павлова: Ну можно отказываться, а можно так же жить публичной личностью. Можно книжки писать, можно выступать… Но как-то профессионально придется расти над собой, невозможно одну и ту же историю рассказывать десять лет. Это никому не интересно будет.

Корр.: Понятно.

Т. Павлова: Ну просто это такая пограничная всё равно история, потому, что наши дети (я имею в виду – приемные) очень легко подсаживаются на вот такую иглу внимания… И это – такая больная их точка. И, к сожалению, очень часто лишняя публичность детей портит. То есть надо прям дополнительные усилия прикладывать, чтобы ребенок как-то… ну в уме остался! И уметь еще самому с этим обращаться. Но не все родители умеют это делать.

Корр.: Понятно. Спасибо большое, Татьяна!

 

 

 

Звездные мамочки | Дети | Time Out

Когда мама — желанная гостья красных ковровых дорожек, детки должны выглядеть соответствующим образом.

Звезда она на то и звезда, чтобы блистать с телеэкранов или появляться в ослепительном виде на публике. И когда у знаменитостей появляются дети, пары мама плюс ребенок тут же начинают впечатлять общественность. Посмотрим, как выглядят самые стильные родители и их дети.


Мадонна и дочь Лурдес

Лурдес, дочери королевы поп-музыки Мадонны, всего 13, а она уже успела засветиться на обложке журнала Quality, вместе с мамой создать линию одежды и побывать не на одной светской тусовке в компании с мамой. И выглядят они обе при этом всегда на все сто, демонстрируя новинки коллекций именитых дизайнеров, с которыми мамочка Мэдж уже давно близко дружит. Лурдес подражает маме, надевая совсем взрослые наряды, но при этом Мадонна пока не разрешает дочери уходить в профессиональный шоу-бизнес — мала еще.



Сара Джессика Паркер и сын Джеймс

Вообще у героини сериала «Секс в большом городе», известной своей любовью к красоте и всегда выглядящей стильно, трое детей. Двоим из них совсем недавно исполнилось по году, так что кроме дорогих ползунков они пока мало что надевали. А вот старший семилетний Джеймс выглядит стильно и зачастую эпатажно. Длинноволосый мальчишка ходит в ярких джемперах и рваных джинсах, а еще очень любит всевозможные головные уборы. Наверное, совместный просмотр фильма «Секс в большом городе» оказал на ребенка особое влияние.



Кэти Холмс и дочь Сури

Когда у Тома Круза и Кэти Холмс появилась дочь Сури, все сразу смекнули — это будущая принцесса. И точно: едва малышка Сури научилась ходить, папарацци уже было, что снимать. То мама с крошечной дочерью нарядятся в огромные солнцезащитный очки, то трехлетний ребенок чинно вышагивает по Нью-Йорку на высоких каблуках, то появляется вместе с родителями в настоящем королевском наряде с пышными юбками.



Анджелина Джоли и дочь Шило Джоли-Питт

Пресса буквально взорвалась эмоциями, когда пара, которую называют самой красивой в Голливуде, показала миру свою первую родную дочь Шило Джоли-Питт. Все сразу заметили, что дитя все в мамочку, а когда Шило подросла, стала еще больше походить на Анджелину: актриса частенько одевала дочь точь-в-точь как себя. Хотя бывали случаи, когда папа Брэд вмешивался, и на девочку надевали кепи и свитера.



Хайди Клум и дети

Самая востребованная модель Victoria’s Secret Хайди Клум стала мамой в четвертый раз в 2009 году, и говорит, что большая семья — лучший тренажер для женщины. Хайди как профессиональная модель любит одеваться с иголочки и заодно прививает хороший вкус своим малышам. Она сама постоянно говорит о том, что дети должны быть красивыми и ухоженными. Вот мы и видим Лени, Генри, Йохана и Лу, гуляющих с родителями, в самом лучшем образе.



Виктория Бэкхем и трое сыновей

Знаменитая англичанка уже давно заявила о своей страсти к моде и запустила линию одежды, духов и прочих модных штучек. Выглядит она, разумеется, всегда идеально, даже когда ведет на прогулку своих троих детей — 11-летнего Бруклина, 7-летнего Ромео и 5-летнего Круза. При этом с «обмундированием» для сыновей Вики никогда не перебарщивает: мальчики выглядят скромно, но стильно.

Время на себя: как живут мамы особенных детей

Алиса Полануер живет в стандартном спальном районе Москвы: серые близнецы-многоэтажки, метро в 15 минутах ходьбы, поликлиника, аптека, маленький продуктовый и большой торговый центр – все в пешей доступности, но времени — любая мама и хозяйка подтвердит — все равно не хватает. Среди дворов стоит самый обычный на первый взгляд детский сад. Это центр содействия семейному воспитанию «Вера. Надежда. Любовь», в который ходит ее сын Платон.
По утрам Алиса часто видит мам, которые на руках приносят в центр своих парализованных детей, видит папу, который каждый день с утра до вечера занимается с особым ребенком в центре, но видит и детей, которых бросили родители, детей, к которым мамы приходят один раз в месяц. Для Алисы это предательство.

“Я счастливая мама, — говорит Алиса, — потому что у меня самый любимый, самый хороший сын на свете. Конечно, как и любой ребенок, иногда он балуется, ведет себя плохо, и тогда я злюсь. Но это чувство знакомо каждой маме, тут дело не в особенностях развития. И как самую обычную маму, мой сын делает меня счастливой. Платон – мой талисманчик. Каким посчитал нужным родиться, таким и родился. С тех пор в жизни, по крайней мере в моей, все встало на свои места”.

Центр «Вера. Надежда. Любовь» — спасательный круг для десятков женщин, которые воспитывают особенных малышей. Сегодня в центре 70 детей получают здесь современную квалифицированную помощь. Большая часть из них не имеют своих семей и живут в центре постоянно, кого-то оставили и периодически навещают родители, есть группы временного пребывания по типу обычного детского сада, как та, в которую ходит Платон.

В центре с ребенком работают с первых дней. Многие мамы приводят детей с серьезными диагнозами в надежде, что их ребенка научат хотя бы понимать чужую речь, а потом удивляются, сколько навыков он освоил. Воспитатели и педагоги показывают, как ребенка можно реабилитировать, какого прогресса он способен достичь: дети учатся обслуживать свои базовые нужды, а также говорить и понимать других.

В группу дневного пребывания центра не просто принимают детей с особенностями здоровья бесплатно, что очень важно для семьи, которая тратит все свои финансы на лекарства и реабилитацию, но любят и заботятся о них. Сейчас в центре имеют возможность заниматься только 12 детей со всей Москвы. Фонд “Галчонок” собирает средства на открытие ещё одной такой группы дневного пребывания для особых детей в рамках детского сада.

Поддерживая фонд «Галчонок» и центр содействия семейному развитию «Вера. Надежда. Любовь» через платформу «Благо.ру», вы поможете Алисе и другим мамам жить и работать без страха, зная, что их ребенок в заботливых руках, не спрятан от мира, а учится жить в нем и значит, обязательно вырастет счастливым. Ведь главный страх “особенных” родителей — завтрашний день, в котором они будут уже не молоды и не смогут защитить своих подросших детей.

 

«Мамы и папы». Дети сами знают, когда им рождаться!

Перед вами – второй выпуск нового проекта «Мамы и папы» на портале «Город». Он состоит из историй братчан, которые ежедневно сдают экзамен на право называться родителями.

Появление ребенка в корне меняет жизнь человека. Но не все оказываются готовы к этим переменам. Что это такое – быть родителем? Стоит ли ребенок бессонных ночей и седых волос? Как воспринимают его мама и папа? Можно ли описать ощущения, возникающие при первом взгляде на своего малыша? Что он еще натворил? Ответы на эти и другие вопросы читайте в проекте «Мамы и папы». А если вы готовы поделиться собственным родительским опытом – милости просим в наш паблик в социальных сетях!

Сегодня о своем родительском опыте расскажет многодетный отец Кирилл Бакуркин — талантливый журналист, редактор газеты «Горожанин», человек, отвечающий за связи управляющей компании «Жилищный трест» с общественностью, и прочая, и прочая. Его случай необычен тем, что по возрасту его старшая дочь вполне годится в мамы собственному младшему брату – разница во времени между их появлением на свет составила 20 лет. Долгое время тысячи читателей его «Живого журнала» с большим интересом следили за приключениями «девочки Ани», так что привычка критически поглядывать со стороны на себя и собственных детей у нашего героя давняя и застарелая.

Мне 45 лет, у меня трое детей: дочка от первого брака и дочь и сын во втором браке.

Хочу сразу предупредить – всё ниженаписанное является моим и исключительно субъективным мнением. Со мной можно не соглашаться, но заставить меня думать иначе — невозможно.

О времена, о дети!

Разница в возрасте между моими детьми — 12 лет и 8. И в характере каждого, если говорить пафосно, отразилось время. Первая дочка появилась на свет в 1992 году. Время суровое, в магазинах пусто – какое там детское питание и подгузники! Ребенок тоже получился стойкий к тяготам и лишениям. Поднялась на ноги, перехватывая руками прутья кроватки, в семь месяцев. Никогда не плакала в больнице, когда у неё брали кровь на анализ, будучи уже взрослой, многочисленный пирсинг делала себе сама и подружкам помогала.

Вторая дочь – 2004 год. Поднялась на ноги позже, говорить тоже начала чуть позже, но в целом характер у неё очень покладистый. Сын появился на свет в 2012 году, до сих пор говорит, по большей части, «каляками-маляками», ходить начал ещё позже, чем средняя дочь, зато упрямством, хитростью и тягой к приключениям (знатный верхолаз по шкафам, столам и стульям!) иногда доводит отца до полуобморочного состояния. А еще он уверенно пользуется планшетом, и, кажется, нашел в телевизионном пульте ДУ несколько недокументированных функций.

С первенцем – дочкой от первого брака — проблем не было. Правильно и честно будет сказать – их не было именно у меня. Отчасти потому, что в то время я был студентом, да ещё и работал, жена тоже училась, и значительную часть времени ребенком занимались мои родители. Что, разумеется, неправильно. Но жизнь шире наших желаний и представлений о ней – надо работать, и до сих пор на больничном сидеть с детьми не всегда… Да что врать-то – никогда, скажу прямо, — не получается, ни у меня, ни у жены.

Дочери Мария и Анна

Три возраста отцовства

Я до сих пор не знаю, в каком возрасте лучше становиться отцом. Но я попробовал три из возможных – 22 года, 34 года и 42 года и считаю, что у каждого возраста отцовства есть свои плюсы и минусы.

Когда тебе 20 лет, ты ещё сам не совсем взрослый, и, чего греха таить, отцовские обязанности для тебя обременительны и малопонятны. Они плохо совмещаются с жизнью, которую ты вел до появления ребенка, и с желанием эту свободную жизнь продолжать. С другой стороны, ребенок растет не слишком «затюканным» чрезмерным вниманием, и в этом тоже есть свои плюсы – он более самостоятелен.

Задача с тремя неизвестными

Давайте сделаем небольшое отступление, и я кое-что поясню. Будем откровенны – никто не знает, как надо воспитывать детей, и никто не знает, что для ребенка вред, а что — благо. То есть, каждому кажется, что уж он-то знает, но на самом деле эти его «знания» – чушь собачья. Факторов так много, и неизвестно, когда тот или иной станет главным для ребенка: наследственность или реальность, внимание или равнодушие родителей, поведение старших или книжного героя, отрицательный пример взрослых, который вызовет у ребенка отвращение, или же, наоборот, станет для него эталоном. Что сработает и когда? Неизвестно.

Я знаю мальчика, который воспитывался вместе со старшим братом (разница между ними в 10 лет), в основном, на улице. Мать, торговавшая пивом в бане, детям внимание уделяла, но отнюдь не в том объеме, как принято сейчас. Отец мальчика погиб на войне. От болезней погибли четверо детей – его сестры и братья. Кем мог бы  стать этот ребенок? Но он вырос, выучился и в 30 лет стал моим отцом. Очень хорошим отцом. Стоит просто сказать, что в первый раз нецензурное слово я услышал от него, когда уже мне исполнилось 44 года. Ну, и повод был серьёзный – я помял капот его нового автомобиля, который он купил буквально 15 часов назад (я потом приобрел ему новый капот — всё же я уже взрослый сын))).

С другой стороны, я знаю несколько выходцев из крайне интеллигентных и обеспеченных семей, которые могут составить конкуренцию самым закопчённым уркаганам.

Лучше поздно, чем никогда?

Так вот, когда тебе 34 года, ты уже в полной мере готов стать отцом. Но если у тебя до этого времени не было ребенка, то прожитые годы – серьезный срок, достаточный для появления крайне устойчивых привычек, которые, на мой взгляд, с воспитанием ребенка несовместимы. К этому возрасту человек, как мне кажется, уже чересчур привыкает с бездетной жизни.

В 42 года ты уже прямо вот совершенно готов к отцовству, аж на грани. Но возникает другая проблема – если у тебя есть старшие дети, начинаешь воспринимать младшенького как внука – нечаянно срабатывает какой-то особый «сюсюкающий механизм» в голове. Поэтому младшенький любит, когда спать его укладывает папа – он не будет ругаться, даже если вместо сна прыгать из кроватки на пол и обратно. И тут вроде бы надо опомниться, остановиться и призвать чадо к порядку (как ты понимаешь умом), но сердце убедить трудно.

Тормозить вседозволенность мне помогает чудовищный пример, который однажды я видел сам: «мать-бабушка» ползает по полу и надевает носочки «ребенку» с уже наклевывающимися вторичными половыми признаками, а он в это время, как ни в чем не бывало, трескает мороженое. Вспоминаю и начинаю воспитывать.

Хотя, теоретически, можно стать отцом и в 50, и в 55… Все зависит от репродуктивной функции, хотя основное ограничение не столько в ней, сколько в сроках выхода на пенсию – дети ведь хотят кушать. В конце концов, Всемирная организация здравоохранения недавно определила возраст окончания юности и наступления зрелости – 44 года. И в этом я с ней полностью согласен.

«В каждом маленьком ребенке, и в мальчишке, и в девчонке…»

К стыду своему, я не помню своих ощущений, когда мне впервые дали в руки «кулечки» с моими дочерями. А мои мысли, наверное, были общими для всех отцов: «Ой, а оно, оказывается, живое и настоящее!» и «Только бы не придавить и не уронить».

А вот когда я увидел сына – испытал ужас (вообще-то я никому и никогда в этом ещё не признавался), но вида не показал. В выписном пакете у меня в руках мирно посапывал фугасный снаряд, находящийся «на взводе».

В отличие от жены, я по себе прекрасно знал, что в родившемся мальчике скрыта закрученная пружина механизма разрушения и уничтожения всего и вся. И, по мере её раскручивания, ребенок будет подвергаться нешуточной опасности. Это у девочек всё просто – куколка, бантик, медвежонок… Мальчика больше волнует вопрос, как эти бантики и медвежата полетят, если в них кинуть машинкой. И, как показывает взросление сына – я не ошибался.

«… есть по 200 грамм взрывчатки, или даже полкило!»

Мой отец когда-то понял, что если не можешь контролировать хулиганство сына – надо его возглавить. Поэтому, например, тот факт, что в ванной комнате состоялся запуск именно «баллистической» ракеты, мы некоторое время от мамы, конечно, скрывали, но как утаить обуглившуюся раковину? Но и моему отцу не хватало времени, чтобы усмотреть за всем, что я вытворял.

Сейчас мне удивительно – почему меня всё-таки не убило током, как я умудрился не просверлить себе ногу электродрелью и как я оказался на мчащемся мотоцикле, который весил в три раза больше меня? Я чудом не пострадал при взрыве «атомной бомбы» — мы сделали её с одноклассником (ему не повезло, и хирурги колдовали над ним целых 8 часов). А вот смогу ли я возглавить хулиганство своего сына, хватит ли у меня времени и терпения – это пока большой вопрос.

Жена Татьяна и «младшенький» Тимур

«Курс молодого родителя»

К сожалению (или к счастью?), не могу знать, изменилась ли моя жена после рождения детей. Она старший лейтенант полиции, а полицейские меняться не должны, если нет соответствующего приказа министерства, доведенного до личного состава под роспись. В противном случае, ты — «оборотень в погонах». Но если без шуток, то, конечно же, ей было тяжело.

Первые шесть месяцев после рождения ребенка — это вообще армейская «духанка» в полном понимании этого процесса. И по сроку, и по факту недоедания-недосыпания. Это то время, когда из дома на работу идешь «отдыхать». И ещё в это время катастрофически не хватает денег. Во время рождения сына наш «подушевой» ежемесячный доход был почти в два раза ниже, чем у моих родителей-пенсионеров. Единственное, что дает силы – мысль о том, что однажды, всего через каких-то 5-6 лет – надо только потерпеть —  ты придешь с работы и сможешь, например, просто лечь спать, и в выходные тебя не разбудят в 7 часов утра. Мечты, мечты…

Самое неприятное в воспитании детей – это их болезни. Если бы можно было отдать на отсечение палец или руку, лишь бы только ребенок не мучился, – я сделал бы это, не задумываясь. Правда, при таких условиях к моменту появления на свет младшего от меня остался бы только подбородок.

Воспитание детей. У кого получилось?

Единственное и самое главное качество, которое нужно любому родителю – терпение. Но, удивительное дело, оно постоянно откуда-то берется снова и снова, а потом, такое огромное и накопившееся, внезапно куда-то исчезает в доли секунды.

Когда-то, несколько лет назад, я никак не мог понять родителей, чей ребенок вместо того, чтобы спокойно одеваться, носится по всей «приемной» в детском саду, орет и дрыгает ногами. Да, что же это за родители непутевые такие? — думал я. Это же элементарно – надо просто сказать ребенку: «Сядь, и давай будем одеваться», и всё придет в норму (я же такой умный, я же знаю…). Ну и что я могу сказать теперь? Сегодня мне кажется, в детском саду я вижу взгляды родителей, которые думают точно так же и обо мне.

Все дети разные — одному достаточно взгляда, другому — слова, третьего нужно подолгу (порой, месяцами) пересиливать, убеждать – выводить на правильное поведение в той или иной ситуации.  Иногда можно чуть наподдать, но лучше не надо, поскольку этот метод на самом деле не работает или имеет крайне непродолжительный эффект. Стоит признаться, что всякое «наподдавание» — уже от собственного бессилия, точка окончания терпения, за которую сам себя потом ненавидишь.

Про развитие

Да, конечно, ребенку нужно читать книги, нужно его как-то развивать. Дочкам я читал книги на ночь (как же я не люблю теперь нудных «Мумми-Троллей»). Старшая хорошо засыпала под «Слесарное дело», что и неудивительно. Она закончила журфак в Краснодаре и сейчас работает в магазине игрушек.

А что потом?

Важно научиться «отпускать» ребенка. Как в прямом смысле – отпускать на улицу и не названивать каждые пять минут, так и в переносном — в самостоятельную жизнь. Смириться с тем, что ребенок многие неприятные этапы должен пройти сам, все попытки оградить его приведут только к тому, что он будет наступать на эти «грабли» постоянно. Притом, что для каждой неприятности есть свой возраст: для первой драки, для первого предательства, для первой двойки, для первой неразделенной любви. Наверное, поэтому и дрель, и ключи от гаража, где стоял мотоцикл, мне когда-то дал мой отец.

Важно не лезть в личную жизнь ребенка — ни в 3 года (а в это время уже есть «свои дела»), ни в 20, ни в 50 лет. К сожалению, традиция «морального сожительства» (что иногда страшнее и порочней полового) с собственными детьми в России, судя по душераздирающим историям на телевидении и в Интернете, сильна как нигде. Отчасти это связано с тем, что целое поколение когда-то осталось без отцов, а матерям всё время было некогда. Это поколение, вольно или невольно, «компенсировало» свое почти беспризорное детство, участвуя в жизни своих детей. Так зародилась эта порочная практика, но в наших силах её прекратить.

Детям, впрочем, тоже нужно вовремя «отпускать» родителей. Нет, я не о том, о чем вы сейчас подумали. Я имею в виду обвинения родителей в том, что они когда-то слишком сильно «наподдали», не настояли на учебе или, наоборот, заставляли учиться, запретили дружить с мальчиком (девочкой), не дарили хороших игрушек, редко обнимали и тому подобное, до бесконечности. Мало кто из нас родился в семьях талантливых педагогов (подозреваю – никто и это очень хорошо), теперь мы и сами не всегда хорошие родители, но хотя бы признаться себе в этом – уже важный шаг к прогрессу.

«Дети сами знают, когда им рождаться»

Тем людям, которые живут счастливо вдвоём, не думают о прибавлении в семействе и не хотят его, я бы посоветовал и дальше жить счастливо вдвоём. Ни в коем случае не надо заводить детей, потому что «так принято» — испортите жизнь себе и маленькому (а потом и взрослому) человеку, а он испортит её уже своим детям. У каждого — своя жизнь. «Дети сами знают, когда им рождаться» — так всегда говорит мой приятель, у которого их шестеро. 

Поживи у бабушки. Звездные мамы, которые «сдали» детей на воспитание родным | Шоу-бизнес | Культура

Юля Савичева долгое время мечтала о ребенке, однако когда наконец-то стала мамой, оставила малыша свекрови. Старшую наследницу Амалии Мордвиновой около шести лет воспитывала семья ее бывшего мужа в Штатах. Похожая история была и в жизни Анжелики Варум, ведь ее дочь с малых лет жила в Америке у отца певицы. Рассказываем о звездах, которые «сдавали» своих детей родным, но ничуть об этом не жалеют.

Юлия Савичева — дочь Анна Аршинова

Юлия Савичева не раз признавалась в интервью, что рождение единственной дочери далось ей тяжело: «Мы с Аршиновым пожертвовали очень многим ради того, чтобы в нашей семье появилась Аня. Было много попыток, приложено много усилий, и в конечном итоге я дошла до состояния, когда не хотела больше ничего, кроме материнства. В тот момент я не представляла свою жизнь без ребенка, потому что семья, в которой нет детей, не является полноценной для меня», — откровенничала певица. Однако полностью погрузиться в столь желанное материнство и забыть о работе артистка не могла, поэтому пришлось обратиться за помощью к родителям мужа. Свекровь певицы была рада помочь с воспитанием внучки. Девочка с малых лет живет вместе с ней и ее супругом в Португалии.

Юлия старалась посещать Аню всякий раз, как появлялась такая возможность, однако с наступлением пандемии встречи мамы и дочки полностью прекратились: «Я мечтаю об отпуске в Португалии. Мы ждем вместе с мужем документы, чтобы предоставить их и оформить вид на жительство в этой европейской стране. Туристов туда из-за пандемии сейчас не пускают. Хотя виза у меня есть. Я долго не видела Анютку. Я два месяца жду бумагу, что не судима. Дочь видела меня только по видеосвязи», — жаловалась Савичева в эфире «Вечернего шоу с Аллой Довлатовой» на «Русском радио». Встреча с наследницей произошла лишь под этот Новый год.

Конечно, многие критикуют артистку за то, что она, по сути, сдала ребенка родителям мужа, однако Савичева уверяет, что Ане гораздо лучше в частном доме свекрови на свежем воздухе, чем, если бы девочка жила с ней и мужем в Москве, в обычной квартире. К тому же, Юлия часто общается с ребенком по видеосвязи.

Амалия Мордвинова — дочь Диана Гольданская

Актриса — мама со стажем. У нее есть дочь Диана от второго мужа Александра Гольданского и еще трое детей — Герман, Серафима и Евангелина — от предпринимателя Вадима Беляева, с ним Амалия развелась в 2009 году. Сегодня Мордвинова и все ее наследники живут в Штатах, однако так было не всегда. Когда на свет появился самый младший ребенок, она уехала из Москвы в Гималаи, компанию ей составили все дети, кроме старшей дочери. Девушка предпочла в это время отправиться в Америку к отцу, бабушке и дедушке и довольно быстро адаптировалась к новой жизни за границей: «Диана так и не доехала до меня ни в Гималаи, ни в Гоа. Даже на летние каникулы в Европу я её с трудом уговаривала съездить. Она быстро освоилась в Америке, выучила язык без акцента, обзавелась подружками — короче, сделала свой выбор», — вспоминала актриса в интервью marieclaire.ru.

После Гималаев Амалия перебралась на Гоа, потом в Раджастхан и сознательно отстранилась от наследницы, чтобы, как она выразилась, «не вносить смуту в чужую семью». Однако когда пришло время устраивать Германа в школу, актриса вернулась в Москву. Звезда кино попробовала уговорить Диану последовать ее примеру, но та отказалась. «Тогда я решилась на великое переселение и воссоединение с дочерью», — рассказывала Мордвинова. Сегодня Амалия и Диана прекрасно общаются друг с другом, как будто между ними не было долгой разлуки. «Мы с ней дружим. Говорим подолгу очень откровенно», — уверяет Амалия.

Анжелика Варум — дочь Лиза Агутина

Дочь Анжелики Варум и Леонида Агутина Лиза с детства жила в Америке вместе с отцом певицы и его второй женой. У артистов не было времени заниматься воспитанием собственного ребенка, поскольку пара активно гастролировала и зарабатывала деньги. Но, кажется, Варум по этому поводу нисколько не комплексует, она даже считает, что Лизе крупно повезло: «Я чудесная мать. У моей дочери было очень вольготное детство, не знаю, что было бы с ней, если бы я была все время рядом. Это был бы ребенок, ходящий по струнке, занимающийся всеми видами спорта и т.д. Вкладывать энергию нужно в себя», — рассказывала певица в интервью Ирине Шихман.

Варум также заметила, что виделась с дочкой гораздо чаще, чем об этом писали журналисты: «Давайте развенчаем легенду. Всем кажется, что меня круглый год не было рядом с ребенком. На самом деле после каждых гастролей я возвращаюсь домой. Я с ребенком. Мы жили большой семьей: я, Леня, мой ребенок, мой папа, его жена, мой брат. Периодически я уезжала на гастроли, но после каждого тура садилась в самолет и летела в Америку, к ребенку. Не гулять, не на дискотеку, а к дочери», — говорит артистка.

И все-таки разлука с Лизой иногда давала о себе знать. Например, однажды Варум поняла, что ее дочь совсем не хочет работать, когда вырастет. Естественно, звездная мама тут же объяснила наследнице, что так нельзя: «Какой пробел! Мне стало так страшно. И вот начался образовательный момент, что нужно обязательно работать и обеспечивать себя, что нельзя быть паразитом, что это очень скучно, нужно реализовать все свои таланты». Долгие беседы с мамой дали плоды: Лиза в свои двадцать с хвостиком может сама зарабатывать на жизнь. Девушка развозит еду для пожилых людей, а также выступает с небольшим музыкальным коллективом, который сама собрала.


Источники: marieclaire.ru, «Семь дней», «Вечернее шоу с Аллой Довлатовой», «А поговорить» , muz-tv.ru

Дети инвалиды и их мамы

  Иной раз собираю анамнез у мамы,нет нет, да и посещают крамольные мысли: «Для чего создатель еще держит таких малышей в этом мире, зачем мучает мам и самих детей, почему Он такой несправедливый, раз дает такие испытания этим людям? Почему вообще дети изначально чистые помыслами и действиями получают такие увечья- физические и умственные?».

  Последний случай- поступила девочка в эпи статусе, это значит, что купировать судороги даже медикаментозно не удалось и девочку каждые три — пять минут долбят судороги. Нет, проблема не в судорогах, с ними свыкаются, с ними живут. Здесь статус из за того, что маме невольно пришлось давать препарат другой фирмы и организм девочки  так отреагировал. Судороги мы купировали более мощными препаратами, она проспала до следующего дня. Так что это горе, но не беда.

  Беда в том, что девочке уже больше десяти лет, она сама себя не обслуживает, не говорит, глубокий инвалид. Молодой маме приходится постоянно быть рядом,  кормить, ухаживать, часто у них рушатся семьи. Маму я запустил в палату реанимации, видел как она переживает. Мы не боги, нам нельзя выбирать- кому жить, кому нет. Тем более я не готов такое определять для детей, как бы мне не жаль этих детей и особенно мам. Вся жизнь их крутится вокруг их чад, им не ведомы поездки на моря, они не знают красоту восходов и закатов. Но что самое удивительное, что они счастливы! Когда девочка проснулась- она заулыбалась, мама светилась от счастья, смотрю и думаю: «Ну чего они так улыбаются, ведь дома их снова ждет круговерть забот и переживаний». Посмотрел на себя в зеркало и сам поймал себя на мысли, что глядя на них — улыбаюсь и понимаю, что таких детей мамы больше любят, чем если бы они были умственно полноценными. Ведь они постоянно рядом, они чувствуют свою нужность, им  не нужен пляж с пальмами и бананами, они знают свое предназначение и живут этими детьми. И скорее всего смерть такого ребенка не принесет им облегчения даже через годы и потому как вся их жизнь в них самих.

Отношения матери и ребенка — Penfield Building Blocks

Матери и их дети связаны еще до рождения. Все эти месяцы, проведенные вместе, знаменуют собой начало иногда сложных, но полезных отношений. Мамы играют важную роль в психическом здоровье своего ребенка, потому что они обеспечивают основные потребности (то есть пищу, воду, кров и сон) и формируют надежную привязанность к своему маленькому ребенку. Привязанность — это эмоциональная связь, которая развивается между младенцем и опекуном.Дети, которые имеют здоровые привязанности к своим опекунам, с большей вероятностью сформируют стабильные отношения в более позднем возрасте.

Формирование привязанности к детям включает в себя:

  • Удерживание их
  • Обеспечение безопасной жизненной среды
  • Разговор с ними
  • Смех и игры с ними
  • Обеспечение достаточного сна
  • Fe во время еды
  • Наличие соответствующих ожиданий от них и установление ограничений
  • Обучение пониманию их уникального способа самовыражения (т.е. выражение лица, звуки, которые они издают, как они сообщают о своих потребностях)

Помимо воспитания детей, установление ограничений является важной частью отношений между матерью и ребенком. Дети не должны вести домашнее хозяйство, вы должны — и можете. Будьте ясны с ребенком, когда устанавливаете ограничения. Например: «Нехорошо лить воду на диван; мы должны положить его в раковину. В этом примере вы определили неприемлемое поведение и рассказали ребенку о том поведении, которое хотите видеть.Помните, как только вы сказали своему ребенку, что делать, вы должны выполнить его. Если ребенок не слушает, что вы сказали, возможно, нужно помочь ему выполнить задание. Например, вы можете пойти с ней, чтобы поставить чашку с водой в раковину.

Способность сформировать здоровую и безопасную привязанность к своему сыну или дочери начинается с того, что вы заботитесь о себе. Как мама, вы часто заняты, и стресс может вас сильно утомить. Как и у вашего ребенка, первым шагом является удовлетворение основных потребностей (т.е. пищу, воду, кров и сон). Без достаточного количества сна или еды вы не сможете быть в лучшей форме. Когда эти потребности удовлетворены, важно подумать о том, как вы справляетесь со стрессом. Вы позволяете ему накапливаться, пока не взорветесь гневом и разочарованием? Вы вымещаете это на своей семье и детях? Вы чувствуете печаль и безнадежность? Все это обычные реакции на стресс, и вы заслуживаете некоторой поддержки. Если семья или друзья не могут оказать поддержку, вы можете обратиться в общественные организации, такие как Детский центр Пенфилда, которые предлагают услуги, которые могут быть полезны вам и вашему ребенку.Вы также можете каждый день находить небольшие способы справляться со стрессом.

В течение дня эмоции постоянно меняются — от радости к грусти, от грусти к разочарованию, от раздражения к гневу — этот список можно продолжить. Когда вы чувствуете, что ваши эмоции отходят от «нормы» или «исходного уровня» (эмоции, которую вы чаще всего испытываете при минимальном стрессе), пора остановиться и подумать . Потратив пару секунд или минут на то, чтобы сосредоточиться на своем стрессе, вы даете своему телу и разуму шанс вернуться к этой «норме» или «исходному уровню».”

Перед тем, как действовать от стресса, сначала:

  • Стоп
  • Выйдите из комнаты
  • Сделайте глубокий вдох
  • Сосчитайте до 10
  • Сделайте глоток воды или послушайте музыку.

Затем найдите время, чтобы подумать . Что я думаю? Как я себя чувствую? Я уже спокоен? Здоровый ребенок не может вырасти без здоровых родителей. Как мать, вы заслуживаете уважения и любви к себе за все, что вы делаете.

Быть матерью — тяжелая работа.Каковы некоторые из ваших самых больших проблем и наград?

Джессика Шойнеманн — семейный терапевт. Она проводит домашнюю терапию для семей с детьми в возрасте до 6 лет, у которых есть эмоциональные и поведенческие проблемы.

Изучение помощи, оказываемой матерям и детям общинными работниками здравоохранения в Южной Африке: упущенные возможности для оказания комплексной помощи | BMC Public Health

Это исследование показывает, что ОРЗ, посещающие матерей и детей на дому, хорошо принимаются и ценятся матерями.ОРЗ предоставляли важные и надлежащие сообщения по укреплению здоровья на уровне, понятном матерям. Тем не менее, мы выявили упущенные возможности для предоставления матерям важной информации, которая может напрямую повлиять на состояние здоровья матерей и детей, включая информацию об опасных признаках во время беременности, важности послеродового ухода, проверки состояния новорожденного и проверки развития детей старшего возраста. . ОРЗ осведомлены об этих недостатках и определили, что отсутствие подготовки, неадекватные ресурсы и плохой контроль ограничивают их способность оказывать рекомендуемый уход в домашнем хозяйстве.

Выявленные пробелы предполагают, что обучение должно включать компоненты практических навыков, а не только обучение в классе, доступное в настоящее время в Южной Африке. ОРЗ нуждаются в практических навыках осмотра, чтобы проверить состояние матери и ребенка в первые дни после родов и выявить опасные признаки. Ранний послеродовой период — это уязвимое время для матерей и младенцев с высокой заболеваемостью и смертностью [14], и ранний доступ к послеродовому уходу является ключевым вмешательством для улучшения исходов [15].В этот период ОРЗ могли бы обеспечить важную связь с официальными службами здравоохранения, но для эффективной работы им требуются практические навыки для осмотра матерей и младенцев и выявления признаков опасности. Поддержка грудного вскармливания является еще одним важным, спасающим жизнь вмешательством, при котором ОРЗ могут оказать практическую помощь матерям в начале и продолжении грудного вскармливания, а также улучшить показатели и продолжительность исключительно грудного вскармливания.

Было замечено, что ОРЗ не реагировали на опасения, высказанные матерями в отношении их здоровья и здоровья их детей, и ОРЗ заявили, что у них нет знаний или компетенции для решения этих проблем.

Хотя развертывание ОРЗ является стратегией, используемой во многих странах для обеспечения доступной помощи матерям и младенцам в домашнем хозяйстве, мало что известно о качестве взаимодействия ОРЗ и матери в домашнем хозяйстве и о том, предоставляются ли соответствующие мероприятия и информация. Несмотря на выявленные пробелы, мы редко обнаруживали, что ОРЗ предоставляли матерям несоответствующую или неправильную информацию. ОРЗ смогли позитивно взаимодействовать с матерями, и матери единодушно выразили признательность за эти визиты, отметив, что у ОРЗ было больше времени по сравнению с клиникой, что ОРЗ пользуются доверием, доступны и способны понять положение матерей.Это решительно поддерживает программу CHW, поскольку у нее есть потенциал для предоставления услуг MCH в наших условиях.

ОРЗ работают в сложной среде, где им приходится ориентироваться в сложных социальных контекстах, где может быть мало конфиденциальности, и, поскольку члены сообщества могут иметь личные отношения с членами сообщества, а также предоставлять услуги и иметь дело с конфиденциальной информацией. Несколько матерей упомянули раскрытие конфиденциальной информации ОРЗ как повод для беспокойства, но матери сообщили, что по мере посещения их убеждали в конфиденциальности, и доверие со временем укреплялось.Следовательно, ОРЗ смогли сыграть важную роль в поддержке ВИЧ-инфицированных женщин в семье и домашнем хозяйстве. Наши результаты свидетельствуют о том, что ОРЗ могут успешно достичь баланса между своими ролями члена сообщества и ОРЗ. Однако важно, чтобы во время обучения ОРЗ получали рекомендации по вопросам конфиденциальности и профессионализма, поскольку нарушение конфиденциальности может подорвать успех программы для ОРЗ.

Наши выводы показывают, что, хотя основы успешной и эффективной службы по месту жительства были заложены, существует потенциал для развития этого успеха путем улучшения знаний, навыков и самоэффективности среди ОРЗ.ОРЗ знали о проблемах и считали, что эти недостатки подрывают их авторитет в глазах сообщества. ОРЗ предположили, что дополнительное обучение и контроль, особенно на уровне домохозяйств, могли бы помочь решить эти проблемы. Руководители здравоохранения, осуществляющие программы в отношении ОРЗ, ожидают, что ОРЗ, не имеющие достаточной подготовки, будут оказывать широкий спектр услуг, часто в изолированных сообществах. Очевидно, что для успеха такого подхода требуется поддержка, и в нескольких исследованиях надзор был определен как ключ к успеху программ для ОРЗ [16, 17].Надзор также повышает осведомленность о роли ОРЗ, может узаконить роль ОРЗ в сообществе, а также повысить мотивацию и удержание среди ОРЗ [17]. Надзор и наставничество необходимы для повышения качества предоставления услуг [18,19,20]. Однако регулярный и постоянный качественный контроль и поддержка редко встречаются в службах здравоохранения в странах с низким и средним уровнем дохода даже для профессиональных медицинских работников [16, 21]. В частности, надзор и поддержка на уровне сообщества остаются серьезной проблемой и редко поддерживаются на должном уровне.Для улучшения кураторства был предложен ряд моделей для использования с ОРЗ, которые включают кураторство со стороны коллег [16], телефонный доступ к кураторам [22], назначение кураторов сообщества [23], поддерживающее кураторство [24], самооценку и подход к улучшению качества [25]. Однако многие из этих исследований демонстрируют улучшение частоты кураторства, а не улучшение качества кураторства. [16, 20].

В ЮАР создание палатных выездных групп (WBOT), состоящих из зарегистрированных медсестер, зарегистрированных медсестер и МРЗ, которые работают вместе для оказания помощи на уровне сообщества, дает возможность для разработки модели надзора.Однако WBOT являются дорогостоящими, их трудно поддерживать и еще труднее масштабировать для обеспечения всеобщего охвата. Использование зарегистрированных медицинских сестер для наблюдения за большим числом ОРЗ может оказаться нецелесообразным как по причинам затрат, так и по причинам, связанным с ресурсами, как это предлагается в этом подходе. Требуются дополнительные исследования, чтобы установить, является ли эта модель эффективной, доступной и устойчивой для оказания поддержки и надзора за ОРЗ.

Мы использовали продуманный план исследования с использованием полевых заметок, аудиозаписей и подробных интервью для сбора данных, чтобы контекстуализировать наши выводы и изучить различные аспекты и перспективы взаимодействия ОРЗ и матери.Наш подход также позволил провести триангуляцию данных из разных источников, что повысило достоверность данных. Однако в дизайне исследования предполагалось несколько ограничений. В это исследование были включены три сельских округа, поэтому результаты нельзя обобщать на всю область. Однако многие южноафриканцы живут в аналогичных сельских районах и сталкиваются с аналогичными повседневными проблемами. Кроме того, присутствие наблюдателя, вероятно, повлияло на общение между матерью и МРЗ во время визита.Однако было предпринято несколько действий, чтобы ограничить эффект наблюдателя, а именно, наблюдатель был того же возраста и расы, что и CHW; перед обсервацией был отдельный визит для получения информированного согласия; исследователь не участвовал в посещении домохозяйства, а сидел тихо и ненавязчиво вдали от ОРЗ и матери. Расшифровка и перевод интервью, проведенных на isiZulu, могли привести к некоторой потере информации. Некоторые темы, которые, по-видимому, были опущены во время визита, возможно, обсуждались во время предыдущих визитов.

Безмятежное место: Семейный эффект

Serenity Place — лечебный центр для беременных женщин, молодых матерей и их детей дошкольного возраста. Каждый год около 120 матерей и детей обретают надежду, исцеление и преображение в программе, при этом каждая семья живет на месте около шести месяцев. До 48 женщин и детей находятся на лечении в Serenity Place в любой момент времени.

Когда молодая мать и ее дети входят в Serenity Place, семья уже прошла долгий и опасный путь.Мать борется с зависимостью, и без посторонней помощи она вот-вот потеряет своих детей в приемной семье… возможно, навсегда.

Вероятно, она также сбегает от сексуального насилия. На каждые пять молодых матерей, которые обращаются к нам за помощью, приходится четыре перенесших травму , и это насилие часто играет роль в возникновении зависимости у матерей.

Дети пострадали не по своей вине и часто приходят к нам травмированными и растерянными.Их повседневная жизнь превратилась из хаоса в мертвящее пренебрежение, без смысла и смысла. Они часто отстают на нескольких уровнях развития и эмоционально неспособны к общению. Без посторонней помощи они будут не готовы к любой среде в классе.

Выдающаяся клиническая программа

Программа Serenity Place сфокусирована и интенсивна и является частью постоянного сотрудничества с известными на национальном уровне профессионалами, такими как Джеффри М. Джорджи (M.Div., M.A.H., LCAS, LPC, CGP) и Dr. Karen ODonnell , оба из Медицинского центра Университета Дьюка.

Медицинский персонал работает круглосуточно и без выходных по четырем целям для всех семей клиентов;

1. Излечить зависимость матери . Высококвалифицированный клинический персонал разрабатывает план лечения, основанный на фактических данных, для каждой матери, когда она участвует в программе. Женщины отрабатывают 50 часов индивидуальных и групповых консультаций в неделю. Ежедневные темы включают консультирование по травмам и жестокому обращению, обучение лекарствам, ежедневное планирование, динамику зависимости, здоровое питание, санитарное просвещение, связь между родителями и детьми, фитнес и применение жизненных навыков.

2. Ускорить развитие ребенка.   Задержки в социальном развитии и развитии проверяются и устраняются с помощью терапевтического лечения, чтобы их можно было подготовить к успеху в первом классе. Большинство наших детей испытывают свои первые надежные повседневные дела под присмотром наших специалистов.

3. Развивайте долгосрочные навыки для укрепления семьи и самодостаточности.  У многих наших матерей никогда не было подходящего образца для подражания. К счастью, хорошему воспитанию детей можно научиться.Наши матери изучают компоненты здорового воспитания детей и независимого ведения домашнего хозяйства, так что исцеление матерей также становится шансом семьи на долгосрочную самодостаточность и успех.

4. Реинтегрировать семью в общество как исцелившуюся единицу. Благодаря программе лечения после лечения Serenity Village, LOTUS, матери могут работать с консультантом и куратором, чтобы продолжать достигать своих целей. Благодаря донорским средствам мы построили на территории три дома в стиле дуплекс, где выпускники Serenity Place могут жить после лечения, хотя проживание в нашем временном жилье не является обязательным требованием для участия в программе LOTUS.

После трех-шести месяцев интенсивной работы молодая семья покидает Serenity Place и приступает к программе послеоперационного ухода LOTUS. Новые наставники, связи в сообществе и поддержка призваны обеспечить мягкое возвращение в реальный мир и здоровую, устойчивую семейную жизнь.

Все это является частью нашей миссии по выявлению семей, которым грозит крах из-за зависимости, и работе над тем, чтобы вернуть исцеление и самодостаточность в их жизнь… навсегда. И когда наше сообщество спасает семью от краха, порочный круг, разрушающий наше общество, разрывается.Мы все выиграем от снижения государственных расходов и более здоровых социальных связей для будущих поколений.

Возврат инвестиций в сообщество

84% наших женщин и детей достигают целей лечения до выхода из программы

86% наших детей все еще живут со своими семьями через год после выписки

83% наших детей могут посещать обычные государственные школы после выписки

Приглашаем вас принять участие

Хотели бы вы совершить быструю, ни к чему не обязывающую экскурсию по Serenity Place? Мы думаем, вы будете впечатлены.

Вы нужны нашим детям и матерям для чтения, художественных проектов и многого другого. Мы приглашаем вас узнать о возможностях для волонтеров в Serenity Place.

 

Улучшение условий материнства и детства

«Проблемы общественного здравоохранения не могут быть решены только путем лечения. Необходимо учитывать и другие факторы в рамках более широкого подхода […] предоставления наиболее уязвимым лицам средств для ухода за собой, получения жилья, питания и образования»

Ален МЕРЬЕ
Президент Фонда Мерье

Сотрудники Фонда Мерье работают с местными НПО над улучшением здоровья и благополучия населения, находящегося в бедственном положении, уделяя особое внимание матерям и детям, страдающим от последствий бедности, конфликтов и стихийных бедствий. Улучшение условий жизни матерей и детей является растущим направлением нашей работы, финансируемой Фондом Кристофа и Родольфа Мерье в рамках тесного партнерства между двумя нашими семейными фондами.

Ближний Восток

Мы активно работаем на Ближнем Востоке с начала конфликтов в Ираке и Сирии, оказывая помощь перемещенным лицам в Ираке и Ливане в рамках инициатив, поддерживаемых Фондом Кристофа и Родольфа Мерье: отправка лекарств, продовольственной помощи, строительство жилья, школа, центр здоровья матери и ребенка и др.В партнерстве с Министерством здравоохранения Ливана также были начаты исследовательские проекты, направленные на искоренение повторных вспышек легочных инфекций среди беженцев.

Гаити

На Гаити , после землетрясения в 2010 году, мы оказываем помощь в восстановлении и работаем с центрами GHESKIO (Гаитянская группа по изучению саркомы Капоши и оппортунистических инфекций) и рядом других организаций в партнерстве с Fondation Christophe et Rodolphe Mérieux. (детские дома, центры профессионального обучения, диспансеры и др.). После урагана Мэтью в 2016 году мы также оказывали экстренную помощь: раздавали холерные наборы, продукты питания и медикаменты.

Мадагаскар

На Мадагаскаре мы отремонтировали учебный центр и студенческое общежитие в Антананариву: «Maison Bénédicte», названный в честь доктора Бенедикт Контамин, бывшего менеджера Фонда Мерье на Мадагаскаре. Вместе с Fondation Christophe et Rodolphe Mérieux мы также поддерживаем ряд местных благотворительных организаций, борющихся с бедностью, таких как Akamasoa («хорошие друзья»), которая работает над улучшением санитарных условий в небольших сельских деревнях (строительство туалетов, мусорных баков и резервуаров для воды) и помогает для создания рабочих мест.

Мали

В Мали, Сенегале и Перу Фонд Мерье и Фонд Кристофа и Родольфа Мерье поддерживают работу Samusocial International с беспризорными детьми, которые сталкиваются с социальной изоляцией и маргинализацией в столицах развивающихся стран. Поддержка помогает мобильным группам помощи, детским садам с лечением и консультированием, а также размещением в чрезвычайных ситуациях.

Другие инициативы

Другие инициативы в настоящее время осуществляются в Камбодже и Бангладеш, включая программы поддержки людей, находящихся в бедственном положении, а также санитарное просвещение и очистку воды.

Здоровье матерей детей с ограничивающими жизнь состояниями: сравнительное когортное исследование

Что уже известно по этой теме?

  • Растет число детей с неизлечимыми заболеваниями, которым матери оказывают медицинскую помощь 24 часа 7 дней в неделю.

  • Имеются данные о повышенном риске смертности среди матерей, чей младенец умер или имеет значительную врожденную аномалию.

  • Большинство медицинских услуг ориентированы на отдельных пациентов, а не на всю семью, игнорируя таким образом потребности родителей.

Что добавляет это исследование?

  • У матерей детей с неизлечимыми заболеваниями значительно выше частота депрессии, тревоги и серьезных психических заболеваний, чем у других матерей.

  • У них также значительно выше заболеваемость сердечно-сосудистыми заболеваниями, гипертонией и смертность.

  • Большую часть этих заболеваний можно предотвратить.

В Англии проживает более 86 000 детей с заболеваниями1, которые либо в конечном счете сократят их жизнь (например, болезнь Лея), либо с состояниями, лечение которых может быть доступно, но может оказаться безуспешным (например, рак).2 Определяющая черта детей с ограниченными или опасными для жизни состояниями заключается в том, что эти дети подвержены риску преждевременной смерти, и можно ожидать смерти в детстве или в раннем взрослом возрасте.Теперь эти дети живут дольше отчасти благодаря более агрессивному лечению осложнений3 и более широкому использованию медицинских технологий (например, домашней вентиляции)4.

Часто ожидается, что родители этих детей, преимущественно матери5, станут поставщиками медицинских услуг, а также родителями, 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Здоровье этих матерей важно как с точки зрения заботы о своем ребенке, так и с точки зрения их собственного права на здоровье и благополучие. Большинство медицинских услуг ориентированы на отдельных пациентов, а не на всю семью, поэтому игнорируют потребности родителей.

Национальный институт здравоохранения и передового опыта отметил отсутствие исследований по количественной оценке психического здоровья матерей детей с ограничивающими продолжительность жизни заболеваниями.6 Хотя исследования показывают, что матери детей с особыми более высокий уровень родительского стресса или эмоциональных проблем, чем у родителей здоровых детей, эти исследования не учитывают особые потребности людей с ограничениями жизни или дополнительное бремя, с которым сталкиваются их родители, зная, что их ребенок может умереть.

Имеются данные о повышенном риске смертности среди матерей, чей младенец умер или имеет значительную врожденную аномалию.10 ,11 Тем не менее, существует мало данных о физическом здоровье матерей детей с ограничениями жизни. Два поперечных исследования матерей детей с ограниченными возможностями выявили более высокую распространенность соматических заболеваний, о которых они сообщали, по сравнению с матерями здоровых детей (например, боли в спине, 35,2% против 26,7% и гипертония, 24,7% против 19,1%).9 12

Количественная оценка и понимание физического и психического здоровья этих матерей жизненно важны, прежде чем можно будет разработать, нацелить или протестировать какие-либо эффективные вмешательства.6 Таким образом, это исследование направлено на количественную оценку распространенности часто встречающихся психических и состояние, ограничивающее продолжительность жизни, с использованием репрезентативного на национальном уровне продольного набора данных о здравоохранении.

Методы

Это обсервационное сравнительное когортное исследование проводилось в соответствии с протоколом и сообщалось в соответствии с рекомендациями «Усиление отчетности об обсервационных исследованиях в эпидемиологии-RECORD».13

Источники данных

В исследовании использовалась анонимная выдержка данных из набора данных GOLD Clinical Practice Research Datalink (CPRD), который содержит лонгитюдные записи первичной медико-санитарной помощи из репрезентативной выборки врачей общей практики (ВОП) по всей Великобритании (охватывающих примерно 8,5 % населения Великобритании)14, связанных с записями из данных вторичной медицинской помощи (Статистика госпитальных эпизодов (HES) и Минимальный набор данных о психическом здоровье (MHMDS))15 16 и данные свидетельств о смерти Управления национальной статистики (ONS).Наборы данных были связаны с использованием детерминированных методов CPRD с использованием номера NHS, пола, даты рождения и почтового индекса,16 а матери были связаны со своими детьми с помощью алгоритма CPRD связи матери и ребенка, который основан на записях о беременности.15

Набор данных CPRD GOLD14 содержит информацию о консультациях, рецептах и ​​направлениях. HES содержит информацию о клиническом диагнозе и процедурах, а также информацию о пациентах, включая возраст, пол и этническую принадлежность, для всех случаев пребывания в стационаре.17 MHMDS содержит информацию о лицах, получивших специализированную вторичную психиатрическую помощь, включая амбулаторную, стационарную и общественную помощь.18

Идентификация когорты

Группа была идентифицирована командой CPRD по группе заболеваний у детей (см. дополнительные онлайн-материалы). Идентификация ограничивающих продолжительность жизни и хронических заболеваний у детей проводилась с использованием ранее разработанных кодовых схем Рида (первичная помощь) или кодовых рамок Международной классификации болезней (вторичная помощь) для ограничивающих продолжительность жизни19, 20 и хронических состояний21 у детей.

Дети-индексы (состояния, ограничивающие продолжительность жизни) были включены, если они имели право на привязку к HES (т. е. проживали в Англии) и если мать была зарегистрирована в наборе данных CPRD не менее 1 года в период с 1 апреля 2007 г. по 31 декабря. 2017.Эти подходящие дети затем были сопоставлены с детьми с хроническими заболеваниями (1:1) или без длительных заболеваний (1:2) по году рождения, полу и географическому региону. Вся первичная и вторичная забота о диадах ребенок-мать была извлечена.

Исходы

Результаты для здоровья матерей были определены авторами с использованием закодированных данных чтения в наборе данных CPRD GOLD (данные о клиническом взаимодействии, включая симптомы, диагнозы, направления и предписания) или Международной классификации болезней, 10-й пересмотр, диагностические коды в вторичные медицинские данные.Эти результаты являются обычными состояниями здоровья, наблюдаемыми в учреждениях первичной медико-санитарной помощи, и могут быть правдоподобно связаны с физическим или психологическим давлением, связанным с рождением ребенка с хроническим заболеванием или заболеванием, ограничивающим продолжительность жизни. Списки кодов для каждого результата были определены с использованием ранее опубликованных исследований (дополнительный онлайн-материал).

Исходы психического здоровья
  • Тревога.22

  • Депрессия.22

  • Серьезное психическое заболевание (шизофрения и биполярное расстройство).23

  • Направление к вторичным службам охраны психического здоровья (имеется в MHMDS).

Показатели физического здоровья
  • Боль в спине24

  • Ожирение25 26

  • Гипертония24

  • Сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ).22

  • Сахарный диабет 2 типа25 26

  • Смерть, через связь с данными регистрации смерти УНС.

Время риска рассчитывалось отдельно для каждого интересующего исхода и от момента постановки диагноза ребенку до регистрации интересующего исхода или даты окончания у матери.Показатели заболеваемости рассчитывались на человека в год риска для каждого исхода.

Матери, которым был поставлен диагноз интересующего исхода до регистрации диагнозов у ​​их ребенка, были исключены из анализа только для этого исхода — это позволило нам исключить диагнозы у матерей, которые были поставлены до постановки диагноза их ребенку.

Другие представляющие интерес переменные

Возраст матери был рассчитан как возраст на момент включения в данное исследование.

Категория депривации, мера социально-экономического статуса (разделенная на пять групп с использованием Индекса многократной депривации 2010 г.),27 была предоставлена ​​в виде связанных данных, основанных на самом последнем известном адресе человека.

Этническая группа (черный африканец, черный карибский, черный другой, китайский, бангладешский, индийский, пакистанский, другой азиат, белый, смешанный или другой28) была зарегистрирована в связанных данных HES, если человек имел более одной этнической группы, при условии, что он был установлен CPRD на наиболее часто регистрируемое значение, за исключением неизвестного. Из-за малочисленности некоторых из этих этнических групп категории были разделены на шесть групп; белые, южноазиатские, черные, китайские, смешанные и другие.

Статус курения использовал список кодов чтения, доступный для текущего статуса курения.22

Статистические методы

Общие коэффициенты заболеваемости физическими и психическими заболеваниями были рассчитаны в каждой группе матерей путем деления числа случаев в каждой группе на количество человеко-времен, находящихся в группе риска.

Многовариантные модели Пуассона были построены для каждого интересующего исхода и включали возраст матери, этническую принадлежность, статус депривации, количество консультаций врача общей практики и соответствующие переменные (год рождения ребенка, пол ребенка и регион) для сравнения показателей заболеваемости между группами матерей. с использованием коэффициентов заболеваемости (IRR) и учета времени риска.Вмешивающиеся переменные сохранялись, если они улучшали соответствие модели (с помощью байесовского информационного критерия).

Анализы выполнены с использованием STATA V.15.29

Участие пациентов и общественности

Мнения родителей и лиц, осуществляющих уход за детьми с неизлечимыми заболеваниями, повлияли на развитие этого исследования, включая уточнение исследовательского вопроса.

Результаты

Когорта для анализа состояла из 35 683 матерей, из которых 8950 имели детей с ограниченными сроками жизни; у 8868 был ребенок с хроническим заболеванием; и 17 865 имели ребенка без хронического заболевания (таблица 1).

Таблица 1

Характеристики участников

Отсутствовало несколько данных, кроме этнической группы (6% неизвестна этническая принадлежность). Неизвестная этническая группа была сохранена в качестве категории для анализа (таблица 1).

Матери детей с ОПЖ в среднем реже посещали врача общей практики (медиана=20), чем матери детей с хроническим заболеванием (медиана=29, табл. 1).

Количество матерей, исключенных из каждого анализа заболеваемости, поскольку они были диагностированы до постановки диагноза их ребенку, выглядит следующим образом: матерей детей с ограничивающим продолжительность жизни или хроническим заболеванием по сравнению с матерями, дети которых не имеют длительного заболевания (таблица 2).

Таблица 2

Суммарные показатели заболеваемости соматическими и психическими состояниями у матерей по диагностическим группам ребенка лимитирующее или хроническое состояние по сравнению с матерями, дети которых не имеют длительного состояния; например, для депрессии общие показатели заболеваемости составили 341 (95% ДИ от 322 до 361), 340 (95% ДИ от 322 до 359) и 268 (95% ДИ от 257 до 259) на 10 000 человеко-лет соответственно.Общие показатели заболеваемости ССЗ значительно выше у матерей детей с ограничивающими продолжительность жизни заболеваниями (13,4 на 10 000 человеко-лет, 95% ДИ от 10,8 до 16,7), но не у матерей детей с хроническими заболеваниями (8,6 на 10 000 человеко-лет). 000 человеко-лет, 95% ДИ от 6,7 до 11,1) по сравнению с матерями, чьи дети не имеют длительного заболевания (6,4 на 10 000 человеко-лет, 95% ДИ от 5,2 до 7,9).

Общий показатель смертности (11,4 на 10 000 человеко-лет, 95% ДИ от 9,0 до 14,4) был значительно выше у матерей детей с неизлечимыми заболеваниями, но не у матерей детей с хроническими заболеваниями (6.0 на 10 000 человеко-лет, 95% ДИ от 4,4 до 8,1) по сравнению с матерями, чьи дети не имеют длительного заболевания (6,8 на 10 000 человеко-лет, 95% ДИ от 5,5 до 8,3; таблица 2). Одномерные модели доступны в дополнительных онлайн-материалах.

Частота всех исходов психического здоровья у матерей детей с ограничивающими продолжительность жизни состояниями значительно выше, чем у матерей, дети которых не страдают хроническими заболеваниями (например, депрессия IRR 1,21, 95% ДИ от 1,13 до 1,30) в скорректированные анализы (рисунок 1 и таблица 3).У матерей, у которых ребенок имеет хроническое заболевание, частота случаев депрессии, тревоги и обращения за вторичной психиатрической помощью значительно выше, чем у матерей, у детей которых нет хронических заболеваний, но их частота серьезных психических заболеваний существенно не отличается (IRR 1.17). , 95% ДИ от 0,82 до 1,67).

Рисунок 1

Физические и психические состояния у матерей; скорректированные коэффициенты заболеваемости (модели, скорректированные по возрасту матери, индексу множественной депривации, этнической группе, количеству посещений врача общей практики; в модели по сердечно-сосудистым заболеваниям и артериальной гипертензии также был включен статус курения).

Таблица 3

Многовариантные модели последствий для психического здоровья матерей

Для всех показателей физического здоровья у матерей (рис. 1 и таблица 4) показатели заболеваемости значительно выше у матерей детей с ограничивающими продолжительность жизни состояниями по сравнению с матерями, чьи у детей нет длительного заболевания (например, ССЗ IRR 1,73, 95% ДИ от 1,27 до 2,36). У матерей, у которых ребенок имеет хроническое заболевание, частота ожирения, артериальной гипертензии и болей в спине значительно выше, чем у матерей, чьи дети не имеют длительного заболевания, но имеют заболеваемость сахарным диабетом 2 типа (IRR 1.09, 95% ДИ от 0,90 до 1,32) и ССЗ (IRR 1,06, 95% ДИ от 0,76 до 1,49) существенно не различались.

Таблица 4

Многовариантные модели показателей физического здоровья матерей

Скорректированные показатели смертности у матерей детей с ограничивающими продолжительность жизни состояниями были выше (IRR 1,59, 95% ДИ 1,16–2,18), чем у матерей, чьи дети не имели длительное состояние (рис. 1).

Обсуждение

Это популяционное исследование показало, что уровень заболеваемости как общими психическими, так и соматическими заболеваниями выше у матерей детей с неизлечимыми заболеваниями по сравнению с матерями, чьи дети не имеют долгосрочных заболеваний.Однако эти матери реже посещали своих врачей общей практики. Риск смерти также был более чем на 50% выше в этой популяции матерей. Большую часть этой избыточной заболеваемости можно предотвратить с помощью активной медицинской помощи, включающей как первичные, так и вторичные инициативы по профилактике.

Предыдущие исследования, оценивающие последствия для здоровья матерей, проводились либо в определенных группах детей с умственными или более широкими нарушениями, и были сосредоточены на результатах психического здоровья.8 30–34 Текущие результаты согласуются с недавним мета-анализом, который выявил повышенный риск депрессивных симптомов и ухудшение общего состояния здоровья у матерей детей с нарушениями развития34 и с предыдущими исследованиями здоровья матерей детей с физическими недостатками.30 35

Многие опубликованные исследования не проводят различий между матерями детей с ограничивающими продолжительность жизни или другими хроническими состояниями.34 36 В этом исследовании проводится различие между этими группами, чтобы рассмотреть дополнительный уровень сложности в жизни этих матерей, поскольку они осознают, что их ребенок умрет преждевременно37, а также позволяет проводить сравнение между группами для оценки взаимосвязи доза-реакция с исходами. Недавнее поперечное исследование родителей детей, находящихся на попечении службы паллиативной помощи, показало, что почти у половины этих родителей были признаки клинически повышенного стресса, депрессии или тревоги.38

Вывод о более высоком риске смерти в этой группе матерей согласуется с другими опубликованными данными10 11 о влиянии ранней детской смертности на риск материнской смертности. Тем не менее, это исследование включает группу детей с более широким возрастом и рядом диагнозов, ограничивающих продолжительность жизни. поддается первичным или вторичным профилактическим стратегиям.

Хотя эти данные подчеркивают более высокие показатели заболеваемости физическими и психическими заболеваниями, они не могут определить, как можно было бы лучше поддерживать этих матерей. Некоторые исследования поддерживают использование служб поддержки сверстников для поддержания здоровья и благополучия родителей детей с ограниченными возможностями,39 но на сегодняшний день ни одно из них не учитывало дополнительное давление, связанное с тем, что вам говорят, что ваш ребенок может умереть.40

У этих матерей будет гораздо больше контактов с педиатрическими поставщиками медицинских услуг, чем с их собственными поставщиками медицинских услуг, и педиатрические поставщики могут играть роль в оказании поддержки или указании соответствующих служб.Уход, ориентированный на семью, — это подход, подчеркивающий важность семейной ячейки при оказании медицинских услуг детям с хроническими заболеваниями или инвалидностью41, но реализация этой модели ухода ограничена42. Дальнейшие исследования должны быть сосредоточены на наиболее осуществимых способах для поддержки медицинских потребностей этой группы матерей.

Сильные и слабые стороны исследования

Это было лонгитюдное исследование, в котором использовалась репрезентативная на национальном уровне выборка данных первичной и вторичной медицинской помощи.14 Это позволило всесторонне определить статус заболевания ребенка и интересующие материнские исходы. Причинно-следственная связь не может быть полностью установлена ​​с использованием обсервационного дизайна исследования, но мы продемонстрировали временной характер взаимосвязи между воздействием и исходом, а также зависимость доза-реакция с ключевыми последствиями для здоровья, используя как можно более надежный дизайн исследования.

Это исследование зависит от качества диагностического кодирования в наборах данных. Трудно оценить тяжесть или прогноз из-за неоднородности некоторых состояний и различий в практике кодирования среди врачей общей практики.У нас нет доказательств того, что эти методы кодирования будут различаться между группами матерей. Хотя мы использовали данные о возрасте и курении, нам не хватало информации о некоторых ключевых факторах, в том числе о семейном анамнезе сердечно-сосудистых заболеваний, питании и употреблении алкоголя. Данные о причинах смерти отсутствуют.

Это исследование было сосредоточено на матерях, так как матери обычно, но не исключительно, являются основными опекунами этих детей.5 Также в настоящее время невозможно надежно идентифицировать диады отец-ребенок в данных CPRD.

Заключение

Это исследование наглядно демонстрирует более высокие показатели заболеваемости физическим и психическим здоровьем у матерей детей с ограничивающими продолжительность жизни состояниями. Необходимы дальнейшие исследования, чтобы понять, как лучше всего поддержать этих матерей, но поставщики медицинских услуг должны подумать о том, как они могут предоставлять профилактические и лечебные услуги для этой группы населения.

Заявление о доступности данных

Данные могут быть получены от третьих лиц и не являются общедоступными.клинические коды, используемые для этого исследования, предоставлены в качестве дополнительного материала. Данные уровня пациента не могут быть переданы другим пользователям, но к ним можно получить доступ через канал передачи данных клинических исследований.

Заявления об этике

Согласие пациента на публикацию

Не требуется.

Утверждение этики

Этот протокол исследования одобрен Независимым научным консультативным комитетом по исследованию базы данных регуляторного агентства Великобритании по лекарственным средствам и изделиям медицинского назначения (протокол 18_313).

День Матери Генетика: Как долго мать «вынашивает» ребенка?

Во второе воскресенье мая День матери отмечает женщин, которые заботятся о нас, материнские узы между матерью и ребенком и влияние матерей в обществе. Матери бывают разных форм, и то, что они прививают своим детям, выходит далеко за рамки детской генетики. Основательница Дня матери в США Анна Джарвис считала, что мать — это «человек, который сделал для вас больше, чем кто-либо в мире.” На генетическом уровне наши биологические матери вносят половину нашей ДНК при зачатии, а наши биологические отцы — вторую половину. Затем следуют 9 месяцев беременности, когда эмбрион превращается в плод и, в конечном итоге, в ребенка. Но генетическая связь между матерью и ребенком не заканчивается зачатием. Знаете ли вы, что и мама, и ребенок во время беременности также делят клетки друг друга? Уже на второй неделе беременности между плодом и матерью происходит двусторонний поток клеток и ДНК.Клетки, содержащие ДНК плода, пересекают плаценту и попадают в кровоток матери, тогда как клетки матери пересекают в обратном направлении и переходят в кровоток плода. Большая часть клеток, поступающих от плода, разрушается иммунной системой матери, но некоторые сохраняются и внедряются в различные органы, а также становятся частью материнского организма. Это явление называется микрохимеризмом, от слова «химера», относящегося к мифическому существу, сделанному из частей разных животных. Как долго длится микрохимеризм? Плод обычно передает больше своих клеток матери, чем наоборот. Этот обмен начинается уже в первые несколько недель беременности. Обмен между мамой и ребенком был показан у других млекопитающих, таких как собаки, коровы, мыши и другие родственники, что позволяет предположить, что этот обмен клетками происходил примерно 93 миллиона лет. Было обнаружено, что фетальные клетки остаются в организме матери после беременности, а в некоторых случаях даже в течение десятилетий после рождения ребенка.Клетки мамы также десятилетиями остаются в крови и тканях ребенка, в том числе в таких органах, как поджелудочная железа, сердце и кожа. В одном исследовании более половины взрослых все еще имели материнские клетки в крови. В некоторых случаях плоду могут быть переданы даже клетки от бабушек по материнской линии, приобретенные во время беременности матери. Поскольку некоторые эмбриональные клетки годами остаются в организме матери, они также иногда передаются будущим братьям и сестрам первого ребенка. Таким образом, старшие братья и сестры могут делиться своими клетками с клетками своих младших братьев и сестер. Судьба путешествующих клеток Что происходит с этими эмбриональными клетками, когда они достигают тела матери? Некоторые исследования показывают, что фетальные клетки полезны для матерей и помогают в заживлении материнских ран — интересно, что у мышей фетальные клетки активно перемещаются к месту повреждения. Кроме того, эти эмбриональные клетки были обнаружены в заживших рубцах после кесарева сечения и активно участвуют в процессе заживления, производя различные компоненты кожи, такие как коллаген. Клетки плода у матери также могут трансформироваться в клетки, необходимые матери, включая клетки головного мозга, клетки сердца и различные клетки иммунной системы.Клетки плода также обнаруживаются в других органах, где предполагается, что они могут повысить выживаемость плода в будущем. Например, клетки плода в груди могут играть роль в увеличении количества молока у ребенка после рождения. Другие исследования показывают связь между наличием этих клеток в организме матери и некоторыми видами рака или аутоиммунными заболеваниями. Например, у людей с сахарным диабетом 1 типа в поджелудочной железе чаще встречаются материнские клетки. Однако еще слишком рано делать какие-либо выводы об этих открытиях — исследователи все еще пытаются понять, могут ли эти клетки быть частью причины или просто невинными наблюдателями.Другая теория заключается в том, что материнские клетки, обнаруженные в поджелудочной железе, на самом деле помогают в заживлении и регенерации органа. Независимо от причин, стоящих за этим, несомненно то, что матери и их дети несут частичку друг друга в течение многих лет после беременности и родов. Каталожные номера Бодди А.М., Фортунато А., Уилсон Сайрес М., Актипис А. Фетальный микрохимеризм и материнское здоровье: обзор и эволюционный анализ сотрудничества и конфликтов за пределами матки. Биоэссе.2015;37(10):1106-18. Gammill HS, Harrington WE. Микрохимеризм: определение и переопределение контекста до беременности — обзор. Плацента. 2017;60:130-133. Махмуд У., О’Донохью К. Микрохимерные фетальные клетки играют роль в заживлении материнских ран после беременности. Химеризм. 2014;5(2):40-52. Тамбан Т., Агарвал В., Басу А., Раджив Р., Синха А., Двиведи А. П. и Хосла С. (2019). Эпигенетическая наследственность в нескольких поколениях. Трансгенерационная эпигенетика, 401–420. doi: 10.1016/b978-0-12-816363-4.00019-5 Vanzyl B, Planas R, Ye Y и др. Почему уровни материнского микрохимеризма выше при диабете поджелудочной железы 1 типа? Химеризм. 2010;1(2):45-50. Йе Дж., Вивес-пи М., Гиллеспи К.М. Материнский микрохимеризм: повышен в инсулинположительном компартменте поджелудочной железы с диабетом 1 типа, но не в инфильтрирующих иммунных клетках или реплицирующихся островковых клетках. ПЛОС ОДИН. 2014;9(1):e86985.

Кризис по уходу за детьми не позволяет женщинам работать

Введение и резюме

В марте 2019 года группа матерей, работающих на Amazon, известная как «Момазонки», организовала кампанию по сбору информации и защите интересов, призывая компанию предоставить дополнительное пособие по уходу за ребенком.Группа из почти 2000 сотрудников Amazon с маленькими детьми утверждает, что отсутствие доступного ухода за детьми не позволяет талантливым женщинам продвигаться по карьерной лестнице. Эти матери «устали видеть, как коллеги увольняются, потому что не могут найти уход за детьми». 1 Жители Момазонии призывают Amazon субсидировать резервный вариант ухода за детьми на случай, если их основной договор о присмотре за детьми не сработает, аналогично преимуществам, предлагаемым его коллегами, такими как Apple, Microsoft и Google. Эти усилия под руководством сотрудников демонстрируют четкую связь между доступом к доступным и качественным услугам по уходу за детьми и участием в рабочей силе, особенно для матерей.Однако работодатели не могут решить проблему ухода за детьми в стране в одиночку, а несколько дней резервного ухода за детьми не удовлетворяют потребности родителей, которые должны координировать и оплачивать постоянный круглогодичный уход.

Сегодня многие семьи с маленькими детьми должны сделать выбор между расходованием значительной части своего дохода на уход за детьми, поиском более дешевого, но потенциально менее качественного варианта ухода или полным уходом с работы, чтобы полностью посвятить себя уходу. Будь то из-за высокой стоимости, ограниченной доступности или неудобных часов программы, проблемы ухода за детьми вытесняют родителей с работы с угрожающей скоростью.Фактически, только в 2016 году около 2 миллионов родителей пожертвовали своей карьерой из-за проблем с уходом за детьми. 2

Проблемы с уходом за детьми стали препятствием для работы, особенно для матерей, которые непропорционально часто берут на себя неоплачиваемые обязанности по уходу, когда их семья не может найти или позволить себе уход за ребенком. 3 В ходе опроса, проведенного Центром американского прогресса в 2018 году, матери на 40 процентов чаще, чем отцы, сообщали, что они лично ощутили на себе негативное влияние проблем с уходом за детьми на их карьере. 4 Слишком часто матерям приходится принимать решения о работе, исходя из соображений ухода за детьми, а не в интересах их финансового положения или карьерных целей.

Растет понимание связи между доступом к уходу за детьми, занятостью родителей и общим экономическим ростом. Предприятия полагаются на сотрудников, а сотрудники полагаются на уход за детьми. 5 Когда возникают проблемы с уходом за детьми, родители должны искать альтернативные варианты или пропускать работу, чтобы заботиться о своих детях.Для миллионов родителей эта незащищенность может означать сокращение рабочего времени, сокращение заработной платы или полный уход с работы. 6 Тем временем американские предприятия ежегодно теряют примерно 12,7 млрд долларов из-за проблем с уходом за детьми своих сотрудников. 7 Стоимость потерянных заработков, производительности и доходов из-за кризиса в сфере ухода за детьми в национальном масштабе оценивается в 57 миллиардов долларов в год. 8

В этом отчете подчеркивается взаимосвязь между уходом за детьми и занятостью матерей и подчеркивается, как улучшение доступа к уходу за детьми может повысить занятость и доходы работающих матерей.Основываясь на новом анализе Обследования участия в программе для детей младшего возраста (ECPP) 2016 года, он демонстрирует, как семьи испытывают трудности с поиском ухода за детьми в рамках существующей системы и как отсутствие доступа к уходу за детьми может мешать матерям работать. Затем в отчете представлены результаты общенационального опроса, проведенного Центром американского прогресса и GBA Strategies, в ходе которого родителей спрашивали, какие карьерные решения они приняли бы, если бы уход за детьми был более доступным и доступным. Наконец, в отчете излагаются решения федеральной политики, которые имеют решающее значение для поддержки работающих матерей.

Новые результаты ECPP показывают, что занятость матери тесно связана со способностью ее семьи найти уход за ребенком, в то время как опрос CAP показывает, что, имея доступ к более надежному и доступному уходу за ребенком, матери говорят, что предпримут шаги, чтобы увеличить свои заработки и улучшить свое положение. карьера. (См. Приложение для источников данных и методологии)

Ключевые выводы включают:

  • Половина семей в США сообщили о трудностях с поиском ухода за детьми.
  • Матери, которые не смогли найти программу ухода за детьми, имели значительно меньшую вероятность трудоустройства, чем те, кто нашел программу ухода за детьми, в то время как это не повлияло на занятость отцов.
  • В опросе CAP матери заявили, что если бы у них был доступ к более доступным и надежным услугам по уходу за детьми, они увеличили бы свои заработки и продвинулись бы в своей карьере, найдя более высокооплачиваемую работу, подав заявку на продвижение по службе, стремясь увеличить количество рабочих часов, или найти работу в первую очередь.

Нынешняя система ухода за детьми в США не работает. Соединенные Штаты должны уделять первоочередное внимание потребностям миллионов работающих семей и предпринимать шаги, чтобы удержать матерей на рынке труда, инвестируя в политику поддержки доступа к доступным и качественным услугам по уходу за детьми.

Работающие матери и кризис ухода за детьми

Уход за детьми необходим родителям, особенно матерям, для работы и получения дохода, однако для семей с маленькими детьми это становится все более непосильной статьей расходов. За последние два десятилетия стоимость ухода за детьми увеличилась более чем вдвое, 9 , в то время как заработная плата в основном оставалась на прежнем уровне. 10 Многие родители считают, что расходы на уход за детьми занимают большую часть их зарплаты, и в результате некоторые решают уйти с работы. 11 Как правило, на этот компромисс идут матери.

Исследования подтверждают, что высокие расходы на уход за детьми и ограниченная финансовая помощь вытесняют матерей с работы. За последние два десятилетия участие женщин в рабочей силе в Соединенных Штатах остановилось, в то время как в других крупных развитых странах наблюдался постоянный рост. 12 Частично виновата высокая стоимость ухода за детьми: одно исследование показало, что рост стоимости ухода за детьми привел к сокращению занятости матерей с детьми в возрасте до 5 лет примерно на 13 процентов. 13 Более того, неспособность страны реализовать политику, которая поддерживает матерей, чтобы они могли работать и оставаться на рынке труда, такие как уход за детьми и оплачиваемый отпуск по семейным обстоятельствам, объясняет примерно одну треть снижения участия женщин в рабочей силе по сравнению с Соединенными Штатами. с 22 другими странами Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). 14

Было показано, что политика, направленная на облегчение бремени оплаты ухода за детьми, способствует участию матерей в рабочей силе.Растущий объем исследований подтверждает, что политика, помогающая снизить стоимость и увеличить доступность программ дошкольного образования, оказывает положительное влияние на участие матерей в рабочей силе и рабочее время. 15 Кроме того, недавнее исследование CAP показало, что с тех пор, как в 2009 году Вашингтон, округ Колумбия, начал предлагать два года бесплатного всеобщего дошкольного образования, процент матерей с маленькими детьми, участвующих в рабочей силе, увеличился на 12 процентных пунктов, 10 из которых были относится к всеобщему дошкольному образованию. 16

Расширение доступа матерей к услугам по уходу за детьми и другим видам поддержки на рабочем месте имеет жизненно важное значение, поскольку американские семьи все больше зависят от доходов матерей. Почти 70 процентов матерей работают, а в 2015 году около 42 процентов матерей были единственными или основными кормильцами в своих домах. 17 Черные и латиноамериканские матери работают еще более высоко и с большей вероятностью будут основным кормильцем в своих семьях, чем белые матери: 71 процент черных матерей и 41 процент латиноамериканских матерей служат основной экономической опорой для своих семей. 18 В то же время женщины непропорционально часто работают на низкооплачиваемых работах с ненормированным рабочим днем ​​и непостоянным графиком. 19 Многие из этих матерей изо всех сил пытаются найти доступный уход за детьми, который соответствует их графику работы и доступен по вечерам и в выходные дни. 20 Проблемы ухода за детьми в сочетании с низкой заработной платой и ненормированным графиком мешают многим матерям оставаться на работе — будь то полный или неполный рабочий день.

Грант на развитие системы ухода за детьми и начальный старт

Две крупнейшие федеральные программы, которые в настоящее время предоставляют бесплатные или субсидируемые услуги по уходу за детьми, — Блок-грант по уходу и развитию детей (CCDBG) и Head Start — ориентированы на малообеспеченные семьи с маленькими детьми.CCDBG является крупнейшим источником федерального финансирования помощи по уходу за детьми и финансирует государственные субсидии по уходу за детьми для семей с низким доходом. Однако только 15% семей, имеющих на это право, получают субсидии через CCDBG, и в большинстве случаев сумма субсидии слишком мала, чтобы покрывать расходы на высококачественный уход за детьми. 21

Head Start предоставляет высококачественное раннее образование, а также комплексные медицинские и социальные услуги примерно 1 миллиону детей из малообеспеченных семей и их семьям каждый год.Он обслуживает примерно одну треть детей в возрасте от 3 до 5 лет, имеющих право на участие, в то время как Early Head Start обслуживает 7 процентов детей в возрасте до 3 лет, соответствующих критериям. 22

Эти программы продемонстрировали преимущества для содействия участию матерей в рабочей силе и положительных результатов для детей. 23 Однако из-за их адресного характера и хронического недофинансирования их получает лишь небольшая часть семей, нуждающихся в помощи по оплате ухода за ребенком.

Более того, смена места работы или уход с работы из-за проблем с уходом за детьми могут иметь ощутимые последствия для экономической безопасности семей и долгосрочных заработков матерей.Обязанности по уходу, которые мешают родителям работать, могут привести семьи с маленькими детьми к финансовым трудностям; на самом деле это одна из причин того, что половина детей младшего возраста в Соединенных Штатах живут в семьях с низким доходом. 24 В общей сложности из-за отсутствия ухода за детьми американские семьи ежегодно теряют около 8,3 миллиарда долларов в виде недополученной заработной платы. 25 Даже небольшой перерыв в работе имеет значение: анализ, проведенный Институтом исследований политики в отношении женщин, показал, что за 15-летний период женщины, которые взяли отпуск всего на один год, получали заработок на 40 процентов ниже, чем женщины, которые не брал отпуск. 26 Помимо заработной платы, расходы на увольнение с работы могут преследовать матерей годами, поскольку это также может привести к потере пенсионных сбережений и пособий. 27

Как нынешняя система ухода за детьми подводит работающие семьи

В этом разделе представлены основные результаты проведенного автором исследования исследования участия в программе для детей младшего возраста (ECPP) 2016 года (последний год проведения опроса), посвященного изучению опыта семей в поиске ухода за ребенком и его связи с трудоустройством матерей.ECPP включает данные о 5 837 детях и является общенациональным репрезентативным исследованием, охватывающим 21,4 миллиона детей в возрасте от рождения до 5 лет. (Методологию см. в Приложении)

Половина семей сообщают о трудностях с поиском ухода за ребенком

семьи в США с маленькими детьми испытывают трудности с поиском услуг по уходу за детьми, отвечающих их потребностям. Этот анализ показывает, что половина семей, которые искали услуги по уходу за детьми в 2016 году, сообщили о трудностях с их поиском, и почти 1 миллион семей так и не нашли нужную им программу.(см. Таблицу 1)

Основные причины, по которым семьи не могут найти уход за детьми, включали стоимость (31 процент); отсутствие открытых слотов на 27 процентов; и качество, на 22 процента. 28 (см. рис. 1) Эти результаты согласуются с исследованиями, подчеркивающими ряд проблем, с которыми родители сталкиваются при получении доступа к услугам по уходу за детьми. В то время как стоимость ухода за детьми существенно различается в зависимости от штата и учреждения по уходу за детьми, в среднем по стране стоимость ухода за одним ребенком в центре составляет около 10 000 долларов в год, что намного превышает то, что может позволить себе большинство семей с маленькими детьми. 29 Во-первых, многие семьи изо всех сил пытаются найти подходящего поставщика услуг по уходу за детьми: национальное репрезентативное исследование показало, что две трети родителей говорят, что у них есть «только один» или «всего несколько» реальных вариантов ухода за ребенком. Более того, анализ CAP поставщиков услуг по уходу за детьми по всей стране показал, что половина американцев живет в пустыне по уходу за детьми, где мало вариантов лицензированного ухода за детьми любой ценой. 30

Когда родители не могут найти программу ухода за детьми, они часто обращаются за помощью к родственникам.Среди семей, которые сообщили, что не нашли желаемой программы по уходу за ребенком, большинство решили не пользоваться услугами по уходу за ребенком — 64 процента — или воспользовались уходом от родственника — 24 процента — обычно дедушки или бабушки ребенка. 31 Между тем, семьи, которые в конечном итоге нашли уход за детьми, в основном сообщали об использовании центров ухода за детьми. Этот вывод свидетельствует о том, что относительный уход может заполнить пробел, когда рынок лицензированных услуг по уходу за детьми не может удовлетворить потребности работающих родителей. 32

Семьям с низким и средним уровнем дохода, цветным семьям и родителям младенцев и детей ясельного возраста особенно трудно найти уход

Некоторые семьи непропорционально часто сталкиваются с препятствиями в доступе к услугам по уходу за детьми.Опрос ECPP 2016 года показывает, что семьи с низким и средним уровнем дохода, цветные семьи и родители младенцев и детей младшего возраста изо всех сил пытаются найти уход за детьми, а также сообщают о высоких показателях того, что они не смогли найти желаемую программу ухода за детьми. (см. Таблицу 2). Семьи также называют различные причины проблем с поиском ухода, которые проливают свет на то, как действующая система ухода за детьми не может удовлетворить разнообразные потребности семей в уходе за детьми.

Доход семьи

В целом, семьи испытывают трудности с поиском ухода за детьми, независимо от дохода их домохозяйства, при этом около половины семей с разным доходом сообщают о той или иной степени трудностей.Однако семьи с доходом менее 100 000 долларов в год значительно чаще, чем семьи с более высоким доходом, говорили, что они в конечном итоге не смогли найти программу ухода за детьми, которую хотели. (см. Таблицу 2)

Семьи, зарабатывающие менее 100 000 долларов в год, назвали стоимость основным препятствием для получения помощи, в то время как семьи из квартиля с самым высоким доходом назвали проблемы с качеством и ограниченное количество мест в качестве основных причин трудностей. Поскольку стоимость услуг по уходу за детьми составляет тысячи долларов в год, семьи с низким и средним уровнем доходов все чаще вытесняются с рынка услуг по уходу за детьми и изо всех сил пытаются найти программу, которую они могут себе позволить.Семьи с низким доходом также чаще ссылались на местоположение как на причину трудностей, что, вероятно, связано с отсутствием инфраструктуры по уходу за детьми в районах с низким доходом и, возможно, с препятствиями для доступа к доступному и надежному транспорту. 33 Вместе эти факторы могут ограничивать выбор ухода за детьми для семей с низким и средним уровнем дохода. Семьи с более высоким доходом называют нехватку слотов и качества в качестве своих основных проблем, вероятно, потому, что существует более высокая конкуренция за ограниченное количество слотов в высококачественных программах.

Более половины семей из квартиля с самым низким доходом заявили, что у них не было проблем с поиском ухода за ребенком — показатель, сравнимый с показателем в семьях с самым высоким доходом. Это может отражать доступ к программам с проверкой нуждаемости, таким как Head Start, или тот факт, что семьи с низким доходом обращаются за помощью к родственникам и друзьям, и поэтому, возможно, им не нужно подвергаться длительным поискам, чтобы найти кого-то, кто будет заботиться об их ребенке. Однако семьи с самым низким доходом также сообщили, что в конечном итоге они не смогли найти желаемую программу по уходу за ребенком примерно в три раза больше, чем семьи с самым высоким доходом.Это может свидетельствовать о том, что льготы Head Start и субсидии по уходу за детьми хорошо служат некоторым семьям с низким доходом, но в отсутствие такой помощи другие семьи не могут найти доступный вариант, отвечающий их потребностям.

Расовая и этническая принадлежность матери

В целом, цветные матери сообщили о более высоких уровнях сложности с поиском ухода за детьми, чем белые матери. Примечательно, что матери из числа латиноамериканцев, американских индейцев или коренных жителей Аляски более чем в два раза чаще, чем белые матери, говорили, что не нашли желаемой программы ухода за детьми.Латиноамериканские матери назвали «местоположение» в качестве основной причины трудностей, что примерно в два раза выше, чем у белых и черных матерей, что согласуется с тем фактом, что латиноамериканские семьи также чаще, чем белые или черные семьи, живут в пустыне по уходу за детьми. 34 Чернокожие матери значительно чаще, чем белые матери, называли стоимость главной причиной трудностей. Для типичной чернокожей семьи среднегодовая стоимость услуг по уходу за двумя детьми в центре составляет 42 процента от медианного дохода, поэтому неудивительно, что чернокожие матери называют стоимость основным препятствием. 35

Младенцы и дети младшего возраста

Семьи с младенцами и детьми младше 3 лет — сталкивались с трудностями при поиске помощи значительно чаще, чем семьи с 4- и 5-летними детьми. Пятьдесят шесть процентов семей с младенцами и детьми младшего возраста сообщили о некоторой степени трудностей с поиском помощи по сравнению с 45 процентами детей дошкольного возраста. Семьи с младенцами и детьми младшего возраста также сообщили, что «отсутствие свободных мест» было основной причиной трудностей с более высокими показателями, чем семьи с детьми дошкольного возраста.(см. рис. 1). Это согласуется с недавним анализом CAP, который показал острую нехватку услуг по уходу за детьми для младенцев и детей младшего возраста, при этом количество мест для ухода за детьми младенцев и детей ясельного возраста превышает количество доступных мест по уходу за детьми более чем в 5 раз в целом и в 9 раз. -1 в сельской местности. 36 С другой стороны, семьи с дошкольниками значительно чаще, чем семьи с младенцами и детьми младшего возраста, сообщали о «местоположении» как о главной причине своих трудностей. Это может быть связано с тем, что дошкольные программы, как правило, проводятся в центральных районах, таких как государственные школы, в то время как уход за младенцами и детьми ясельного возраста на дому часто доступен в местных условиях.

Матери, которые не находят присмотра за детьми, с меньшей вероятностью будут трудоустроены

Наличие программы по уходу за детьми влияет на трудоспособность матерей, но не влияет на занятость отцов. Среди семей, которые искали уход за детьми, чтобы родитель мог работать, у матерей значительно больше шансов найти работу, если их семья нашла программу ухода за детьми. (см. рис. 2). 89% матерей, нашедших программу по уходу за детьми, были трудоустроены, по сравнению с 77% матерей, не нашедших программу по уходу за детьми. 37 Нахождение семьи по уходу за детьми практически не влияло на вероятность того, что отцы будут работать, поскольку в любом случае около 95 процентов отцов работали.

Матери-одиночки столкнулись с резким падением занятости, когда не смогли найти программу по уходу за детьми. В частности, уровень занятости упал с 84 процентов среди матерей-одиночек, которые нашли программу ухода за детьми, до 67 процентов среди тех, кто этого не сделал. Для сравнения, занятость среди матерей в полных семьях снизилась с 90 до 84 процентов, когда мать не нашла ухода.Одинокие матери часто являются и основным добытчиком, и воспитателем в своих домохозяйствах, что делает доступ к уходу за детьми необходимостью для этих матерей, чтобы оставаться на работе. Не имея доступа к официальным услугам по уходу за детьми, матери-одиночки обычно полагаются на разрозненную помощь со стороны семьи и друзей, которую может быть трудно обеспечить постоянно. Растущее количество исследований показало, что помощь по уходу за ребенком оказывает существенное влияние на матерей-одиночек. На самом деле, получение субсидии по уходу за ребенком и зачисление в детский сад связаны с более высокими показателями занятости и участия в программах профессиональной подготовки или образования среди матерей-одиночек. 38

Эти выводы не должны вызывать удивления. Обязанности по воспитанию детей непропорционально ложатся на матерей, поэтому проблемы с уходом за детьми чаще всего приводят к тому, что матери жертвуют своей карьерой. 39 В то время как некоторые семьи предпочитают, чтобы за детьми ухаживал родитель-домохозяйка, большинство семей полагаются на две зарплаты или зарплату родителя-одиночки, чтобы сводить концы с концами. В отсутствие жизнеспособных вариантов ухода за детьми матери часто вынуждены изменять свои графики работы, соглашаться на уход более низкого качества или вообще увольняться с работы — решение, которое может поставить под угрозу финансовую безопасность их семьи.

Инвестиции в уход за детьми поддержат работающих матерей, их семьи и экономику страны

Нынешнее состояние ухода за детьми в Соединенных Штатах создает финансовые трудности для работающих семей и вытесняет некоторых матерей с рынка труда. Тем не менее, когда матерей попросили представить себе мир, в котором у них был бы доступный и надежный уход за детьми, в подавляющем большинстве случаев матери ответили, что они внесут изменения, чтобы увеличить свои доходы и искать новые возможности трудоустройства.Результаты общенационального репрезентативного опроса, проведенного CAP и GBA Strategies в июне 2018 года, показывают, что расширение доступа к доступным и надежным услугам по уходу за детьми может дать матерям гибкость в использовании возможностей, которые могут увеличить заработок и даже позволить им продвинуться по работе. (см. Таблицу 3)

Матери говорят, что они увеличили бы свои заработки и искали бы новые возможности для работы, если бы у них был лучший доступ к уходу за детьми

Наиболее распространенные изменения, которые, по словам матерей, они сделают, будут искать более высокооплачиваемую работу (42 процента) и просить больше часов на работе (31 процент).(см. Таблицу 3) Этот вывод, вероятно, отражает тот факт, что многие матери получают низкую заработную плату. В национальном масштабе каждая пятая работающая мать с ребенком в возрасте 3 лет или работает на низкооплачиваемой работе, а женщины составляют около двух третей низкооплачиваемой рабочей силы. 40 В частности, для этих матерей расходы по уходу за ребенком составляют значительную часть их заработной платы. Кроме того, доступность услуг по уходу за детьми часто определяет, когда и где матери могут работать, поскольку многие матери решают работать в ненормированное время или берутся за менее тяжелую работу, чтобы заботиться о своих детях. 41 Облегчение бремени оплаты услуг по уходу за детьми могло бы освободить матерей, чтобы они могли брать дополнительные смены, работать больше часов или искать более высокооплачиваемую работу — решения, которые приведут к критически важным доходам.

Результаты опроса показывают, что для цветных женщин доступ к услугам по уходу за детьми может иметь еще большее влияние на занятость и заработную плату. Более половины афроамериканских матерей и 48 процентов матерей латиноамериканского происхождения сообщили, что они искали бы более высокооплачиваемую работу, если бы у них был лучший доступ к уходу за детьми.(см. Таблицу 3). Учитывая, что цветные матери чрезмерно представлены на низкооплачиваемой работе и имеют значительный разрыв в заработной плате по сравнению с белыми мужчинами из-за комплексного воздействия гендерной и расовой дискриминации, эти результаты показывают, как сделать уход за детьми более доступным может поддерживать цветных матерей в поисках более высокооплачиваемой работы и повышать их общую экономическую безопасность. 42

По данным опроса, чуть более половины респондентов, идентифицировавших себя как домохозяйки, сказали, что они «искали бы работу», если бы у них был доступ к более доступным услугам по уходу за детьми.(см. Таблицу 4). Учитывая, что в Соединенных Штатах примерно 6,7 миллиона родителей-домохозяек, подавляющее большинство из которых являются матерями 43 , этот вывод свидетельствует о том, что миллионы женщин могли бы присоединиться к рабочей силе, если бы у них был доступ к доступным по цене услугам. и надежный уход за детьми. 44 На самом деле они могут предпочесть работать: предыдущее исследование Pew Research Center подтверждает, что все больше матерей говорят, что они хотели бы работать неполный или полный рабочий день. 45

Треть родителей, работающих неполный рабочий день, сказали, что они попросили бы больше часов на работе, если бы у них был более доступный и надежный уход за детьми.(см. Таблицу 4). Для многих родителей это может означать увеличение их заработка, переход с неполного рабочего дня на полный или переход на работу, которая обеспечивает важные преимущества и поддержку на рабочем месте. 46

Расширение доступа к услугам по уходу за детьми повысит экономическую безопасность семьи и подстегнет экономический рост

В целом, меньшая оплата ухода за детьми из собственного кармана в сочетании с повышением трудоспособности матерей способствовала бы большей экономической стабильности семьи и, в свою очередь, благополучию детей.Помимо ухода за ребенком, семьи с маленькими детьми несут большие расходы, связанные с воспитанием ребенка, часто в то время, когда родители только начинают свою карьеру и финансово уязвимы. 47 Политика, которая помогает покрывать расходы на уход за детьми, позволяет родителям использовать большую часть своего заработка на другие нужды и может уменьшить количество детей, живущих в семьях, которые едва сводят концы с концами. Обеспечение всем детям доступа к поддержке, ресурсам и стабильности, которые им необходимы для процветания, ставит их на путь здорового развития и положительных долгосрочных результатов, таких как повышение успеваемости и постоянная занятость. 48

Помимо преимуществ для семей, доступный уход за детьми имеет решающее значение для расширения и поддержания рабочей силы страны и роста экономики. Предоставление помощи по уходу за детьми всем работающим семьям с низким и средним доходом позволит, по оценкам, увеличить количество работающих матерей еще на 1,6 миллиона человек. 49 Другая оценка утверждает, что ограничение выплат по уходу за ребенком на уровне 10 процентов от дохода семьи принесет 70 миллиардов долларов в год и увеличит участие женщин в рабочей силе в достаточной степени, чтобы повысить U.S. валовой внутренний продукт на 1,2 процента. 50 Поддержка доступа к услугам по уходу за детьми также сэкономит деньги работодателей на упущенной выгоде, связанной с потерей сотрудников-родителей из-за проблем с уходом за детьми, а также на затратах на обучение и найм новых сотрудников. 51

Рекомендации политики

Несмотря на то, что работодатели должны играть определенную роль в установлении льгот для семьи, а штаты добиваются постепенного прогресса в улучшении доступа к услугам по уходу за детьми, необходимы федеральные действия для обеспечения того, чтобы все семьи имели доступ к комплексной политике работы и семьи. 52 Инвестиции такого рода пользуются поддержкой избирателей всего политического спектра: 90 процентов демократов, 70 процентов независимых и 70 процентов республиканцев заявили, что поддержат усилия Конгресса по увеличению финансирования помощи по уходу за детьми и расширению доступ к раннему обучению. 53

Конгресс должен принять следующую политику для расширения доступа к уходу за детьми и поддержки работающих матерей.

Увеличить финансирование Блока по уходу и развитию детей

Грант Блока по уходу и развитию детей (CCDBG) является крупнейшим источником федерального финансирования помощи по уходу за детьми.Несмотря на то, что уход за детьми является критически важной поддержкой для детей и семей, CCDBG был настолько недофинансирован, что только 1 из 6 семей, имеющих на это право, фактически получает субсидии по уходу за детьми. 54 В 2018 и 2019 финансовых годах Конгресс предусмотрел крупнейшее за всю историю увеличение финансирования CCDBG, которое предоставит штатам критически важные ресурсы для расширения доступа к помощи по уходу за детьми и улучшения качества ухода за детьми. 55 Хотя это увеличение является важным первым шагом на пути к поддержке национальной системы ухода за детьми, хронически недофинансируемой, это финансирование необходимо поддерживать и увеличивать для достижения значимых и устойчивых изменений.

Принять Закон об уходе за детьми для работающих семей

Закон об уходе за детьми для работающих семей (CCWFA) является самым смелым и всеобъемлющим предложенным законом об уходе за детьми на сегодняшний день. CCWFA расширит доступ к надежным и доступным услугам по уходу за детьми для большинства семей с низким и средним уровнем дохода, ограничив выплаты семей по уходу за детьми до 7 процентов от их доходов по скользящей шкале. 56 В соответствии с этим законопроектом семьи со средним доходом в каждом штате не будут тратить более 45 долларов в неделю на уход за детьми, и примерно 3 из 4 детей в возрасте от рождения до 13 лет живут в семьях, доход которых соответствует критериям для получения помощи. . 57 Принятие CCWFA с целью сделать уход за детьми более доступным позволит примерно 1,6 миллионам родителей выйти на рынок труда. 58 Законопроект также предусматривает создание дополнительных 700 000 рабочих мест в основном женском секторе дошкольного образования и гарантирует прожиточный минимум для дошкольных воспитателей. 59

Адрес национальных детских садов

Половина американцев живет в пустынях по уходу за детьми, где не хватает лицензированных услуг по уходу за детьми. 60 Семьи, живущие в сельской местности, семьи иммигрантов, а также семьи латиноамериканцев, американских индейцев или коренных жителей Аляски непропорционально часто живут в пустынях по уходу за детьми; в этих областях меньше матерей участвуют в рабочей силе. 61 Инвестиции в национальную систему ухода за детьми должны включать целенаправленные усилия по созданию лицензированных услуг по уходу за детьми в этих пустынях с недостаточным уровнем обслуживания детей. Более того, уход за детьми должен быть включен в любые инвестиции в национальную инфраструктуру, поскольку это необходимый компонент поддержки работников и экономики.

Принять прогрессивные правила работы и семьи

Комплексный оплачиваемый семейный отпуск и отпуск по болезни, оплачиваемые больничные и стандарты справедливого графика имеют решающее значение для поддержки работающих матерей. Исследования показали, что доступ к оплачиваемому отпуску увеличивает вероятность того, что матери вернутся на работу после рождения ребенка, 62 , а также шансы, что они вернутся к той же или более высокой заработной плате, чем они зарабатывали до родов. . 63 Закон об отпуске по семейному и медицинскому страхованию (СЕМЬЯ) предусматривает ежегодное предоставление до 12 недель оплачиваемого отпуска квалифицированным работникам, которым необходимо взять отпуск в связи с рождением или усыновлением нового ребенка, серьезной болезнью ближайшего родственника или собственное заболевание. 64 Оплачиваемые больничные также жизненно важны для матерей, которым может потребоваться свободное от работы время, чтобы позаботиться о себе, о больном ребенке или о больном близком человеке. Всеобъемлющий национальный закон об оплачиваемых днях болезни, такой как Закон о здоровых семьях, установит национальный стандарт для квалифицированных работников, чтобы заработать до семи оплачиваемых дней болезни в год. 65 Наконец, поскольку многие работники сталкиваются с непредсказуемыми и несправедливыми графиками работы, национальная политика, устанавливающая минимальные стандарты в отношении методов планирования, поможет работникам, особенно матерям, справляться с рабочими и семейными обязанностями.Закон о графиках работы установит национальные стандарты справедливого планирования, позволит работникам подавать запросы на расписание и потребует, чтобы сотрудники получали свои рабочие графики за две недели, что могло бы помочь им предвидеть свои потребности в уходе за детьми. 66

Заключение

Существует тесная связь между доступом к услугам по уходу за детьми и трудоспособностью матерей, однако отсутствие государственных инвестиций в уход за детьми означает, что семьи изо всех сил пытаются найти высококачественные и доступные варианты ухода за детьми, в которых они нуждаются каждый день.Работающие и цветные семьи непропорционально часто сталкиваются с препятствиями в доступе к уходу за детьми, и в результате страдает их экономическая безопасность. Давно пора проводить политику, отражающую и поддерживающую современную — преимущественно женскую — рабочую силу Соединенных Штатов. 67

Принятие политики, расширяющей доступ к услугам по уходу за детьми, имеет решающее значение для поддержания и укрепления нынешней и будущей рабочей силы страны. Более широкий доступ к высококачественным программам ухода за детьми и раннего обучения поможет матерям работать и принесет пользу детям, благодаря чему они будут лучше подготовлены к детскому саду и станут продуктивными гражданами, когда вырастут.Уход за детьми должен занимать центральное место в любых политических усилиях по продвижению гендерного равенства, росту рабочей силы страны и укреплению экономики.

Об авторе

Лейла Шохет — политический аналитик по политике в отношении детей младшего возраста в Центре американского прогресса.

Благодарности

Автор хотел бы поблагодарить Heidi Schulteis, Diana Boesch и группу по политике раннего детства за их вклад и обзор этого отчета.

Приложение

Об источниках данных

В этом отчете представлены результаты проведенного автором анализа исследования участия в программе раннего развития детей (ECPP) 2016 года, а также результаты общенационального опроса по уходу за детьми, проведенного Центром американского прогресса летом 2018 года.

Опрос участников программы раннего развития детей

ECPP проводился в рамках Национальной программы обследований образования домохозяйств 2016 года (NHES:2016) и собирал данные конкретно о детях, которые еще не пошли в детский сад. 68 ECPP включает данные по 5837 домохозяйствам и представляет собой общенациональное репрезентативное обследование, охватывающее 21,4 миллиона детей в возрасте от рождения до 5 лет. В ходе опроса родителей просят ответить на вопросы о своем ребенке, его участии в программах дошкольного образования и его характеристиках. членов домохозяйства и семьи их ребенка. Родители сообщают об опросе только об одном ребенке, даже если в их доме есть другие дети.

Анализ CAP данных опроса был сосредоточен на 60 процентах домохозяйств, которые сообщили, что искали услуги по уходу за детьми в прошлом году.В ходе анализа были рассмотрены несколько ключевых вопросов об опыте этих семей в поисках ухода за детьми. Помимо демографических данных о домохозяйствах, в отчете повсюду упоминаются следующие вопросы:

  • «Какова основная причина, по которой в прошлом году вашей семье потребовалась программа ухода за этим ребенком?»
  • «Насколько трудно вам было найти тип ухода за ребенком или программу раннего детства, которую вы хотели для этого ребенка?» Для этого анализа автор определяет «трудности» как семьи, которые сообщали о «небольших затруднениях», «некоторых затруднениях» или «больших затруднениях», и определяет семьи, которые не нашли уход за детьми, как те, которые сказали, что они не нашел программу по уходу за детьми, которую я хотел.
  • «Какова была основная причина трудностей с поиском помощи?»
Национальный опрос Центра американского прогресса по уходу за детьми, 2018 г.

Далее в этом отчете автор анализирует данные опроса, проведенного CAP и GBA Strategies с 18 по 26 июня 2018 г. 69 В ходе опроса были получены ответы 1657 зарегистрированных избирателей по всей стране с использованием онлайн-панели и регистрационных списков избирателей. Опрос также включал подвыборку из 484 родителей, чьи дети были моложе 18 лет, а также дополнительные выборки афроамериканок и латиноамериканок для проведения более подробного сравнительного анализа.Опрос был взвешен, чтобы отразить имеющиеся национальные демографические данные о зарегистрированных избирателях.

Этот отчет относится к результатам двух конкретных вопросов, заданных в опросе:

  • «Сталкивались ли вы или члены вашей семьи с негативным влиянием на вашу карьеру или карьерные перспективы — например, отказ от работы или продвижения по службе, работа меньшего количества часов или невозможность осваивать новые навыки — из-за заботы о детях?»
  • «Если бы у вас был доступ к более надежному и доступному уходу за детьми, предприняли бы вы или другой родитель вашего ребенка какой-либо из следующих шагов в отношении трудоустройства и работы?»
    • «Ищите более высокооплачиваемую работу»
    • «Попросите больше часов на работе»
    • «Ищите повышение или больше ответственности на работе»
    • «Поиск дополнительного образования или обучения для вашей карьеры»
    • «Ищите другую работу, которая вас больше интересует»
    • «Если в данный момент не работаете, ищите работу в первую очередь»
    • «Ничего из вышеперечисленного»
Методология и основные допущения в ECPP

Трудности с поиском услуг по уходу за детьми: Автор проанализировал ответы семей, которые сообщили о поиске услуг по уходу за детьми в прошлом году, что составляет около 60 процентов домохозяйств в опросе ECPP.Автор провел описательный анализ, чтобы сообщить, насколько трудно этим семьям было найти уход за детьми, и исследовал различные подгруппы, например, по доходу домохозяйства, расовой и этнической принадлежности матери и возрасту ребенка. Автор также исследовал основную причину трудностей с поиском ухода за детьми среди этих подгрупп; для этой последней части анализа автор не сообщил результаты для матерей американских индейцев или коренных жителей Аляски, а также для матерей коренных жителей Гавайских островов или других тихоокеанских островов из-за небольшого размера выборки.

Занятость: Исходный набор данных ECPP содержит данные дочернего уровня. Прежде чем анализировать влияние доступа к уходу за детьми на занятость родителей, автор изменил набор данных, чтобы получить доступ к данным на индивидуальном уровне для каждого родителя. Это позволило оценить занятость и другие характеристики матерей и отцов.

Для этого анализа автор решил изучить занятость родителей среди семей, которые сообщили, что ищут программы по уходу за детьми и которые сказали, что их основная причина желания иметь программу по уходу за детьми заключалась в том, чтобы родитель мог работать или ходить в школу.Хотя наличие доступа к услугам по уходу за детьми позволяет многим родителям работать, в том числе тем, которые указали другую основную причину обращения за уходом, это предположение помогло изолировать родителей, которые прямо заявили, что они были мотивированы найти уход за детьми, чтобы они могли работать. Уровень занятости родителей в этом анализе выше, чем национальный показатель, возможно, потому, что это была подгруппа родителей, которые были высоко мотивированы на работу.

Автор сравнил занятость среди родителей, которые сообщили, что «не находят программу по уходу за ребенком [они] хотели», со всеми другими семьями, которые сообщили, что ищут уход за ребенком.Здесь автор предположил, что семьи, которые сообщили о других степенях сложности, в конечном итоге нашли программу ухода за детьми, и поэтому включил их в группу сравнения семей, которые нашли уход за детьми. Автор определил «работающих» как родителей, которые сообщили, что они «работают за плату или доход», «самозанятые» или «учатся на дневном отделении»; она определила «безработных» как родителей, которые сообщили, что они «безработные или безработные» или «сидят дома родители».